Только Дик цеплялся за свою Библию и продолжал пугливо озираться. Но на него никто не обращал внимания, а Сильвер даже посмеивался над его страхом.
– Я же говорил тебе, Дик, что Библия с вырванными страницами ни на что не годится. На ней нельзя даже поклясться, а уж привидению на нее и вовсе наплевать!
Однако на Дика насмешки Сильвера не действовали. Жара, усталость и страх окончательно лишили его сил, к тому же, как и предсказывал доктор, у него начинался приступ лихорадки.
Теперь мы двигались по открытой местности. Плоскогорье было слегка наклонено к западу, там и сям на нем высились громадные сосны. Между зарослями мускатника и азалий попадались просторные, залитые солнцем поляны. Держа на северо-запад, мы постепенно приближались к плечу Подзорной Трубы. Внизу виднелась западная бухта, на берегу которой я совсем недавно спускал на воду сплетенный из лозы челнок.
Первая из исполинских сосен после сверки по компасу оказалась неподходящей. То же самое произошло и со второй. Третья сосна поднималась над зарослями почти на двести футов – это было дерево-патриарх со стволом в несколько обхватов, в тени которого мог бы укрыться от солнца целый кавалерийский отряд. Эта сосна наверняка была видна с моря, и именно ее Флинт нанес на свою карту.
Впрочем, величие этого исполина растительного мира нисколько не занимало пиратов – гораздо больше их волновала мысль о зарытом где-то поблизости кладе. Близкое золото развеяло все их страхи; глаза моих спутников горели, их движения стали порывистыми, шаги быстрыми и твердыми. Они думали только об одном – об ожидавшем их несметном богатстве, о беспечной и роскошной жизни, которую оно сулило.
Сильвер с удвоенной энергией скакал на своем костыле. Ноздри его раздувались. Он с руганью отмахивался от мух, липнувших к его разгоряченному лицу и яростно дергал за веревку, то и дело бросая на меня свирепые взгляды. Сейчас он больше не таился, и я ясно, как в книге, читал его мысли. Он думал только о золоте и позабыл обо всем остальном – и о своих обещаниях, и о предостережениях доктора. Он хотел завладеть кладом, а затем под прикрытием ночи отыскать и снова захватить шхуну, перерезать глотки моим друзьям и уйти в море с грузом сокровищ и новых преступлений.
Измученный тревожными предчувствиями, я с трудом поспевал за пиратами и поминутно спотыкался, вызывая целые шквалы брани Сильвера. Бедолага Дик тащился позади всех и в полубреду бормотал молитвы пополам с богохульствами. А перед моими глазами невольно вставали когда-то разыгравшиеся здесь жуткие сцены. Мне мерещился капитан Флинт с синим лицом, убивающий шестерых своих соратников и потом умирающий в Саванне, пьяный, с руганью и сиплым пением. Эти тихие заросли когда-то оглашали предсмертные крики, и мне казалось, что я все еще слышу их эхо.
Наконец мы вышли из зарослей.
– Эй, парни, живее! – выкрикнул Мерри, и все бросились бегом.
Однако, пробежав совсем немного, пираты вдруг остановились, из их ртов вырвался общий горестный вопль. Сильвер все скакал на своей деревяшке, дергаясь, как марионетка, и вскоре мы поравнялись с остальными. Они стояли на краю большой ямы, вырытой, очевидно, давным-давно, так как края ее осыпались и поросли травой. На дне ямы валялся сломанный черенок от лопаты и несколько гнилых досок – из таких сколачивают ящики для хранения провианта на судах. На одной из них виднелась выжженная каленым железом надпись «Морж». То было имя корабля капитана Флинта!
Тут и раздумывать не приходилось: клад кем-то обнаружен и похищен. Семьсот тысяч фунтов стерлингов растаяли как дым!
Глава 33
Падение главаря
Какое страшное разочарование! Шестеро пиратов застыли, словно пораженные громом. Первым пришел в себя Сильвер. До сих пор все помыслы его были направлены на поиски сокровищ. Всей душой он стремился к этим деньгам – и вот в мгновение ока все рухнуло. Однако он не потерял голову, справился с собой и, сохраняя полное хладнокровие, моментально изменил план своих действий.
– Джим, – шепнул он мне, – возьми это и будь наготове!
Он сунул мне двуствольный пистолет и тут же потащил на противоположную сторону ямы, чтобы она отделяла нас от остальных пиратов. Затем он дружески кивнул мне, словно хотел сказать: «Положение наше неважное», и тут я не мог с ним не согласиться. Теперь он снова был на нашей стороне, но такое откровенное двуличие меня ужасно возмутило. Я не удержался и шепнул бывшему коку с упреком: «Вы снова изменили своим!»
Сильвер не успел ответить: пираты с руганью и проклятиями попрыгали в яму и принялись шарить по ее дну. Морган обнаружил в песке золотую монету в две гинеи. Извергая ругательства, он показал ее своим товарищам, и монета начала переходить из рук в руки.
– Две гинеи! – взревел Мерри, швыряя монету к ногам Сильвера. – Вот они, твои семьсот тысяч фунтов! Выгодную же сделку ты заключил, нечего сказать! И еще хвастался своим умом, дубовая твоя башка!
– Поройтесь еще, ребята, – с холодной насмешкой ответил Сильвер. – Может быть, найдете там еще пару земляных орешков. Свиньи от них просто без ума!
– Земляных орешков! – бешено проорал Мерри. – Слышите, что он говорит, парни? Клянусь, он заранее знал обо всем! Поглядите на его лицо, и убедитесь сами!
– Ох, Мерри! – издевательски вздохнул Сильвер. – Ты, видно, опять собрался в капитаны? Настойчивый ты малый, этого не отнимешь!..
Тем не менее все пираты явно были на стороне Мерри. Выбираясь из ямы, они бросали на нас свирепые, полные ненависти взгляды. Впрочем, на наше счастье, все они снова собрались на противоположной стороне.
Так мы и стояли – двое против пяти. Никто не решался начать первым. Сильвер не двигался и, опираясь на костыль, спокойно выжидал; мужества и хладнокровия ему было не занимать.
Наконец Мерри решил поторопить развязку.
– Парни! – крикнул он. – Ведь их только двое: один – старый калека, обманщик и предатель, который привел нас сюда на верную гибель, а другой – щенок, у которого я готов своей рукой вырвать сердце из груди. О чем тут раздумывать?
Он шагнул вперед и вскинул руку с зажатым в ней кортиком, готовясь напасть на нас. Но в это мгновение из чащи разом грянуло три выстрела. Мерри оступился и рухнул в яму. Пират с перевязанной головой завертелся волчком и тоже упал, содрогаясь в агонии. Оставшиеся трое бросились бежать.
Сильвер тут же разрядил свой пистолет в еще шевелившегося Мерри и, встретившись глазами с умирающим, спокойно проговорил:
– Ну что, Джордж, теперь мы в расчете?
Из зарослей мускатника показались доктор, Эйб Грэй и Бен Ганн.
– Вперед! – закричал доктор. – Быстрее! Мы должны отрезать их от шлюпок!
