- Но мирные жители…
- Испанские части просто ограбили банки, ювелирные магазины с особняками и отступили. Все остальное – дело рук городской бедноты.
- Но кто в это поверит?
- А и не нужно верить. Вы думаете, что за ящики мы сгружали с пароходов?
- Патроны?
- И оружие. Но не нам. Руководитель Нью-Йоркской коммуны уже сбивает свои дружины. Преимущественно негритянские. Пятьдесят два пулемета Максима, двадцать тысяч винтовок Маузера. Поверьте – всему миру придется считаться с этим восстанием. А уходя, мы завалим все подходы к городу минами. Так что US Navy не сможет поддержать свои сухопутные силы.
- Чудовищно… это просто чудовищно… - покачал головой адмирал Сервера.
- Это правильно. Не забывайте о том, что они хотели отправить вас кормить рыб. И если бы не находчивость дона Педро, все бы так и вышло. Они – враги. Хорошие ли, плохие ли – не важно. Просто враги.
- El pueblo unido, jamás será vencido! – Донесся ветром до этой парочки припев «Нового гимна Испании» откуда-то с Манхеттена.
- Бедный город, - покачал головой дон Паскуале.
- Постарайтесь досмотреть все корабли, что стоят в заливе, - постарался сменить тему Эрнесто. - Всех, кого уличите в контрабанде – готовьте к утоплению на фарватере. Если получиться – грузите их цементов, щебнем или еще чем тяжелым. У нас всего три дня. Больше здесь задерживаться не стоит, если мы не хотим познакомиться с броненосцами адмирала Сэмпсона. Поверьте мне на слово – это не та встреча, на которую нам стоит спешить. Справитесь?
- Постараюсь, - произнес Сервера, покачав головой.
- Не раскисайте, - усмехнулся полковник. – Возиться в грязи и делать больно врагам – наша работа. Это только в Ватикане гвардия в карнавальных костюмах марширует. Настоящая же гвардия – становой хребет любого государства. Это те люди, которые дают ему устойчивость, крепость, основательность.
- Если бы все было так просто…
- А все и есть просто. Намного проще, чем вы думаете. Испания умирает. Серьезно. И только в наших руках ее откачать. И эта война. Эта победа…
- Но…
- Победа, адмирал, победа. Мы разобьем янки, уж поверьте мне. Так вот. И эта победа станет фундаментом нашего будущего благополучия. Новой эпохи возрождения. Или вы думаете, что этот новый гимн возник просто так? Это первые звуки новой жизни. Новой Испании.
Джон Морган Старший полетел обратно в свой особняк сразу же как услышал, что на пирсе в Старом порту выгружаются часть испанской армии. Да какой к черту армии… кубинцы! Бедные, нищие кубинцы, вооруженные до зубов. Опытный банкир и финансист очень быстро просчитал перспективу, которая ожидает город при таком вторжении и решил не рисковать зазря.
- Быстрее! Быстрее! – Орал он на родичей, влетев домой. – Милая брось! Брось все это!
- Но как я буду без этого платья? – Искренне удивилась Фрэнсис Луиза.
- Если до нас доберутся кубинцы…
- Куда оно доберутся? Брось. Полиция их остановится…
И в этот момент откуда-то с улицы донеслась частая стрельба из ручного пулемета. Очень такая характерная и узнаваемая. А спустя несколько секунд, к ней добавились пистолетные выстрелы.
- Полагаю, что наша полиция уже никого не остановит. Бросайте все! Пошли! Бегом! Бегом! – Чуть ли не ударами трости выгонял из особняка жену и детей Джон Морган. Уж он-то прекрасно понимал, что их ждет, попадись они в руки нападающим. Благо, что сведения о регулярных провалах повстанцев на Кубе и настроениях до него доходили уже давно.
Уже сворачивая на дальнем перекрестке, Джон увидел, как к его особняку устремились вооруженные до зубов люди. Дворецкого, который попытался их остановить, они пристрелили на ходу, даже не останавливаясь.
- Ты это видела? – Спокойно спросил он у жены?
- Да… - тихо ответила она с расширенными от ужаса глазами.
- Только чудом нам удалось вырваться из этой западни. Он любит нас.
- И позволит ограбить?
- Если он позволил нам уйти, значит, это ограбление урок. Он, - Джон скосил глаза вверх, - никогда ничего не делает просто так. Мало того – гибель дворецкого тоже не случайна. Нам показали то, насколько близко мы были к трагедии. К непоправимому. Задержись мы еще на несколько минут и все… конец. Никто бы из нас не выжил. А вас, дорогие мои, - Джон окинул взглядом жену и трех дочерей, - перед смертью еще бы и изнасиловали, причем коллективно. Эти – просто так бы не убили. Да и нас сыном, безусловно, пытали бы.
