было всё. Ну, почти всё. Я думала, что он — недостающий кусочек моей жизни, но всё оказалось сложнее, чем я ожидала. Может, это было бремя всего случившегося. Как бы там ни было, грудь сжалась, когда я вышла из машины, ночной ветер развевал мои длинные чёрные волосы.
Массивные входные двери распахнулись перед нами ещё до того, как мы подошли к ним, и, переступая порог, меня окутал прохладный запах камня и кедра.
Внутри дом был окутан тенями и тишиной. Тусклый свет заливал мраморный пол, блеск стекла и отполированной древесины отражал слабое свечение. Он был прекрасен, правда, но тишина давила — словно сам дом затаил дыхание. Каблуки тихо цокали, когда я шла за ним по коридору.
— Днём здесь всё иначе, — прошептала я, глазами изучая холодную роскошь вокруг.
Рэйф оглянулся, лицо его было непроницаемым.
— Ты привыкнешь.
Привыкну ли?
Мы дошли до его спальни — той самой, что напротив комнаты, где несколько дней назад доктор оказывал мне помощь — и воспоминание заставило кожу покрыться мурашками.
Тусклый свет смягчал пространство, но невозможно было не заметить силу этого места.
Комната была его, полностью и безоговорочно.
Я поставила сумку у одного из тёмных кожаных кресел, скрестив руки крепко на груди.
— Что мне делать с работой, Рэйф? Я не могу просто исчезнуть в твоей… крепости.
Он закрыл дверь за нами.
— Ты будешь ходить на работу, — сказал просто. — Но тебя будут отвозить и привозить моя машина с водителем и охраной.
Я вздохнула.
— Ты серьёзно?
Он не моргнул.
— То, что я сделал сегодня ночью, мог сделать кто угодно, Адела. Ты же знаешь это.
Я глубоко сглотнула — напоминание было слишком свежим. Маска. Холодное лезвие ножа. Страх, который охватил меня до того, как я поняла, что это он.
— Ты принимаешь правильное решение, оставаясь здесь, — мягко сказал он. — И я сделаю всё, что нужно, чтобы защитить тебя.
Его слова успокаивали. Я знала — он способен меня защитить. Он был силён во всех смыслах.
Я повернулась к панорамным окнам, наблюдая, как лунный свет заливает просторный участок.
— Я не привыкла… чтобы за мной следили.
Рэйф подошёл сзади, его тепло ощущалось через спину.
— Это не надзор. Это защита.
Я тихо, горько рассмеялась.
— А в чём разница?
Его руки обхватили талию, хватка была крепкой, но осторожной.
— Разница в том, — прошептал он, губы коснулись моего уха, — что это был твой выбор.
Я стояла, чувствуя тепло и собственническую власть его рук на своей талии, дыхание его играло на коже, и вдруг поняла: я уже была его. Неважно, выбирала я это или нет. Скорее всего, он забрал бы меня в любом случае.
Может, я не произносила это вслух, но это было не важно. Я впустила его в свою жизнь. В свою постель. А теперь и в свой дом, потому что этот дом — его дом — станет и моим, не так ли? Я так долго боролась за контроль. Чтобы остаться недосягаемой. Но с Рэйфом у меня никогда не было шансов. И, возможно… я даже не хотела их иметь.
Мне не хватало важного кусочка того, что было нужно в жизни до его появления. Я повернулась в его объятиях, встретила взгляд тех ледяных голубых глаз, что преследовали меня с самого начала.
— Ты хочешь, чтобы я была здесь? — спросила тихо.
Его пальцы сжались чуть сильнее.
— Да.
— Ты хочешь, чтобы я была в безопасности?
— Всегда.
— Тогда убеди, Рэйф. Я подняла подбородок, не отводя взгляд. — Потому что я не на полпути. Мне не подходит «может быть».
Он улыбнулся — медленно и опасно.
— И я тоже.
Я не была уверена, верю ли я ему полностью.
Утренний свет заливал кровать, но не мог развеять холодное напряжение в животе. Я моргнула на мягкий свет, тело болело — в самом лучшем смысле. Рука Рэйфа тяжело лежала на моей талии, тепло прижималось к спине, дыхание было ровным у шеи. Но как только телефон на тумбочке зазвенел, я поняла — покой кончился. Я потянулась за ним, стараясь не разбудить его, но его хватка усилилась в тот же момент, как я сдвинулась.
— Оставайся, — пробормотал он, голос хриплый от сна. Этот звук заставил меня хотеть раствориться. Но экран уже был светящимся, и сообщение на нём превратило в лед мои вены:
[SMS]
Вы оба сердечно приглашены.
К сообщению был прикреплён адрес какого-то мероприятия. Время — 22:00. Больше никаких объяснений. Просто требование и угроза.
Рэйф сдвинулся сзади.
— Что там? — голос стал резче, он был бодр и настороже.
Я повернула экран к нему. Он долго смотрел, лицо застывало. Потом сел, простыни спадали с его талии, он потянулся за своим телефоном.
— Нет, — сказал ровно. — Ты не пойдёшь.
Я сузила глаза.
— Извини?
— Это ловушка, Адела. — Он уже набирал номер. — Ты не войдёшь в неё.
— Я могу о себе позаботиться.
— Не против этого.
Я выскользнула из кровати и направилась в гардероб, раздражение росло.
— Ты всё время так говоришь, но забываешь, кто я. Я руковожу собственной империей с двадцати двух лет. Думаешь, я не умею справляться с угрозами?
— Не с такими угрозами.
Я взяла облегающее чёрное платье и надела его, не глядя на него, когда говорила.
— Ты забываешь одно, Рэйф.
Я достала пистолет из запертого ящика и засунула в кобуру на бедре. Когда повернулась к нему, в его глазах горело не зло, а что-то темнее. И потом, к моему большому удивлению, он улыбнулся.
— Mon amour, — пробормотал он, голос хриплый от удовольствия. — Ты, наверное, будешь моей смертью, да?
Я приподняла бровь.
— Посмотрим, не так ли?
Он вздохнул, провёл рукой по растрёпанным волосам.
— Ладно. Мы пойдём вместе. Но ты будешь рядом со мной. Не говоришь, если я не разрешу. Не двигаешься без моего слова. Поняла?
Я мило улыбнулась.
— Конечно.
Но мы оба знали, что я лгу.
Поездка на мероприятие казалась сценой из кошмара. Тонированная машина плавно ехала по улицам, но чем дальше мы шли, тем сильнее сводило живот. Рэйф сидел рядом — буря сдержанного насилия. С тех пор как мы покинули особняк, он молчал — просто смотрел, как город мелькает за окном, с каменным, непроницаемым лицом. Адрес привёл нас далеко за пределы Манхэттена, в часть города, где я редко бывала. Когда машина наконец остановилась, я уставилась на здание в окне… Здание впереди выглядело как старый склад — заброшенный, ветхий, — но ряд роскошных дорогих машин у входа рассказывал другую историю.
