– Ты кто? – Вениамин прищурил глаза.
– Дочь кагана, – вызывающе ответила девушка, гордо вздернув подбородок.
Бек к вызову остался равнодушным. Еще раз скользнув взглядом по женщинам, он пошел дальше. За ним устремились вельможи. Каждый, проходя мимо женщин, прятал глаза, и сердце Недвиги затопил страх.
Женщины робко вошли в залу. Каган сидел в своем кресле угрюмый, вокруг толпился народ: сановники попроще, воины, охрана. Испуганные мальчики тоже были здесь. Все подходили к креслу, падали ниц, вставали и молча отходили. Церемония прощания обещала быть долгой.
Увидев дочь, каган привстал, протянул к ней руки. Со слезами девушка бросилась в его объятия. Недвига тоже подошла, как положено, упала ниц, потом поднялась и встала рядом. Никто ее не прогонял. Она простояла до конца церемонии, до тех пор, пока последний сановник не попрощался с каганом.
– Выйдете все, – приказал каган. – Я хочу поговорить с дочерью.
Зала быстро очистилась. Недвига вышла тоже. У входа она заметила двух дюжих воинов, настороженно оглядывавших всех посетителей.
Прошло немного времени, и вышла, понуро опустив голову, Занифа. Она молча направилась в свои покои. Недвига двинулась следом, мельком заметив, что воины плотно прикрыли дверь в залу.
Кагана похоронили, предав его тело земле. Занифа бурно оплакивала смерть отца: рвала на себе одежды, посыпала голову пеплом. Потом Недвига узнала, что так положено делать при иудейском обряде.
На другое утро после похорон у дверей в покои Занифы появилась стража.
– Что вы тут делаете? – удивилась она.
Воины молчали, как каменные изваяния. Было видно, что из них не вытянешь и слова. Затем новая неожиданность: исчезли две рабыни, которых Занифа знала с детства. Вместо них появились новые, целых пять, молодые расторопные прислужницы.
Занифа после завтрака, как всегда, собралась прогуляться. Едва она вышла из покоев и направилась к выходу, сзади возникли два воина и двинулись следом. В слезах девушка вернулась обратно – прогулка была испорчена.
– Я что, на положении пленницы? – вопросила она неизвестно кого: рабыни молчали, воины – тоже, а Недвига ответа не знала.
Хазария после смерти кагана находилась в глубоком трауре неделю. Занифа не снимала черных одежд и старалась меньше выходить из покоев, тем более что ей и не хотелось разгуливать по дворцу в сопровождении охраны.
Через неделю появилась тетушка. Она молча вошла к Занифе, и та с рыданиями бросилась в ее объятия.
– Успокойся, успокойся, моя девочка, – старуха смахивала с глаз слезы. – Я так страдаю оттого, что не смогла с ним попрощаться. Ведь я же сама вынянчила его. Теперь наш род должен отдать второго юношу. Разве это справедливо?!
– Когда будет церемония посвящения в каганы? – спросила Занифа.
– Завтра. Но рабам туда нельзя.
– А почему меня караулит стража?
– Не знаю, так распорядился бек. Но он вовсе не запрещает тебе ходить по дворцу и делать все, что хочешь. Внуши себе, что ты не видишь охраны, вот и все.
Вечером тетушка ушла.
– Я хочу тоже присутствовать на церемонии посвящения, – сказала Занифа, укладываясь спать. – Интересно, как она проходит.
– Не думаю, что это приятное зрелище, – с сомнением произнесла Недвига.
– Почему?
Недвига промолчала, потому что не знала ответа, просто чувствовала, что эта церемония не принесет Занифе успокоения.
– Да и не пропустят тебя туда, – напомнила она племяннице.
– Ты забыла? Я знаю потайной ход. Когда-то мама провела меня по всем закоулкам дворца, она их знала наизусть, как свои пять пальцев. Многие из них остались в моей памяти, хотя, к сожалению, не все.
– Но ведь за тобой стража по пятам ходит.
– Да, обмануть их задача нелегкая. Но я что-нибудь придумаю. Ночь длинная…
Утром Занифе действительно пришла в голову мысль:
– Может, стража караулит только меня? Недвига, попробуй ты выйти и прогуляться во двор. Только накройся покрывалом, чтобы лица не видно было.
Недвига накинула покрывало и вышла из покоев. Никто из стражи даже бровью не повел при ее появлении. Она спокойно вышла на улицу, встретила там надсмотрщицу, которую вовсе не желала видеть. Та посмотрела с подозрением.
– Чего это ты разгуливаешь без госпожи? – спросила она настороженно.
– Ищу ее тетушку, – сказала Недвига первое, что пришло в голову, и постаралась быстрее покинуть двор.
– Хорошо, – обрадовалась Занифа, едва Недвига вернулась, – у нас с тобой почти одинаковые фигуры, ты такая же маленькая и тонкая, как я. Нас легко спутать.
Недвига неодобрительно покачала головой:
– Может, не стоит этого делать? Зачем тебе знать, как проходит церемония посвящения в каганы?
– Когда-то так посвящали моего отца. Я хочу больше знать о его жизни. Мне это необходимо…
Женщина вздохнула и не стала больше спорить.
Едва поднялся шум на улице, затрубили трубы, Занифа схватила покрывало Недвиги, накинула на себя.
– Ну, я пошла. А ты ложись на мою постель и не высовывайся из-за полога.
Недвига послушно спряталась за пологом кровати.
Девушки не было долго. Недвига уже начала беспокоиться. Рабыня принесла ужин, но к постели не подошла, передвигалась бесшумно, стараясь не разбудить госпожу.
На город уже опустилась ночь, когда наконец Занифа появилась: мертвенно-бледная, дрожащая.
– Что с тобой? – испугалась Недвига.
– Со мной ничего. О, Недвига, я видела такую страшную картину. Зачем они так издевались над бедным юношей? Это была не церемония, а пытка. Кагана посадили в кресло, в котором столько лет просидел мой отец. О, если бы я знала, какие страдания он перенес на нем! Бек накинул парню на шею шелковую петлю и стал душить, требуя, чтобы он назвал число меньше сорока. Когда он выкрикнул: «Пятнадцать», – бек сказал: «Вот столько ты и будешь править». Я ненавижу бека. Как я могла когда-то думать о нем хорошо? Ведь это настоящий живодер!
– Но твоего отца посвящал в каганы Обадия, – справедливости ради заметила Недвига.
– Ты оправдываешь этого убийцу?! – негодуя, воскликнула девушка.
– Нет, конечно, нет, – поспешила заверить женщина, не зная, как успокоить ее.
Занифа, казалось, была не в себе, увиденное так взбудоражило ее, что она долго не могла уснуть, ворочалась с боку на бок и всхлипывала. Не спала всю ночь и Недвига, чувствуя, что надвигается что-то тревожное, мрачное, страшное.
Утром пришла тетушка.
– Радуйся, Занифа. Твоя судьба определилась. Бек сказал, что ты будешь его наложницей.
– Что?! – Занифа подпрыгнула на кровати, услышав такое. – Никогда!
– Опомнись, моя девочка. Это большая честь для тебя. Не забывай, что ты рабыня. Он же хочет возвысить тебя. Говорят, ты ему очень понравилась.