- Но за что?
- Ничего не бывает просто так, милая, - уклончиво ответил Джон Морган и задумался.
Впрочем, уже через минуту громкий взрыв отвлек его от раздумий. Обстрел города главным калибром продолжался. Какую именно цель преследовали испанцы – совершенно не ясно, но все высокие здания в Нью-Йорке получали свою порцию стали и пироксилина в порядке живой очереди. Броненосные крейсера работали по ориентирам, заодно обучая канониров стрелять. Каждый снаряд шел в дело….
К вечеру город пылал, потому что к грабежам кубинцев подключились местные бедняки, развернув на улицах города инсценировку в духе октября семнадцатого и последующей «идейной борьбы» за «светлое будущее»…. Грабежи, насилие, пожары…. Истинное торжество настоящей демократии!
Глава 7
9 июля 1898 года. Испанская Империя. Рейд Гаваны
Капитан Тэйлор с тревогой вглядывался в дымы на горизонте. Так уж случилось, что его «Индиану» оставили продолжать блокаду Кубы из-за невозможности дать нормальный ход. Ну и «Нью-Орлеан» оставили за компанию. А остальные силы ушли на север ловить обнаглевших испанцев. Это надо же было выдумать – штурмовать Нью-Йорк!
Дымы тем временем приближались.
- Сэр, - козырнул вестовой.
- Что там?
- Два корабля, сэр. Боевые.
- Силуэт определили?
- Оба башенные, двухтрубные. Больше сказать пока ничего нельзя. Далеко, сэр. Флаг скрыт дымами.
- Полная боевая готовность! – Закричал капитан после небольшой паузы. – Передать на «Нью-Орлеан» - держаться на подбойном борту.
- Сэр? – Удивленно произнес старший офицер.
- Это испанская королевская эскадра.
- Но ведь в мире немало двухтрубных боевых кораблей с башенными установками.
- И что им здесь делать? – Усмехнулся капитан. – Я уверен – это испанцы. Коварные скоты. Выждали, когда основные силы отойдут на север и атакуют! Проклятье!
А тем временем на «Зите» британский испанец Пабло Маркес также оживленно готовил корабль к бою. Шутка ли? Ведь по прибытию в Сантьяго-де-Куба, подозрительно похожий на русского Педро Марадона объявил им сногсшибательную новость. Общество «Испанских патриотов» будет платить команде корабля за каждый потопленный корабль противника согласно распространенному прайс-листу. Странная командировка грозила стать очень выгодной….
Время летело незаметно.
Мини-эскадра из двух броненосцев второго ранга накатывалась, держа противника по левому борту под углом порядка пятидесяти градусов. Конечно, Пабло Маркес пытался возражать, но капитан больше прислушивался к старшему артиллерийскому офицеру. Так что, выдерживая предельно возможный острый угол к цели испанские «центурионы» готовились работать по «Индиане» обеими башнями главного калибра.
- Сорок пять кабельтовых! – Раздался голос на дальномере.
- Огонь, - не медля скомандовал старший артиллерийский офицер, зная, что его молодцы уже держат «Индиану» в прицелах, согласно оперативно поступающим расчетам упреждения и возвышения. Причем с восьмидесяти кабельтовых.
Пабло Маркес только бровью повел, посчитав стрельбу с такой дистанции, дуростью русского артиллериста. Но, спустя несколько секунд вполне искренне удивился – снаряды легли накрытием.
- Огонь! – Скомандовал минуту спустя русский. И вновь жахнул полный залп главного калибра, отправляя в американцев четыре десятидюймовых снаряда.
И о чудо! Снова накрытие! А на третий залп он даже добился одного попадания! Невероятно! После чего Пабло Маркес закусил губу и постарался запомнить все, что он видел и слышал о работе артиллеристов. И, с удивлением обнаружил, полное отсутствие информации. Узнав, что пушками главного калибра заведуют русские, он полностью пренебрег информацией о них. Ну что хорошего и выдающегося в таком деле они смогут сделать? Так уж случилось, что по роду своей деятельности очень неплохо разбирался и в морской артиллерии, и в кораблях, причем не только Туманного Альбиона, но и других стран. А потому закономерно был о русских самого, что ни на есть неважного мнения в этом плане. Впрочем, как и об австрийцах с итальянцами. Но если «макаронники» хоть иногда что-то вразумительное могли сделать, тогда как первая пара…. Мда… И тут такая удивительная точность да слаженность.
