– Значит, это хорошо?
– Хорошо или плохо, но такая уж ты есть.
Он взял ее за руку, усилием воли подавляя голос плоти.
– Вот и хорошо, Роз. Договорились. Я женюсь на тебе. И да простит нас Господь за циничные мотивы, которые движут нами.
Глава 18
– Знаешь. Дрейк, – произнесла Розалинда много позже, с трудом ворочая языком, – теперь, когда я тебя узнала получше, могу сказать, что ты не так уж несносен.
– Высокая похвала от тебя, девица. – Дрейк поднял свой бокал в молчаливом приветствии и осушил его до дна. – Ты – как прекрасное вино, Розалинда. С каждым годом становишься мягче. Ручаюсь, что лет через сто тебя уже можно будет пить.
– Квиты, – хихикнула Розалинда и отхлебнула из своего бокала.
Придя к согласию, они решили выпить за предстоящий брак, потом выпили еще и теперь, много часов спустя, расслабленно развалились в креслах друг против друга.
Испытывала ли она когда-нибудь такой же покой, такую непринужденность, такую уверенность в будущем? Скорее всего все детали происходящего этой ночью завтра покажутся дикими и нереальными. Но сейчас ей представлялось, что она способна покорить весь мир или даже уже покорила. Выйдя замуж за Дрейка, она сможет привязать его к себе – уже не как врага, а как партнера.
– Думаешь, мы действительно сумеем перехитрить королеву? – спросила она, икнув.
– Поженившись? – Она кивнула, и он хитро улыбнулся – Дом мы, конечно, получим. Но сдается мне, что это королева нас перехитрила, ведь мы женимся против своей воли.
– Но только на бумаге. – Розалинда торжествующе засмеялась. – Ну как ты не понимаешь? Все решат, что мы поженились, а на самом деле это будет пустая формальность. Ты будешь волен спать с кем захочешь или носиться по морям. А я не буду связана по рукам и ногам узами брака.
Дрейк провел тыльной стороной руки по аккуратно подстриженным усам и бороде. Жест вышел каким-то мрачным, и настроение у Розалинды слегка испортилось.
– Я знаю, что не нравлюсь тебе, и значит, ты предоставишь меня самой себе.
– Правда? – Его лицо выражало сплошное сомнение. Уголки ее губ приподнялись.
– Конечно! А когда нам придется быть рядом, только для виду, ты будешь очень хорошо смотреться рядом со мной.
– Как Коклз, мальтийская болонка леди Блант? – саркастически произнес он.
– Ну-ну, будет тебе, – сказала она, ласково потрепав его по щеке. – Я только хотела сказать, что ты красив.
Дрейк недоуменно заморгал, переваривая этот комплимент. Когда же он, скрестив руки на груди, с сомнением посмотрел на нее, Розалинда наклонилась вперед и снова схватила его за руку.
– И не сомневайся! Ты действительно красив, Дрейк. Очень красив. Странно, что королева тобой не увлеклась, она так любит молодых красавцев. Да, но ведь ты не был при дворе. Надо исправить это упущение. Ты наверняка понравишься Елизавете.
– Неужели?
– Твой удел быть лордом, адмиралом, а не просто торговцем и путешественником. Ты должен занять место фаворита королевы, которое когда-то принадлежало сэру Уолтеру Ралею. Или графу Эссекскому. С тех пор как он впал в немилость, королева меланхолична и одинока. Она должна узнать о твоих выдающихся способностях.
– Хватит! – Дрейк почему-то закашлялся и встал. Подойдя к камину, он оперся о каминную полку и уставился в его холодное чрево. – Твои добрые слова трогают меня так, что я просто не нахожусь с ответом.
– Почему ты еще не был при дворе? К чему такая независимость? Королева будет без ума от тебя. Я точно знаю.
Он посмотрел на нее через плечо и едва сдержал ухмылку.
– Я рад, что ты так думаешь.
– Я знаю…
Он перебил ее:
– А что же ты? Давай для разнообразия поговорим о Розалинде. Почему ты не вышла замуж раньше?
Она нетерпеливо отмахнулась:
– Лучше поговорим о чем-нибудь другом.
– Я хочу знать только одно: почему? Ведь наверняка тебе делали предложения. Я же помню, что ты несколько раз была помолвлена.
– Дрейк, пожалуйста, давай поговорим на другую тему. – Она вся зарделась. Ей не хотелось, чтобы он понял, что ее независимость на самом деле вынужденная. Узнав о проклятии, он будет издеваться над ней до конца жизни.
– Ты что-то скрываешь от меня, Розалинда. Что же?
– Да, – тут же нашлась она, лукаво улыбаясь. – Я действительно кое-что скрываю.
– Что? – настаивал Дрейк, вновь наполняя свой бокал.
– Ну… – Она вытерла уголки губ платком, решив потянуть время. И тут ее осенило. – Ты знаешь, что пока ты шлялся по морям, я шпионила для труппы Уилла?
Дрейк фыркнул:
– Тоже мне новость. Ты уже говорила об этом.
– Но ты еще не видел костюма.
Он замер и насмешливо приподнял бровь.
– Ты собираешься показать его мне?
– При одном условии, – сказала она, допивая содержимое бокала. – Ты пойдешь со мной и пошпионишь за этим отвратительным пуританином, Святой Простотой. Мне не хватает практики. И потом, если ты хочешь оценить мои таланты, то должен увидеть меня в действии. Я как актеры Уилла: не смогу играть, если не сумею вжиться в роль.
Притворно сдаваясь, Дрейк поднял руки:
– Веди меня, девушка-шпионка. Только смотри, чтобы нас не поймали.
Ротвелл распорядился принести длинное седло для лошади, чтобы Розалинде хватило места сзади, и стал ждать ее на главной аллее. Но когда прошло полчаса, а стройная шпионка так и не появилась, он отправился на ее поиски. Никто не знал местонахождения хозяйки, впрочем, после тщательных поисков Дрейк наконец отыскал ее в желтом будуаре.
– Какого черта ты здесь делаешь?
Она резко обернулась, и целый поток ругательств сорвался с ее губ. Лицо пылало, а взлохмаченные волосы рассыпались по плечам.
– В чем дело? – удивился Дрейк.
– Я не могу переодеться. – На полу валялась нижняя юбка, и лишь тонкая рубашка прикрывала ее ноги. – Шнуровка сзади, и я никак не могу дотянуться.
– Почему ты не позвала свою служанку?
– Я отпустила ее навестить сестру, а она – единственная служанка в доме, которая помогает мне с костюмом.
– Ты наверняка скорее умрешь, чем попросишь меня о помощи, – сказал Дрейк с насмешкой и подошел к ней. – Так что я помогу тебе, не дожидаясь просьбы. Повернись.
Розалинда какое-то мгновение сердито смотрела на него, но потом все же повернулась.
– Ладно. Просто развяжи бант и ослабь шнуровку.
– Я знаю, Розалинда. У меня есть опыт.
– О! – удивленно воскликнула она.
Дрейк торжествующе ухмыльнулся за ее спиной, но едва он убрал волосы с ее шеи и увидел молочно-белую кожу, рыжеватые завитки и выступающий позвонок, как вся его веселость вмиг улетучилась. Обхватив рукой ее шею, он коснулся нежных ключиц и позволил пальцам скользнуть ниже, к груди прелестницы.
