ночью. Бухого в хлам. Он на посылках у Люка Флетчера.
Хиллари напряглась. Люк Флетчер был местным бандитом и занозой в заднице полиции долины Темзы — крупный торговец наркотиками и рэкетир. Проституцию они с Мунго Джонсом поделили на двоих: одному досталась восточная часть Оксфорда, другому — западная.
— Смотри, Фрэнк, с огнем играешь, — мрачно проворчала Хиллари. А впрочем, Фрэнку-то какое дело? Если до Флетчера дойдет слух, что его человека таскали на допрос, ноги он повыдергает ему, а не Фрэнку.
А то и голову оторвет.
— Он уже на стенку лезет, дозу просит, — добавил Фрэнк. Томми содрогнулся.
Констебль смерил сержанта Росса взглядом, в котором отвращение мешалось с интересом.
Неужели Росс не знает, что правилами это запрещено?
— И? — против собственного желания спросила Хиллари, которой тоже было интересно. Что там еще затеял этот Фрэнк?
— Мы с ним того, покалякали. И знаете что?
Хиллари закатила глаза. Фрэнк как он есть. Улещивай его теперь каждую секунду. Если что и любил этот вонючий херувимчик, так это власть над другими.
— Докладывай уже! — рявкнула она, теряя терпение.
Фрэнк фыркнул.
— Кажется, наш Мунго Джонс накуролесил.
Томми Линч вздрогнул. Фрэнк сузил глаза.
Томми едва сдержал улыбку. Все как он думал. Хиллари напала на след. Иначе зачем бы она попросила человека из наркоконтроля привезти сутенера сюда? Правда, это означало, что она сделала Фрэнка Росса как младенца, но уж это Томми принимал как должное.
— И что он натворил? — преувеличенно терпеливо спросила Хиллари.
— Я так понял, что вчера вечером Джонс со своим дружком, та еще рожа, звать Брайан Мэйхью, заглянули на огонек в колледж.
Хиллари моргнула.
— В колледж Святого Ансельма?
— Нет, блин, в Баллиоль! В Ансельма, куда ж еще, — ответил Фрэнк. Ему не нравились взгляды слушателей. Он, значит, притащил такую вкусную косточку, а они еще носом вертят.
— Этот твой обколотый знает, зачем они туда ходили? — спросила Хиллари, пропустив его грубость мимо ушей. Можно, конечно, написать на него рапорт, но что это даст? Да еще Мэл взбесится, потому что, когда старший по званию требует наказания для младшего, это означает целую кучу писанины. Все равно Мэл не может спихнуть Фрэнка куда-нибудь еще.
Его попросту нигде не возьмут.
— А то. Говорит, Мунго хотел кой на кого напустить страху.
— На кого-то из студентов?
— Не-а, — ухмыльнулся Фрэнк, — на препода.
Он ждал аплодисментов, но их не последовало.
— Вы что, не поняли? — наконец повторил он. — На препода. Ну? Чем не зацепка?
Хиллари кивнула.
— Я уже отправила Джанин за доктором Фэйрбэнкс, — сказала она. — А наркоконтроль притащит Мунго. Устроим им случайную мимолетную встречу в коридоре и посмотрим, что из этого выйдет. Должно быть интересно.
Фрэнк вспыхнул. Черт! Значит, он тут из кожи вон лезет, таскается по местным пабам, а когда появляется зацепка, эта сука из Труппа уже скачет впереди всех.
— А мне никто ничего не сказал, да? — огрызнулся он и плюхнулся на свое место, поймав ухмылку Томми Линча.
Фрэнк быстро показал ему палец.
Зазвонил телефон, Хиллари схватила трубку.
— Это Реджис. Привезли Джонса, сейчас войдем. Он вызвал свою адвокатшу, она будет с минуты на минуту и устроит тут натуральный апокалипсис. Так что лучше поторопитесь там.
— Ясно, — ответила Хиллари, бросила трубку и позвонила на мобильный Джанин. — Ты где?
— В машине, выехала с кругового съезда. Буду с минуты на минуту.
— Когда доберешься, веди ее в четвертую допросную.
Хиллари повесила трубку и посмотрела на Томми:
— Встретишь их в фойе. Звякни на мой мобильный, один гудок и отбой. Будь готов по команде перевести Мунго в другую допросную.
— Есть, шеф, — сказал Томми и, не теряя времени, двинул на выход.
— А лает он тоже по команде? И на задних лапках бегает? — глумливо спросил Фрэнк, и Томми почувствовал, как запылала шея.
Черт возьми! Неужели его готовность сделать ей приятное так заметна? Оглянуться он не рискнул, но был почти уверен, что Хиллари Грин и слушать бы Фрэнка не стала.
Она его никогда не слушала.
В этом он был прав: Хиллари привычно пропустила Фрэнковы словесные испражнения мимо ушей. Дело завертелось, у нее похолодело в ногах. Она подошла к двери Мэлова кабинета и постучалась.
Не дожидаясь ответного «войдите», она открыла дверь и стремительно шагнула внутрь.
Черт.
— Сэр, — растерянно сказала она. Суперинтендант Маркус Донливи повернулся на стуле и смерил ее своим фирменным невыразительным взглядом.
— Хиллари, — сказал Мэл, скорее с интересом, нежели недовольно. — У нас пожар?
— Нет, сэр, — ответила Хиллари. Ей очень хотелось рассказать ему, что происходит, но не в присутствии начальства, нет, черт возьми. — Хотела вас предупредить, что мы с наркоконтролем решили допросить тут у нас подозреваемого по делу Евы Жерэнт.
Донливи кивнул — на нем был его фирменный черный галстук. Суперинтендант явно держал руку на пульсе событий.
— Как оно продвигается?
— Медленно, сэр, но, возможно, будет прорыв.
— Хорошо, — кивнул Донливи, давая понять, что отпускает ее.
Хиллари не нуждалась в повторном приглашении. Она торопливо вышла.
Маркус Донливи снова повернулся к старому другу и вздохнул. Он оттягивал этот момент сколько мог, но дольше откладывать было невозможно.
И все-таки он зашел издалека.
— Как Хиллари, справляется? Ей ведь впервые поручили крупное дело об убийстве?
Мэл кивнул.
— Она отлично справилась с делом Дэйва Питмана, и я решил, что пора отпустить ее в свободное плавание. Кстати, дело оказалось посложней, чем я думал. Но она держит ушки на макушке.
В этом Донливи не сомневался. Когда речь заходила о расследовании преступлений, он готов был признать, что Хиллари Грин нет равных. Жаль, что этот муженек ее все время топит.
— Кстати, о Хиллари: ты в курсе, что один из тех йоркширских пудингов окопался тут на постоянной основе? — заметил Мэл не без намека.
Донливи вздохнул.
— Пол Дэнверс. Да, знаю. Он хороший парень. Когда не лезет со своими расследованиями к сослуживцам.
— Вы ведь ничего такого не затеяли, Маркус? — осторожно спросил Мэл. — В смысле дело Ронни окончательно закрыто и сдано в архив, так?
— Да. Я понимаю, что ты имеешь в виду. Нет, Дэнверс тут ничего не разнюхивает.
Тут Донливи нахмурился. Это была лишь его личная догадка. Может, его просто не предупредили.
Он не хуже всякого другого понимал, что внутренние расследования живут по собственным законам. Однако у него были свои люди на высоких постах. И если Дэнверс и был засланным казачком, его об этом не предупредили.
— Хорошо, — ровным голосом сказал Мэл. И подумал: что еще надо суперинтенданту? Они с Донливи были дружны много лет, но обыкновения посидеть-поболтать так и не завели.
