— Я завтра еще приеду, заберу, что осталось! — сообщила она, подхватив пару сумок.
Олег взял два чемодана и помог ей спуститься. И это называется годы, потраченные зря! Смешно!
Он поднялся в квартиру, открыл балконную дверь и с аппетитом вдохнул воздух. Воздух свободы. Новой жизни.
Глава 16
Алису трясло, как с похмелья. Она и не догадывалась, что может так волноваться — особенно из-за мужчины.
Она ведь никогда не понимала, от чего другие нервничают — ну, мужчина, ну, интересует он тебя, но расклад всегда такой — либо ты ему нравишься, либо — нет. Ты знакомишься, стараешься его очаровать, а там уж как получится. Не этот — значит, другой. И все эти странные вопросы: «Как он ко мне относится?», «Почему он не звонит?» — можно было решить, спросив его об этом напрямую. А свадьбы? Что все эти женщины сочиняют перед свадьбой? Это что, фантомные страхи? Вот девица третий раз выходит замуж, а ведет себя так, словно живет в девятнадцатом веке и сочетается династическим браком с загадочным незнакомцем! Может, они все втайне читают короткие любовные романы или есть некие секретные курсы для новобрачных, где им под гипнозом стирают память?
Но сейчас Алиса чувствовала — еще чуть-чуть, и ее стошнит. Маша принесла какую-то мерзость с бурыми комками и заставила выпить.
— Послушай, как бы то ни было, но ты — ведьма, и у тебя есть преимущества, — сказала она. — Ты не просто женщина, ты — особенная.
— Ага, истеричная женщина на грани срыва, — кивнула Алиса.
— Ты — победительница! — увещевала ее Маша. — Перед тобой не устоит ни один мужчина!
— Ну, конечно…
И тут Маша ей врезала.
— Ты что?! — заорала Алиса. — Больная?!
— Возьми себя в руки! — закричала из другого конца комнаты Маша. — Ты нас позоришь! Ты не должна сомневаться в себе — это не по правилам!
Легко говорить… Она же ведьма, а не робот.
В полном смятении Алиса завела машину, удачно миновала пробки и не без труда припарковалась у сверхмодного клуба «Крыша». И вдруг ее осенило. Она ведь и правда ведьма! Не успешная девушка, не красавица, не независимая женщина с положением в обществе, а ведьма! У Алисы словно раскрылись глаза, дышать стало легче, мышцы расслабились. Она не пробирается по жизни окольными путями, не выглядывает из-за угла в предчувствии засады, не торопится, сгорбившись и втянув голову в плечи! Ей открыт весь мир — иди и возьми, ей известны тайны мироздания, подвластна магия! Алису охватил такой восторг, что казалось — одно небольшое усилие, и она взлетит, поднимется над страстями человеческими, над всеми этими глупостями и страхами, что не дают прохода обыкновенным людям.
Она выбралась из машины, вошла в клуб и оглядела поле боя. Красоток — пруд пруди: некоторые — глянцевые, с вьющимися светлыми волосами, сияющей кожей и влажными губами. Другие — стильные, в дорогих черных тряпках, мрачные и недружелюбные, но все равно очень красивые. На третьих так и хочется сразу же жениться — аристократические лица, одежда, подобранная с большим вкусом, но без претензий, взлет длинных тонких пальцев с тонкой сигаретой. Московские принцессы…
Ну, и куда уж без королей мира: мужчины в приталенных костюмах, молодые люди в стильных кожаных куртках, молодежь в стиле р’н’б, бархатные пиджаки, джинсы за полсотни евро, ботинки с ручной росписью, кедики «Луи Вьюттон», галстуки за десять тысяч рублей…
И все они заняты — одни делами, другие — самими собой, третьи — девушками в прозрачных топах, четвертые — часами соседа… В этом городе у всех бессонница — когда спать, если кругом столько возможностей?
Олег за стойкой трепался с каким-то хлюстом в розовом шарфе. Рядом с ними ошивалась вся такая разгламурная девица на каблуках высотой с Эйфелеву башню: светло-русые волосы, слишком красивое платье, умопомрачительная прическа. Так и не определив, с кем девица — с хлюстом или с Олегом, Алиса направилась к ним.
— Привет! Помнишь меня? — спросила она у Олега.
— Привет, Алиса! — ответил он и так посмотрел, что ей тут же показалось, что юбка — слишком короткая, майка — слишком нарядная, а макияж — слишком вызывающий. Ее бросило в жар.
Но в ответ она лишь хищно улыбнулась. И эта улыбка многое значила — это был ответ на его откровенный взгляд, признание, что и он ей нравится, и не менее откровенный призыв. Нечего ломаться! Она не будет скрывать от него своих намерений — пусть считает ее легкомысленной, но честной. К тому же сдерживаться и строить из себя невесть что просто не было сил — Олег действовал на нее как дурман.
— Это Никита, это Света.
Света оказалась милой и доброжелательной, Никита — немножко дерганым и не без претензий, но вскоре он расслабился и забыл, что каждую минуту надо упоминать знаменитость, с которой он знаком.
Алиса старалась не напиваться — она здесь, можно сказать, на работе, но ее вело и без алкоголя — никогда она еще так не хотела мужчину! Она совершенно не понимала, о чем все говорят — лишь отсчитывала секунды, пока не настанет приличный момент сбежать от всех. Олег тоже, кажется, был не в себе — плохо реагировал на происходящее и все чаще смотрел на нее таким взглядом, что Алиса пожалела, что не взяла запасные трусы. Наконец, они пошли в бар за коктейлями, и по дороге он прошептал ей на ухо:
— Валим?
Сил хватило лишь на то, чтобы кивнуть, и они только что не побежали к выходу. Так как Олег почти не пил, то сел за руль «пятерки» «БМВ» — машина удивительно ему шла — и они утонули в странной, неловкой и такой чувственной атмосфере предвкушения.
Он жил на Покровке, но Алисе показалось — в Тушине, так долго тянулись минуты, пока они не прошли по двору, не доехали до последнего этажа и не вошли в квартиру, где все тут же закружилось. Как они исхитрились дойти до спальни — одному богу известно, но они все же там оказались, и Алисе нигде и никогда не было так горячо, как в этой холодной комнате с открытым окном. Неужели есть женщины, которые никогда такого не испытывали?
Алиса всегда старалась быть рассудительной и хладнокровной в отношениях, но это не касалось секса. Страсть била ее молнией: Алиса переставала соображать и понимала — единственное, чего она хочет, — взять этого мужчину, чувствовать его тело, целовать его до крови и быть с ним одним целым. Взаимное влечение — страшная вещь: такого драйва не бывает, если хочешь только ты. Притяжение, когда вы смотрите друг на друга и не видите, потому что в игру вступают какие-то иные силы — и ты пылаешь, как Олимпийский факел, и все понятно без глупых слов, которые так часто портят дело — вам вообще нечего друг другу сказать, потому что за все говорит желание быть с этим человеком немедленно!
