его голос звенел, как разбитое стекло, режущее слух. — Мы — воля Сердца. Мы — сила, которую ты никогда не сможешь понять и усмирить!
Я усмехнулся. В моих жилах уже кипела Власть, но сейчас я чувствовал нечто большее — седьмую грань. Божественную. Я был близок к тому, чтобы сделать новый скачок в своем развитии. Обычно это происходило, когда смерть дышала в спину, когда каждый шаг мог стать последним. Я понимал, что это будет мой предел. Но я также знал, что границ у меня больше не останется. Я стану существовать вне всяких рамок.
— Я все же попробую, кретин. — я шагнул вперёд, и под моей пятой мраморный пол вздыбился, как лепестки хрустального цветка. Боги замерли на мгновение, их сияющие лики исказились в гримасах — будто солнца, пойманные в сеть теней. Второй Бог, чьё тело было сплетено из мерцающих лучей и звёздной пыли, вытянул руку. Его пальцы сомкнулись в жесте, и пространство вокруг меня сжалось в тиски. Воздух вырвался из лёгких с хриплым стоном, а рёбра затрещали, будто старые доски под прессом.
— Ты всё ещё дышишь после моей атаки? — его голос звенел, как вибрация стекла на краю бездны.
Клинки из сгущённого света материализовались в воздухе — дюжина лезвий, каждое тоньше паутины и острее мысли. Они впились в плоть: одно рассекло плечо, вырвав клок мышечных волокон, другое пронзило бедро, пригвоздив к полу. Кровь, раскалённая до алого свечения, брызнула на камни, и там, где капли коснулись мрамора, остались дымящиеся кратеры. Я вырвался рывком, выкручивая тело вопреки физике, и кость бедра скрипнула, будто перегруженная балка.
Третий Бог, чьи глаза горели зелёным пламенем Хроноса, щёлкнул пальцами. Петля времени обвила мою лодыжку — плоть истончилась, обнажив сухожилия, а затем кость, которая начала рассыпаться в песок. Визг металла оглушил зал: я отбил мечом удар четвёртого Бога, чьё оружие было выковано из чёрных дыр. Лезвие моего клинка треснуло, осыпавшись искрами, которые прожигали кожу как кислотный дождь.
— Приказ: Предел!
Боль отступила, но раны остались — рваные края мышц дымились, обнажённая кость белела сквозь пелену крови. Я метнулся вперёд, уворачиваясь от копья, которое вонзилось в пол. Удар был настолько мощен, что мрамор расплавился в лужицу лавы, брызги которой опалили спину. Второй клинок света, выпущенный пятым Богом с лицом, словно высеченным из льда, пробил бок — рёбра сломались с хрустом сухих веток, и я выдохнул кровавый туман, окрашивающий воздух в ржавый оттенок.
— Сдавайся! И твоя смерть будет быстрой! — рёв старшего Бога сотряс стены. Его кулак, обёрнутый вихрем искажённой реальности, ударил меня в грудь. Я отлетел к стене, оставляя за собой кровавый след, словно мазок кисти на холсте. Камень треснул, осыпавшись градом осколков, но я встал, опираясь на обломок колонны. Кровь стекала по груди, смешиваясь с потом, образуя незатейливые узоры.
— Ещё… не всё… — прохрипел я, выплюнув сгусток крови. Она светилась изнутри, как ртуть под ультрафиолетом — признак перегрузки Властью.
Боги окружили меня кольцом. Их аура выжигала последние островки воздуха, превращая его в едкий газ. Шестой Бог, чьё тело переливалось, как масляная плёнка, взмахнул рукой — клинки света сомкнулись, словно челюсти хищника. Я прыгнул вверх, цепляясь за невидимые нити энергии, но луч, выпущенный седьмым Богом с крыльями из плазмы, прожег ступню. Рухнув на колени, я едва парировал удар, от которого пол вздыбился волной, швыряя обломки в стену.
— Твоя смерть станет семенем для новых миров! — провозгласил четвёртый Бог, запуская в меня шар из спрессованного времени. Взрыв разорвал кожу в клочья, обнажив рёбра, но…
Я увидел нити.
Сквозь пелену крови и боли они сияли ярче северного сияния — огненные шнуры, связывающие Богов с Сердцем. Я вцепился в ближайшую, игнорируя невероятную боль. Кожа на ладони обуглилась, пахнув жжёным мясом.
Я дёрнул нить — Бог с зелёными глазами взревел, но не исчез. Вместо этого он метнул в меня кинжал из чёрной материи. Лезвие вонзилось в живот, и мир на миг почернел, заполнившись звёздным холодом.
— Власть Над Истоком! — закричал я, чувствуя, как рана смыкается, крадя энергию Бога. Его кинжал рассыпался в прах, а я, истекая кровью и светом, рванул нить до конца. Тело врага взорвалось каскадом сверхновой, ослепив остальных.
Они атаковали яростнее, но теперь я видел их ритм. Седьмой Бог, похожий на статую из расплавленного золота, обрушил на меня град молний времени — они рвали мышцы, оставляя на коже узоры, как на коре древнего дерева. Восьмой, с кожей, покрытой руническими шрамами, исказил гравитацию — мои кости затрещали под весом, будто горы. Но с каждым поглощённым Богом я восстанавливался быстрее: рёбра срастались с хрустом, плоть регенерировала, оставляя белые шрамы.
Пятый Бог пронзил мне грудь копьём из чёрного льда — я схватил древко, вытянув из него силу, и оружие рассыпалось, как песчаная буря. Девятый, чьё лицо скрывал шлем из теней, попытался сковать мой разум иллюзиями — я разорвал их, вонзив пальцы в его глазницы, вытягивая сущность до последней капли. Его крик слился с рёвом рушащегося дворца.
Старший Бог, покрытый пластинами из антиматерии, отступал, разрывая порталы. Но я поймал его за горло, пальцы впились в щели между пластинами, вырывая клоки энергии.
— Ты… не можешь… — забулькал он, пытаясь исцелить раны, которые я ему наносил его же силой.
— Могу. — прошептал я, сжимая пальцы. Его тело распалось, как пепел в урагане, а я рухнул на колени, задыхаясь. Воздух пах озоном и железом, а вокруг валялись осколки божественных доспехов, медленно испаряющиеся в ничто.
Я стал воронкой. Сила Богов, их украденная «дань», вырывалась из них, наполняя меня до предела. Один за другим они гасли, как свечи на ветру. Их тела, их прах светились всё ярче, пока не взорвались, оставляя после себя лишь пепел и пустоту.
— Слишком много… — прошептал я, чувствуя, как энергия рвётся наружу. Моё тело горело, каждая клетка была переполнена силой, которую я не мог удержать. Я был близок к гибели. — Домен, возьми лишнее.
Чёрный портал разверзся под моими ногами, поглощая избыток силы. Где-то в Домене река жизни вздулась, леса зацвели ядовитой красотой, а Изначальный зарычал от восторга. Я чувствовал, как мир вокруг меня меняется, как он становится сильнее, живее. Но я также чувствовал, как моя собственная сила растёт, как она становится всё более неконтролируемой.
Я стоял среди руин дворца, окружённый пеплом Богов. Моё дыхание было тяжёлым, но я улыбался. Это была лишь первая битва. И я знал, что впереди меня ждёт ещё больше. Но теперь я был
