мощи и крепости.
Мы с Громояром (ну и имечко, сколько я смеялся над своим напарником, услышав его. Правда, когда ему надоели мои подначки, он устроил мне хорошую трёпку, после которой я перестал поднимать эту тему) были напарниками, мощной боевой двойкой, чья совокупная сила была сопоставима со слабым Великим Магом одних Сверхчар. Звучит не очень, но на деле это мощь, превышающая силу моего нынешнего тестя…
Мы как раз сцепились с некродраконом, между рёбер которого удобно устроилась четверка некромантов — три Архимага и один Высший.
Эхо битвы сильнейших было таково, что на моих глазах Сицилия исчезла — частично затопленная, частично аннигилированная, разрываемая перекрученным пространством… В общем, тот ужас, что обрушился на остров эхом десятков, а то и сотен использованных Сверхчар, описать очень сложно.
Мы побеждали. Громояр, в ярости плюнув на раны, наносимые серым дыханием некродракона, заставляющим сгнивать даже нерушимую чешую, переполненную силой Сибирского Дракона, проломил защитные барьеры врагов и лапами разломил часть грудной клетки врага, открыв дорогу для моего удара — и я не подвёл.
Чёрная Молния, заставив меня реветь от боли, сформировалась и ударила врага — и вся четвёрка магов погибла. Как и их мёртвая летающая тварь…
Я побеждал. Наши побеждали. Мы были в полушаге от того, чтобы разрешить этот внезапный и чудовищный кризис, в полушаге от триумфа — и тут на поле боя вышел ОН.
Невысокий, одетый в странные, необычные одежды, в тёмном плаще, сотканном из первородного мрака и сверкающий мёртвыми, злыми звёздами глаз, с коротким, неприметным клинком на поясе, со сложенными на груди руками и спокойной улыбкой на устах. Красивый той самой, сводящей с ума женщин красотой — правильные черты лица, длинные волосы, изящно ниспадающие за спину, прямой нос и красные радужки глаз, источающие самый настоящий внутренний свет…
Первое же его заклятие перевернуло ход битвы. Я помню этот удар, эти сверхчары — ведь первая атака пришлась на наш флот, который доламывал сопротивление костяных галер вампиров и кораблей-призраков, судов-зомби и прочих ужасов из арсенала нежити…
Это было нечто такое, чего мир ещё не видел. Сверхчары были ядром того, что он обрушил на нас, но лишь ядром. Десятки заклятий его Личной Магии, множество чар от шестого до десятого ранга, больше десятка школ магии, задействованных в этом…
Ужас его удара был в том, что всё, что я перечислил, было интегрировано в одну немыслимую связку чар — это было искусство и мастерство, недоступное Великим.
Соединенные воедино, дополняющие друг друга и синергирующие, активированные одновременно…
Один взгляд. Один взгляд, небрежно брошенный в нашу сторону — за миг до удара я встретился с его пренебрежительным, равнодушным взором и ощутил, насколько он презирает нас и насколько он, на самом деле, сильнее нас…
А потом начавшийся катаклизм, охвативший площадь более ста квадратных километров на море, оставил от нашего флота меньше четверти судов. Сам я, на пару с Громояром, тоже попал под раздачу — каждому сильному магу в этой атаке была предназначен свой удар. Мы со змеем с трудом, но пережили его — но очень многие из наших соратников этого не перенесли.
Один взгляд и сотворенное за мгновение заклятие… А затем случилась его битва с объединенными силами наших Великих. Битва, после которой от сапога-архипелага осталось дай бог сорок процентов…
Я встряхнул головой, прогоняя воспоминания и возвращаясь к реальности. А в ней, в этой реальности, я стоял на носовой части Змея и глядел вниз, на заполнивший всё пространство, насколько хватало моего взора, армаду шведского морского флота.
Враги плыли, выстроившись в боевые порядки. Скоро, охватив нас и с флангов, они сблизятся на расстояние пушечных залпов и ударов боевой магии, и тогда нам будет совсем туго.
Это понимал я. Это понимал Осип Макаров, капитан одного из линкоров, Архимаг гидромантии и поборник нововведений на флоте. Он яростно желал переоборудования более современными боевыми системами наших морских крейсеров и эсминцев, развития подводного флота и много чего такого, чего я не особо понимал.
Понимал бедственность ситуации и мрачный, Василий Романов. И четверо других Романовых — капитанов крейсеров и магов уровня Старшего Магистра.
Нужно было бросать порт и остров и уводить флот, избегать боя и отступать в Кёнигсберг, где базировалась вторая часть нашего балтийского флота. Мощная крепость, сильный гарнизон и дополнительный Маг Заклятий, управляющий городом и областью вокруг него. Как не посмотри, это самый лучший и логичный вариант…
Но Зиновий Петрович Рождественский считал иначе. Сааремаа, остров на балтике у берегов Эстляндии, относительно крепкий форт и военная гавань, с трудом вмещающая нашу эскадру, по мнению адмирала был достаточным преимуществом, чтобы сравнять шансы с флотилией врага.
Большая часть флота шведов шла под такой маскировкой, что их реальное количество стало понятно только вчера к вечеру. Однако даже то, что было видно, внушало уважение… В общем, Рождественский решил отсидеться здесь, и теперь мы в жопе.
Он побоялся, что нас могут настигнуть на марше во время отступления в сторону Кёнигсберга — так он обосновал на вчерашнем военном совете своё решение. И поколебать его не удалось никому — ни Главе Великого Рода, то бишь мне, ни десятку представителей Императорского Рода. Чего уж об остальных говорить…
Один из любимцев Императрицы и представитель её партии, Младший Магистр проделал незадолго до начала войны головокружительную карьеру, за год став из капитана второго ранга адмиралом. И сейчас именно он был командующим Вторым Балтийским флотом. Старейшина Рода Рождественских, которые были Родом первого ранга и были на пути становления Великим — большие владения, приобретенные с поддержкой Импратрицы, аж четверо Архимагов, двое из которых отправились с основными силами флота к берегам Японии, им не хватало только Мага Заклятий — необходимого веса в финансах и владениях они такими темпами достигли бы лет за двадцать…
В общем, Зиновий тут главный, и это весьма печально. Сегодня нам предстоит много тяжелой, смертельной работы, и я невольно вспоминал тот день, когда Темная Звезда ударил по нашему флоту и представлял себе, как бы было классно ударить по шведам чем-то похожим. Эх, мечты.
— Неудачно вы прибыли, конечно, — сказал Алексей Романов, капитан крейсера «Святитель». — Как вас вообще занесло сюда, да ещё и одного, с одним судном?
— Тойво Валге — дед моей жены, — кисло ответил я. — Помощь требовалась срочно, и она собирается — Шуйские кинули клич среди бояр, Павел Александрович тоже начал собирать войска для отправки сюда, но им нужно время.
— И они решили отправить первым вас, — подал голос Иван
