что умерла. Дышать было очень трудно. Где она? Вокруг скалы, но между ними есть просветы. Через них видно берег, песок и воду… Это
тот свет?
Она раскрыла глаза пошире и увидела два лица над ней, мужское и женское. Люди что-то восклицали, что-то спрашивали, лопоча на непонятном языке. Звуки доходили до нее, как через толщу воды. Не получив от девочки ответа, мужчина, согнув свою ногу в колене, перекинул ее через бедро лицом вниз и начал давить на ее спину. Соланж закашлялась, отхаркивая воду, да так сильно, что грудь разрывало. А женщина, присев, сунула Соланж в рот свои пальцы, отчего ее вытошнило. Потом еще, еще и еще раз.
Потеряв последние силы от жестокой рвоты, она снова провалилась в обморок.
И опять очнулась, когда те двое подняли ее – благо, девочка была легкой – и положили на что-то, похожее на носилки. Наверное, они были самодельными, потому что Соланж видела рядом со своей головой две большие сучковатые палки, на которых закрепили простыню в цветочек. Мужчина с женщиной пристегнули Соланж ремнем и потащили ее на этом приспособлении в гору по узкой, едва заметной тропинке, скользя по рыхлому грунту и цепляясь за ветки каких-то мелких кустарников.
И опять Соланж потеряла сознание, чтобы очнуться, на этот раз в медицинском кабинете. Или не кабинете… Но в каком-то медицинском месте. В горле у нее торчала трубка. В вене – игла. Говорить она не могла – но никто и не просил. Соланж этому была рада.
О чем говорить, когда ничего не помнишь?
20 лет назад. Олег
Несколько часов спустя Олег, как было запланировано, вернулся в грот за мертвой девочкой.
Но не нашел ее на том месте, на котором оставил.
Объяснений этому явлению практически не было. Никаких диких зверей тут не водилось. Спасатели сюда не стали бы заглядывать: невозможно представить, что захлебнувшийся ребенок сумел проплыть полтора километра до грота. А волной его сюда занести не могло, уровень скал выше воды.
Оставалось думать, что кто-то из местных наткнулся на тело Соланж раньше, чем Олег вернулся за ней. Но тогда бы уже все средства информации кричали о найденном трупе ребенка!
Либо кто-то… зачем-то… утащил труп… И ничего никому не сказал…
Олег совершенно не представлял, кто и зачем мог это сделать.
Однако предпочел не говорить об этом Анжеле. В его версии он уволок тело Соланж в глубины Средиземного моря, где ее никто не найдет.
А если когда-нибудь и всплывет тело, обглоданное рыбами и крабами, то опознать его уже будет нельзя.
Анжела осталась довольна. Теперь она могла дышать свободно, без оглядки на гадкую девчонку.
Однако с Олегом она решила расстаться. Убийство Соланж как-то вдруг все расставило на места. Она осознала: хватит тайных свиданий, утомительных уловок, чтобы выкроить время для встречи с Олегом. Конечно, лучше любовника ей не найти, но есть вещи поважнее секса. Нельзя рисковать таким выгодным браком.
Олег выслушал ее решение спокойно. Сказал: «Да, так будет разумнее», – и все. Ни упреков, ни обид. Анжела даже почувствовала разочарование. С другой стороны, их отношения никогда не претендовали на звание любовных. И у нее, и у него в течение всех этих лет были другие связи. Анжела искала мужа, а Олег не мог существовать без секса. Да, лучше любовницы, чем Анж, не сыскать, поэтому он всегда и охотно возвращался к ней при первой возможности. Но сейчас все усложнилось. Стало слишком хлопотно. И им действительно лучше расстаться. Надолго? Навсегда? Жизнь покажет. Как будет, так и будет, никто плакать не станет.
После шести месяцев траура и несбывшихся надежд на чудесное спасение дочери Франсуа Дюваль, потрясенный самоотверженностью Анжелы, – ведь она рисковала жизнью, чтобы спасти Соланж! – предложил ей руку и сердце.
Москва
День девятый, продолжение
Реми уехал на Балеарские острова, новости от него поступали скудно: на Форментере он много ездил и ходил, пытаясь отыскать следы Аборигенки, но пока результаты были весьма скромные.
Кис, тот и вовсе молчал. Поскольку Анжела от его услуг отказалась, Леша занимался, надо полагать, своими собственными текущими делами. Но без информации не было и пищи для ума, так что Ксения заскучала. Саша, сестричка, работала – ну, это как всегда. Если она не стучала по клавиатуре, сочиняя очередную статью, то убегала в редакцию. Ксюша провела последние два дня с родителями, чему те были неимоверно рады, но мысли ее крутились вокруг Аборигенки. Или пора ее называть Соланж?
Подождем, что Ремиша накопает. А там уже видно будет, Соланж это или кто…
Конечно, редкая форма верхней губы, пресловутая «арка Купидона», очень похожа у девочки на фотографиях, которые переснял Реми у сестры Дюваля, и у Аборигенки. Но ведь пока нельзя утверждать, что они идентичны!
Хотя Ксюша не сомневалась: это та самая девочка. Соланж. Она каким-то чудом выжила и теперь мстит.
Но Кису этого Ксения не скажет. За подобную фразу – «не сомневаюсь» – он быстро в угол поставит. «Доказательства и только доказательства, Ксюха!» Она даже будто услышала его голос. Приятный, кстати, мужественный такой баритон. Который в подобных случаях раскатывается до громового баса.
…Фразы, которые произносили женщины, поравнявшись с Анжелой на шопинге, были ли они реальными угрозами? Или Аборигенка просто пугала Анжелу до смерти? В конце концов, это тоже месть – заставить человека взмокнуть от страха. Но что, если она действительно намеревалась завести роман с одним из братьев – с Микой, без сомнения, поскольку сердце Даниэля занято, – а потом осуществить ту программу, которую озвучили Анжеле на ухо?
Хотя откуда Аборигенке знать, что Дани влюблен в Люсю?
Между прочим, она вообще на удивление много знает, Аборигенка. Отыскала Анжелу на экзотическом острове, нашла ее квартиру в Москве, разузнала о членах ее семьи. Допустим, она нанимает детективов, дает повсюду взятки, чтобы получить интересующую информацию, почему нет. Но это недешево. И ее слежки, переодевания – все это тоже затратно. А ведь Соланж от отца наследство не получила, – оно досталось братьям и Анжеле. Кстати, это, среди прочего, еще один мотив для мести. К тому же у нее наверняка есть и другая цель: семью Дювалей-Багировых извести, а их деньги – ее законное наследство! – вернуть себе. Поэтому она и разработала такой план: выйти замуж за одного из братьев, а дальше всех по очереди истребить.
Откуда у нее бабки, интересно? Если она сама много зарабатывает, то к такой работе должна быть прикована – а она и на острова слетала, и в Москве отирается вот уже сколько дней. Квартиру сняла, машину оплачивает…
Ксения еще немного подумала и отправила Реми смс-сообщение:
«Аборигенка
