к одному из них. Тот поклонился ему как самурай и спросил:
- Как ты добрался, Набару?
- Хорошо, Укури. Что-нибудь слышно об отце Мотиччели?
Укури искоса посмотрел на Джека и сказал:
- Расскажу после…
- Я понял, - Набару вздохнул, а затем проговорил, - я должен проводить госпожу Тода до дома Кузимо-сана, а потом мы встретимся снова.
Оба монаха расстались как друзья: один пошел в сторону монастыря, другой сел на коня и поехал по улицам города.
Вскоре они подъехали к дому, в котором жил Кузимо, и стреножили своих лошадей. Марико увидела мужчину, стоявшего на веранде, и спросила его:
- Скажите, пожалуйста, дома ли господин Кузимо-сан?
Мужчина засмеялся и воскликнул:
- марико-сан, неужели вы не узнали меня?! Я и есть Кузимо.
Женщина была поражена. Кузимо так сильно изменился, что его можно было и не узнать. Он отрастил усы, сбрил бакенбарды и очень заметно состарился. Марико сделала вид, что ничего не заметила и спокойно представила ему Джека, который молча стоял в стороне.
Кузимо не очень обратил внимания на англичанина, а сразу же посмотрел в сторону монаха и спросил его:
- Набару-сан, не зайдете ли вы ко мне в гости?
- Нет, Кузимо-сан, я не могу… пока что.
- Когда у вас будет свободное время, заезжайте.
- Непременно, - Набару небрежно поклонился и, сев на своего коня, уехал.
Кузимо пригласил своих гостей на чаепитие. Слуги заварили чай и поставили на столик три фарфоровые чашечки. Марико и Джек уселись напротив хозяина и взяли свои чашечки. Кузимо предложил им еще чаю, они согласились.
Когда чаепитие подходило к концу, Марико вытащила из-под широкого рукава кимоно письмо и передала Кузимо.
- Это посьмо от господина Шэдэо. Прочитайте, пожалуйста.
- Хорошо, - мужчина распечатал пиьсмо и, пробежав его глазами, нахмурил брови.
- Что-то не так? – спросила женщина.
- Ничего не понимаю… Мне приказано немедленно ехать в Эдо. Но зачем?
- Разве вы не знаете?
- Что?
- Господин Миямо-сан предал нас и перешел на сторону Курагу, - она увидела, как глаза Кузимо расширились. Он злобно стиснул зубы и сказал:
- Я так и знал, что этот ублюдок окажется предателем. Если бы я встретил его, то задушил бы собственными руками!
Марико молчала. Она знала, что если этот человек разгневается, то лучше оставить его одного.
Весь вечер Кузимо не находил себе места. Он написал письмо Миккико, который находился тем временем в Киото, и рассказал о случившемся. Миккико, получив письмо, не мог поверить в измену, но это подтвердил Кийяма, и тогда молодой человек немедленно выехал в Эдо, по дороге встретив Кузимо.
Тем временем Марико и Джек прибыли в Осаку. Они разместились в одной из гостиниц на берегу моря, сняв две комнаты для себя, одну для служанок и четыре для охраны. После этого Марико поехала навестить своего сына, который жил у своего учителя – мастера чайных церемоний.
Мальчик сильно изменился в лице и фигуре: он стал высоким, стройным юношей с красивым лицом. Увидев свою мать, он низко поклонился и сказал:
- Мама, я так счастлив видеть вас! Больше года я жил среди чужих мне людей, но мой учитель, Чеку Меси, принял меня в свой дом и стал учить меня тайнам чайной церемонии.
- Мой сын, ты стал уже взрослым человеком и тебе пора быть не только самураем, но и мастером чайной церемонии как и твой отец.
- Прошу простить меня, но мне до своего отца далеко.
Их разговор прервал мудрый старик Чеку Меси, который произнес с напевом:
- Мой милый Суруки, твой отец несколько лет учился тайнами этой волшебной церемонии. Ведь в пятнадцать лет он был всего лишь учеником. Как помню, Бунтаро-сан учился очень хорошо и относился к урокам довольно серъезно.
- Надеюсь, мой сын прилежно учиться? – спросила Марико.
Суруки залился весь краской и опустил глаза. Чеку Меси лукаво улыбнулся и сказал:
- Ваш сын учится хорошо, но иногда он убегает с уроков, чтобы поиграть с мальчишками.
Мальчик встал на колени перед Марико и сказал:
- Я больше так не буду, обещаю вам. Жаль, что я не похож на своего отца.
- Ничего страшного, сын мой. Ты только должен помнить одно: слушайся своего учителя и тогда все будет хорошо.
Чеку Меси решил дать своему ученику каникулы, так как Суруки должен быть с матерью, пока та не уедит обратно. Мальчик поселился в комнате с Джеком, с которым сразу подружился. Юный самурай показывал свое искусство в стрельбе из лука, каратэ и дзюдо.
Марико всегда заставляла их вдвоем, и в конце-концов женщина стала ревновать Джека к Суруки. Оставшись однажды наедине, Марико сказала мужчине:
- Ты столько времени проводишь с моим сыном, что я осталась одна.
- Ты ревнуешь?
- Немного. Ты же знаешь, сколько времени я не видела Суруки. Как мать, я скучаю по нему. Ведь сын у меня один; так, кому же я должна уделять время, как ни ему?
- Ты, как всегда, права, - сказал Джек, обнимая ее.
Вместе они провели всю ночь. Оба наслаждались тишиной и прохладой. Под утро Марико уснула, и тогда Джек взял ее на руки и отнес в ее комнату, осторожно положив в постель.
После завтрака Марико проснулась. Несколько минут она нежилась под теплым одеялом, укрываясь от холода. Вдруг седзи открылись и в комнату вошла молоденькая служанка с подносом в руках. На подносе стояли чашечка с чаем да пиала с рисом. Палочки для еды лежали на своем месте.
- Госпожа, с вами все в порядке? – заботливо спросила служанка, поднося поднос.
- Ничего, Сёку, со мной все хорошо, - Марико грациозно взяла палочки для еды и стала есть рис. Затем, выпив чай, отослала Сёку, чтобы самой подготовиться ко встречи с господином Курагу.
Марико ехала в паланкине, сопровождаемая Джеком и Суруки. Ступив на землю, она открыла зеленый зонтик от мокрого снега и первая вошла в замок. За ней последовал ее сын. Джек зашел самый последний, со страхом оглядываясь по сторонам. Самураи из-под лобья смотрели на него, посмеиваясь.
Марико подошла к главной комнате и сказала Джеку:
- Старайтесь вести себя спокойно. Отвечайте на все вопросы, при этом не делая резких движений.
- Но почему нужно придерживаться таких правил?
- Пожалуйста, не задавай вопросов.
Два охранника посмотрели на гостей и молча раскрыли седзи. Вид открылся на просторный зал
