ладони кверху.
— Маэль, — настороженно протянул старший брат. — Отдай пистолет, — стоило парню приблизиться, чтобы вновь спрятать оружие в безопасное место, как рука его младшего брата становилась все тверже в своих намерениях.
Гром обрушился с новой силой, и Маэль дрогнул, его указательный палец сорвался — и курок опустился. Пуля вылетела прямо в асфальт и отрикошетила куда-то в сторону. Все с облегчением выдохнули. Юноша перепугался и бросил пистолет на землю. Тони незамедлительно поднял его, повертел в руке и вновь навел в сторону «шакалов».
— Я бы хотел, чтобы обидчики моего брата были наказаны, — дождь плотной стеной спускался по рукам и ногам, но это не мешало Тони видеть свою цель, ничто не могло его отвлечь в эту секунду, даже хвалебная дипломатия Кая. — Но я вижу, что это не вы, — он снял прицел, оружие повисло на его расслабленной руке.
«Шакалы» исчезли в пелене суровой ночи, а трое братьев остались на этой парковке, предоставленные самим себе. Кай сгреб в охапку перепуганного Маэля и потащил к машине, откинул переднее сиденье и затолкал младшего на заднее. Тони занял уже привычное ему место.
— Едем домой, — выдохнул Кай. — А с тобой, — парень поймал отражение блондина в зеркале заднего вида и раздраженно заглянул в его голубые глаза, — с тобой я позже разберусь!
Маэль промолчал, лишь раздосадованно пережал здоровой ладонью раненую, будто она так меньше стала бы болеть.
25 глава
Меня не покидало чувство, что я птица в клетке, и отнюдь не золотой. Тут скорее держат на «цепях» из бинтов и мазей, кормят жижей, посылают спать и не дают принимать самостоятельные решения.
Хочу обратно в свой Сан-Франциско, проникаться его ритмом, взбираться и спускаться по таким знакомым холмам, чувствуя напряжение в мышцах ног. Непонимание того, что творится вокруг меня, напрягает, заставляет заочно бороться с какой-то неведомой силой. Ведь именно так я ощущаю себя ни больше ни меньше. Люди не особо приветливы, молчат и уклоняются от любых ответов на вопросы. Да в моем отвратительном многоквартирном доме вероятность наткнуться на кого-то разговорчивого была гораздо больше. Разве люди в небольших поселениях не должны быть более сплоченные, нежели в крупных мегаполисах? Либо я совсем ничего не смыслю в человеческих взаимоотношениях.
За все это время никто не сделал мне ничего плохого, но ощущение нависшей за спиной угрозы колко отзывалось в затылке. Хотелось схватить Кая и приказать в немедленном порядке отправить меня отсюда на волю, хотя при таком раскладе сейчас я поехала бы обратно одна, ведь он все еще должен помочь своему кузену.
Дверь распахнулась, молнии, сверкнувшие в проеме, ослепили меня. Внутрь силой втолкнули Маэля, он едва не запнулся, но удержал равновесие. Блондин поспешил скрыться в своей комнате, но Кай схватил его за шкирку и кинул на диван. Я отскочила в сторону.
— Объяснись, с каких пор ты играешь в гангстера? Ты понимаешь, что своими глупыми действиями мог поспособствовать убийству человека? Ты бы смог с этим жить? — закричал Кай, нависая над младшим братом. — Не будь меня там, — его тон стал ниже, — ты бы спустил курок, мертвое тело упало б на землю, кровь полилась ручьями… И каждую ночь всей твоей оставшейся жизни тебя настигал бы лишь один сон: о том, как ты, дорогой мой братец, убиваешь неповинных.
— Я-я-я не знал, — заикался блондинчик. Сейчас он был похож на маленького котенка, загнанного в угол. Глаза наливались слезами, хоть он и пытался их сдерживать, одной слезинке все же удалось выбраться на свободу.
— Чего ты не знал? Что пистолеты предназначены не для надувания мыльных пузырей?! — Кай замахнулся, а «малыш» скрючился, защищаясь ладонями.
— Кай! — вмешалась я, сероглазый обернулся. — Ты его пугаешь, ты пугаешь меня. Не бей его, пожалуйста, — осмелилась я выползти из угла, в котором все это время стояла. Я неспешно подошла к парням и села на край дивана возле паренька, вздымая взгляд кверху.
Кобра выглядел, как нависающая угроза над нами двумя, лишь постепенно его черты лица начали смягчаться.
— Маэль, ты в порядке? — я прикоснулась к нему, он весь дрожал и закрывал лицо руками, перепачканными в крови. На долю секунды я решила, что они действительно кого-то пристрелили, но вспомнив о том, что его рука была ранена при мне, немного расслабилась. — Посмотри на меня, — обратилась я к юноше, он несмело открылся мне. — Он тебя не тронет, не волнуйся. Тебе нужно промыть рану.
— Валери, не надо с ним сюсюкаться, он же утверждает, что взрослый, — дернулся Кай.
— Да посмотри на него! — не выдержала я. — Ему страшно! И страшно ему не оттого, какие ужасы ты ему заливаешь в уши, а оттого, что его старший брат кричит и хочет его избить!
Я помогла Маэлю подняться и словно мать, защищающая своего детеныша, прикрыла от сверлящего взгляда «змеюки». Я сама промыла его ладонь и приложила один из моих бинтов, сама отправила в комнату и сама же не впустила туда Кая.
— Не надо быть такой доброй, — покачал головой соседушка, но не успел опомниться, как я ему отвесила звонкую пощечину. Его глаза округлились. — Не думаю, что заслужил, — потирая щеку тыльной стороной ладони, пробубнил он.
— А это не за брата. Не хочешь ничего объяснить? Куда ты все время пропадаешь, что значит «Белая кобра»? И куда ты вообще меня притащил?! И какого черта у вас тут принято стрелять в людей? Что, поддался порыву и не заметил, как при мне начал отчитывать Маэля за неудавшуюся кровавую бойню?
Парень замешкался.
— Хорошо, я расскажу, но позже.
— Нет, сейчас! Ты начнешь свой рассказ прямо сейчас, а как только погода улучшится, заведешь мотор своей колымаги и отвезешь меня обратно домой! — потребовала я.
— Валери, все не так просто, — Кай потупил взгляд с легким придыханием, будто не мог понять, какое слово будет правильным для того, чтобы со мной заговорить.
— Ничего не бывает просто и понятно, но будет лучше, если ты сам расскажешь, потому что с каждой новой недомолвкой я начинаю думать, что совсем тебя не знаю. И, возможно, стоило бы начать тебя бояться, — от последней фразы брюнет даже растерялся.
— Что ты хочешь знать?
— Всё, и не надо врать — я пойму, если ты это сделаешь.
— Тогда для начала: мое полное имя Николай Кэмпбелл, имечко странное, но я получил его от деда, который много лет назад приплыл со своими тремя друзьями из Восточной Европы. Тогда все и началось. Четверо товарищей в новой стране в поисках работы, они организовали общее предприятие по
