– Стьюксбери, ты не говорил мне, что завел собаку, – с удивлением заметила Шарлотта, отойдя от буйных проявлений радости пса.
– Она не моя, – смущенно сообщил граф.
– Мы нашли его вчера на улице, – пояснила Лили, – и привели домой.
– Но как…
Граф протестующе покачал головой:
– Подозреваю, что нам лучше этого не знать. По крайней мере, когда в мою дверь постучится констебль, мне не придется опускаться до лжи.
Лили открыла было рот, собираясь объявить, что в обретении ими Пирата нет ничего противозаконного, но была прервана вошедшим дворецким:
– Леди Вивиан Карлайл, милорд.
– Вивиан! – с восторгом вскочила Шарлотта.
– И да поможет нам Господь, – пробормотал под нос граф с гораздо меньшим энтузиазмом.
По пятам за дворецким в гостиную ворвалась женщина с темно-русыми волосами. На ней было изумрудно-зеленое платье и капор из черного бархата в форме сердца, отделанный посередине шелковой плиссировкой. Сзади капор украшало ярко-зеленое перо. У любой другой женщины подобный головной убор отвлекал бы внимание от лица, но только не у Вивиан: более красивых женских лиц Мэри еще не встречала.
Большие, широко расставленные глаза на идеально пропорциональном лице были такого же цвета, что и платье. Попадались злопыхатели, которые поговаривали (не на людях, конечно), что рот и челюсти леди Вивиан слишком велики для истинной красоты, а взгляды на жизнь слишком уж откровенны, но такие незначительные недостатки совершенно не были заметны ни Мэри, ни ее сестрам.
– Привет, Стьюксбери, не смотри на меня с таким испугом. – Она протянула графу руку в ответ на его поклон. – Я здесь надолго не задержусь, нам предстоит длинный день для совершения покупок.
Посмотрев под ноги, Вивиан обнаружила там Пирата, который, приподнявшись вслед за графом, разглядывал ее с явным интересом.
– О Господи… Оливер, это твоя собака?!
– Начинаю думать, что уже моя, – пробормотал граф, посмотрев на дворнягу.
– М-да… – Вивиан смотрела то на Пирата, то на Оливера, словно сравнивая. – Воистину чужая душа – потемки…
– Если такие потемки и существуют, то вряд ли они представлены собакой. – Граф сардонически изогнул брови.
Рассмеявшись в ответ и поприветствовав Шарлотту с Фицем, Вивиан протянула руку сестрам.
– А вы, должно быть, Баскомбы. Шарлотта рассказывала о вас, и я рада с вами познакомиться.
Через несколько минут, наполненных ничего не значащей женской болтовней, попрощавшись с графом и Фицем, Вивиан вывела сестер и Шарлотту на улицу, где их ждала зеленая четырехместная коляска с откидным кожаным верхом, запряженная четверкой отменных лошадей. Вышколенный лакей в ливрее тут же метнулся вперед, чтобы откинуть лесенку и помочь леди забраться в экипаж. Несмотря на четыре места, коляска оказалась достаточно просторной, поэтому в ней без труда могли разместиться шесть стройных женщин.
– Ну а теперь, – сказала Шарлотта, едва лишь коляска отъехала от тротуара, – вы должны рассказать нам, каким образом к графу попала эта собачонка, которая бегает за ним по пятам, не отставая ни на шаг.
– Да уж, – попросила Вивиан, – расскажите нам, пожалуйста. Никогда еще я не была так удивлена, когда увидела графа с… с… – Она рассмеялась, не находя слов.
По молчаливому согласию сестер слово было предоставлено Лили, как лучшей рассказчице, и история с кучером и собакой вызвала у женщин бурю восторга. Когда коляска доехала до Нью-Бонд-стрит и дело дошло до описания достопочтенного мистера Пинкли Фэншоу, смех, доносящийся из коляски, перешел в истерическую фазу, заставив прохожих удивленно оборачиваться.
– Боже мой, – Шарлотта утирала платком глаза, – чего бы я только не дала, чтобы увидеть этого Фэншоу, крутящегося на месте с собакой, вцепившейся в фалды!
– А тебе знаком этот Фэншоу? – спросила Вивиан.
– Нет, а тебе?
– Немного. Если бы ты его знала, твой восторг от этой картины возрос бы многократно. Невероятный пижон и жалкий хлыщ.
– Словно кузен Гордон, – заметила Шарлотта.
– Много хуже. По крайней мере Гордону Харрингтону восемнадцать, и это его в какой-то мере оправдывает. Фэншоу же скоро будет сорок, а он все еще ведет себя как мальчишка.
Коляска остановилась, и расторопный лакей тут же помог леди выбраться наружу. Следуя за остальными и оглядываясь по сторонам, Мэри поняла, что они находятся в оживленном торговом районе. По обе стороны улицы тянулись бесконечные магазины и лавки.
– А куда мы идем? – спросила она у Шарлотты.
– Ну, прежде всего в Графтон-Хаус. Туда нужно попасть не позже одиннадцати. В противном случае магазин будет переполнен, и мы не сможем найти свободного приказчика.
Переполненных магазинов Мэри пока не видела, нет, конечно, в них находились посетители, но к ним сразу же бросался магазинный клерк, кланяясь и предлагая помощь. У нее закралось подозрение, что приди они сюда и в самый разгар рабочего дня, все приказчики все равно сразу примчатся к леди Вивиан.
Ни Мэри, ни ее сестры не обратили на продавцов Графтона ни малейшего внимания, хотя те взирали на них с неподдельным изумлением. Вдоль каждой стены магазина располагались рулоны тканей, некоторые лежали на больших полках, другие висели так, чтобы падающий свет максимально подчеркивал всю прелесть оттенков. Даже в Филадельфии Мэри не видела такого огромного магазина, торгующего только тканями. Служащие раскатывали перед покупателями материал на деревянных прилавках, тянущихся вдоль обеих стен, демонстрировали его клиентам, отмеряли и отрезали нужную длину.
Большинство покупателей слонялись вдоль прилавков, разглядывая товар, но клерк тут же принес стулья для Вивиан и Шарлотты, интересуясь, какие именно ткани им хотелось бы посмотреть.
Ошеломленные сестры двинулись дальше, открыв рты. Элегантный шелк и блестящий атлас, обычная фланель и тончайшая шерсть, постельное белье и бархат, парча, хлопок для штор, муслин… Еще немного, и у них закружилась бы голова, но громкий голос Шарлотты позвал сестер обратно. Уже через несколько минут они выбирали ткани для будущих нарядов.
Через некоторое время Мэри взглянула на пачку отрезов, лежащую чуть в стороне, и пришла в ужас.
– Боже мой, мы купили невероятно много…
– Ерунда, – заверила ее Шарлотта, – мы только начали. В конце концов, вас четверо, и вам нужно… Говоря прямо, вам нужно все.
– Конечно, граф необычайно щедр, но вы уверены, что он не станет возражать?
