лошадь по морде и, осмотрев упряжь, облегчённо усмехнулся. И скакуны, и транспорт были в порядке, так что, женщин можно было спокойно отправлять дальше.
К удивлению парня, Груд старался держаться подальше от лошадей. Не понимая такого его поведения, Лёха жестом позвал гнома к себе, собираясь выяснить, как долго им ещё идти, но Груд, вдруг насупившись, принялся ковырять землю носком сапога. Не понимая, что происходит, Лёха подошёл к гному и, заглядывая ему в глаза, тихо спросил:
— Ты чего дружище?
— Не люблю я этих тварей, — ещё сильнее смутившись, тихо буркнул гном.
Только тут до Лёха дошло, что могучий гном до смерти боится лошадей. Едва сдерживая истерический смех, Лёха кивнул и, проворчав, что ему надо отлить, скрылся в кустах. Там, привалившись к дереву, Лёха в голос, от души заржал. Он и представить себе не мог, что гном, бесстрашно готовый драться с мантикорой, может бояться домашней лошадки. Но, как говорится, у каждого свой страх. Лёха потому ушёл в лес, чтобы не обижать гнома. Насмешничать над чужими проблемами, его давно уже отучила жизнь. Кое-как успокоившись, Лёха вернулся на дорогу, делая вид, что возится с завязками штанов.
Родри уже успел собрать и увязать в одну вязанку все трофейные ружья, а женщины всё ещё возились с вещами, охая и стеная над каждой тряпкой. Понимая, что процесс нужно ускорять, Лёха подошёл к ним и, откашлявшись, сообщил:
— Дамы, бревно убрано, лошади и упряжь в порядке, карета цела. Так что, вы можете смело продолжать путь. Мы своё дело сделали, так что, позвольте нам откланяться.
— Мы благодарим вас за помощь, — выпрямившись так, словно лом проглотила, ответила старшая.
— Не стоит. Это долго любого нормального мужчины, — улыбнулся Лёха, быстро отступая назад.
Втягиваться в очередной раунд бесконечного словоблудия у него не было никакого желания. Но смыться не получилось. Младшая, услышав, что они собираются уходить, подошла поближе и, окинув парня оценивающим взглядом, спросила:
— Сейт-Ваган. Где-то я уже слышала это имя. Кажется, на приёме в академии магии.
— Скорее всего, речь шла о моём двоюродном дяде. Он имперский маг академии, — быстро пояснил Лёха, делая очередной шаг назад.
— Ваш дядя маг?- тут же сделала стойку старшая. — Что ж. Это многое объясняет. Но в таком случае, мы просто обязаны пригласить вас погостить у нас.
— К величайшему моему сожалению, это невозможно, — принялся открещиваться Лёха. — Я получил от дяди строгие указания и очень стеснён временными рамками. Так что, прошу простить мне мою неучтивость, но я вынужден покинуть столь блестящее общество.
— Жаль. Очень жаль, — вздохнула младшая, провожая парня плотоядным взглядом.
Сделав знак гномам, Лёха чуть ли не бегом вломился в ближайшие кусты, и не останавливался, пока не налетел на ожидавшего их эльфа.
— Что случилось?- удивлённо спросил Эльвар, стоявший у дерева и задумчиво строгая какую-то палочку. — Ты несёшься так, словно за тобой стая мантикор гонится.
— Одна из баб вспомнила имя моего дяди, и принялась зазывать в гости. Еле отговорился, — еле отдышавшись, ответил парень.
— Ну, ещё бы, — рассмеялся Эльвар. — В этой глуши и вдруг родственник столичного мага. Такой шанс они упустить просто не могли. Как тебе выкрутится удалось?
— Пришлось соврать, что получил поручение от дяди. Срочное, — признался Лёха, оглядываясь на подходящий к ним гномов.
— Дело, это правильно, — одобрительно кивнул Эльвар. — Спорить с имперским магом никто не рискнёт.
— Шут с ними. Нужно убираться отсюда, — отмахнулся Лёха. — Надеюсь, дальше пойдём без приключений.
— Ты смеёшься над нами, Дальвар?- вдруг возмутился Груд. — Да такого спокойного путешествия я уже циклов десять не помню.
— Да уж. Похоже, высшие на твоей стороне, — решительно поддержал десятника Родри.
— Если это спокойно, то что будет, если станет не спокойно?- мрачно спросил Лёха, и вздохнув, зашагал следом за эльфом.
Глава 8
Спустя ещё четыре дня, друзья вышли к границе земель народа урух-кай. И гномы, и эльф, сходу утеряв свою обычную невозмутимость, принялись насторожено всматриваться в каждый камень. Не понимая их напряжённости, Лёха с интересом высматривал всё необычное, но пока, всё было, как и везде. Зелёная трава, мокрая вода, и синее небо. Даже пограничный столб ничем не отличался от всех остальных в этом мире. Кое-как обтёсанное бревно с прибитой к нему табличкой; мол, с этого места начинается удел такого-то барона или народа. За время своего путешествия от побережья к уделу гномов, парень повидал таких несколько штук.
Но нервозность попутчиков, постепенно передалась и ему. Понимая, что напряглись все не просто так, Лёха достал из чехла обрез и, держа его в руке, молча, зашагал следом за эльфом. Попутчики успели пройти километра два, по прикидкам парня, когда дорогу им преградил десяток крупных, орков, в полном доспехе и вооружённых секирами на длинных древках. Порывшись в памяти, Лёха припомнил, что эти оглобли называются алебардами или бердышами, и принялся высматривать наличие у них огнестрельного оружия. Но к удивления парня, ни у кого из бойцов такового не оказалось. Только у десятника на поясе висело что-то, очень напоминающее кобуру.
Отряды остановились друг против друга, и принялись, молча сверлить друг друга глазами. Понимая, что нужно как-то разряжать ситуацию, Лёха испустил тяжёлый вздох и, плавно шагнув вперёд, громко спросил:
— Ну и кому я должен тут набить морду, чтобы потом сделать заказ на строительство?
— А силёнок-то хватит?- иронично спросил орк десятник. — А то глядишь, и сам огребёшь.
— Всё может быть, — пожал плечами Лёха. — Но пока не попробуешь, не узнаешь.
— Смелый человечек, — гулко хохотнул орк. — А что? Может, развлечёмся?
Это предложение было встречено одобрительным смехом всего десятка.
— Идиот! И кто тебя вечно за язык-то тянет?- взвыл про себя Лёха, окидывая фигуру орка быстрым, оценивающим взглядом.
Даже против его метра восьмидесяти пяти, этот мужик казался большим. Орки вообще выглядели очень колоритно. Красноватая кожа, чёрные густые волосы. Заострённые уши, раскосые глаза с жёлтыми как у котов глазами и такими же вертикальными зрачками. А самое главное, хищно выступающие из под верхней губы клыки, придававшими им сходство с киношными вампирами. Весил каждый орк за центнер, и обладал весьма впечатляющими мускулами. Десятник же, был самым крупным из них.
Очевидно решив, что вопрос поединка уже решён, десятник принялся скидывать с себя
