никогда бы не пересекались»[343].
Отряд из Эшбертона ищет всех, от заблудившихся туристов, выброшенных на мель байдарочников и местных жителей, застигнутых непогодой, когда выгуливали собаку, до пропавших моряков и подростков, потерявшихся во время ежегодных соревнований по ориентированию. Но в конечном счете разговор всегда сворачивает на две особенно сложные категории заблудившихся, которые составляют до половины всех подобных случаев в Великобритании: пациентов с деменцией – в Дартмуре есть несколько домов для престарелых – и отчаявшихся людей, которых словно притягивают открытые пространства и бескрайние просторы.
Отчаявшиеся люди, уходя в пустоши, редко теряются в прямом смысле этого слова, хотя могут «потеряться» психологически или, возможно, просто пытаются забыться. По сравнению с другими пропавшими, они обычно не уходят далеко (большинство находят в пределах двух километров от того места, где их видели в последний раз), и многие из них кончают жизнь самоубийством, особенно те, кто идет к воде или в лес. Сведения о них могут существенно повысить шансы спасти их жизнь: они часто идут в знакомые места.
В отличие от них пациенты с деменцией теряют ориентацию еще до того, как добираются до пустоши. Обычно они ходят по прямой, и поэтому полезно знать, в какую сторону они направились – например влево или вправо от дома для престарелых: шансы найти их именно в той стороне намного выше. В городе они, как правило, выбирают дорогу и идут по ней туда, куда она ведет. На пересеченной местности прямой путь может привести их к опасности – они безрассудно продолжают идти вперед, не меняя направления. Два раза Эндрю с товарищами вытаскивал стариков из густых зарослей дрока – они просто продолжали идти, пока могли.
Добровольцы поисково-спасательных отрядов из Дартмура обладают всеми необходимыми навыками для спасения жизни людей. В обучении и тренировках больше всего внимания уделяют навигации. «Вы должны прекрасно ориентироваться на любой местности в любую погоду», – объясняет Эндрю. Если вам кажется, что вы умеете это делать, попробуйте выйти в пустошь вместе с отрядом. У них обострены все чувства, как у кошки в незнакомом саду, они постоянно сверяют путь по карте и компасу, считают шаги (шестьдесят шагов – это примерно сто метров). Как долго мы идем? Что должны увидеть? Куда идет уклон? Соответствует ли он геодезическим линиям на карте? Эндрю может представить местность по карте, а если вы владеете этим навыком, туман – ужасный сценарий для большинства – может быть даже желателен, потому что в таком случае вы сосредоточитесь на двух вещах, которым доверяете: земле под ногами и показаниях компаса. Многие туристы сбиваются с пути, когда игнорируют компас, оценку пройденного расстояния и пытаются «модифицировать» окружающую местность в соответствии с представлениями о своем местоположении на карте. «Некоторые совершают пагубную ошибку, думая, что место, которое они ищут, не здесь или что они его пропустили, – говорит Эндрю. – И в этот миг они решают пойти в другую сторону и почти неизбежно теряются». Беда в том, что никто не знает, где они свернули не туда и где начинать поиски.
Найти людей, не оставивших очевидных зацепок, можно, если идти по их следам. Но сначала нужно найти эти следы, и очень немногие это умеют. Судя по отзывам коллег, один из лучших следопытов – Дуайт Маккартер. Он двадцать семь лет проработал рейнджером в национальном парке Грейт-Смоки-Маунтинс в штате Теннесси, где и живет до сих пор.
Найти Маккартера на удивление непросто. Я три дня расспрашивал о нем, прежде чем получил от него короткое сообщение с предложением встретиться на парковке супермаркета в Таунсенде, маленьком городке у северной границы парка. Ржавый желтый хетчбэк (на его спидометре около 500 000 километров, и он ни разу не подвел, как говорит хозяин) было трудно не заметить. Маккартер был в синих джинсах, плотном синем кардигане и туристических ботинках, достаточно прочных, чтобы выдержать укус змеи. У него доброе лицо в морщинках и тихий мелодичный голос.
Мы сели на скамью, с которой открывался вид на юг, на Смоки-Маунтинс. День клонился к вечеру. На фонарном столбе пел дрозд, и Маккартер отвечал ему. Пока мы беседовали, он все время следил за тем, что происходит вокруг: смена освещения, насекомые и птицы, люди с покупками, проходившие мимо. В этом и заключается искусство следопыта, сказал он. «Видеть необычное, то, что выбивается из общего ряда. Поиск человека в лесу – это на девяносто девять процентов наблюдение». В отличие от обычных поисково-спасательных операций, статистика здесь не поможет. Маккартеру не нужно знать, как вели себя другие потерявшиеся люди; его интересует только тот человек, по следу которого он идет. Маккартер пытается поставить себя на его место, предположить, что он будет делать дальше. Также полезно что-то знать об этом человеке, например какой глаз у него доминирующий – правый или левый, потому что именно это определяет, в какую сторону он повернет, встретив на пути утес или реку, и будет ли он кружить в лесу по часовой стрелке или против нее (люди с доминирующим правым глазом обычно отклоняются вправо, с доминирующим левым – влево).
Многие хитрости Маккартер узнал от своей бабушки, бывшей наполовину чероки. «Индейцы никогда не заблудятся, – говорит он. – Они оставляют для себя следы и знают, что искать». За время работы в Грейт-Смоки-Маунтинс Маккартер спас двадцать шесть человек, в том числе немало детей, много дней разыскивая следы их беспорядочных скитаний. Лучше всего он помнит тех, кого так и не удалось найти, например шестилетнего Денниса Мартина, который бесследно исчез с семейного пикника 14 июня 1969 года. Его тело так и не нашли.
Я спросил Маккартера о Джерри Ларгай. Он задумался, потом сказал: «Она нарушила главное правило. Никогда не путешествуй в одиночку. Если заблудятся двое, они смогут что-нибудь придумать. Один – нет». Джерри была из Теннесси, и ее друзья просили Маккартера отправиться в Мэн и присоединиться к поискам. По ряду причин ему не удалось приехать, но он следил за поисково-спасательной операцией. Аппалачская тропа начинается в 240 километрах южнее Грейт-Смоки-Маунтинс, и ее участок протяженностью 114 километров проходит по территории национального парка. Маккартер встречал много туристов.
В марте 1974 года он спас двадцатишестилетнюю учительницу, решившую перейти с тропы на другой популярный пешеходный маршрут в заповеднике. Она забрела в густой подлесок удаленного горного хребта, выбилась из сил после подъема в гору, заблудилась среди снега и, поставив палатку и экономя еду и воду, просидела на месте пять дней, пока Маккартер ее не нашел. Следы и сломанные ветки на склоне привели его прямо к палатке. Он считает, что женщина приняла разумное решение,
