Они лежали на кровати, разглядывали потолок и все никак не могли друг на друга посмотреть — казалось, туман рассеется и покажутся чудовища. Наконец, Алиса набралась храбрости, повернулась к нему — он был все так же сказочно красив, и сказала:
— Слушай, а давай напьемся?
— Давай, — согласился он и так подмигнул, что Алиса чуть не испытала оргазм от волнения.
И они напились. Заказали пиццу, открыли бутылку виски и надрались до того, что Олег раскопал в шкафу запакованную коробку с караоке и они до шести утра голосили песни дуэтом. В шесть ноль-пять Алиса вышла из ванной, где пятнадцать минут так размазывала по лицу растекшийся макияж, чтобы это выглядело сексуально — она решила, что перекрашиваться — перебор, а смывать грим — преждевременно, пожала плечами и сообщила, что закажет такси.
— Куда? — удивился Олег.
— Что куда?
— Куда ты собралась?
— Домой! Не на работу же! — фыркнула она и принялась перебирать визитки в поиске любимого «Женского такси».
— У тебя там кто — муж, дети, больная бабушка? — интересовался он.
— Твоя моя не понимай, — пробурчала Алиса.
— Оставайся! — предложил он.
— А у нас еще будет фантастический секс? — ухмыльнулась она.
— Обязательно! — пообещал он.
В постели они прижались друг к другу, но от виски их развезло и мысль о каких-то нелепых трепыханиях не возбуждала.
— Ты хочешь? — поинтересовалась она.
— Очень. Но, кажется, не сейчас, — признался он.
— Ага, — вздохнула Алиса. — Давай поспим и проснемся, когда закончится похмелье.
Наутро, то есть ближе к пяти вечера, Алиса застала Олега поедающим холодную пиццу, которую тот запивал кефиром. На голове у него было холодное полотенце.
— Извини, но даже если к тебе уже едет мама, жена и трое детей, я все равно никуда не уеду, потому что реальность страшна — особенно лифт, — заявила Алиса, прилегла на диван и позвонила в службу доставки суши. — Четыре мисо-супа, калифорнийские роллы… Тебе что заказать?
Олег оставил пиццу в покое, взял у нее трубку и заказал, кажется, все, что было в ресторане.
— Ты меня ночью не била по голове молотком? — поинтересовался он.
— Знаешь, мне приятель рассказал смешную историю. Он в Питере остановился у знакомой своего друга — она жила в прекрасной пятикомнатной квартире без мебели. То ли она только туда переехала, то ли еще что-то… В общем, спит он на полу на матрасе и вдруг резко так просыпается и видит, что над ним стоит эта девка — а он о ней вообще почти ничего не знал, кроме адреса, в ночной рубахе до пола, раскачивается, а в руках, закинутых над головой, держит топор.
— Да ладно? — оживился Олег.
— Ну, да, и еще мычит: «Тринадцатый, будет четырнадцатый…» В общем, она пошутила, а он чуть не обкакался — в прямом смысле.
— Да-а… — хмыкнул Олег. — Экстрим!
— Вруби телик, что ли… — простонала Алиса. — А то говорить очень трудно. У тебя вода есть?
— В холодильнике что-то было, но я не понял, — ответил он. — Хочешь кефиру?
Алиса доползла до холодильника, нашла просто кучу воды и соков, притащила все в гостиную, и они восхитительно провели время за просмотром МТВ — обсуждали, какая отвратительная Кейти Холмс и у кого лучше грудь — у Джоли или у Скарлетт Йохансен.
Наконец, привезли суши, они наелись, легли поспать, но вместо этого три часа занимались сексом — под конец у Алисы тряслись поджилки, и ей казалось, что внутри все горит и саднит.
— Я все-таки поеду домой, — заявила она, отпихивая Олега. — Ты изверг.
— Ты мне льстишь, — ухмыльнулся тот и повернул ее к себе. — Это только начало, детка…
— Не-не-не-не-не… — отбивалась она. — Тебе придется меня содержать, потому что я уже инвалид, и…
Но он не дал ей сказать, и вместо того, чтобы сидеть дома и хвастаться подружкам, что ее уделали до полусмерти, Алиса провела еще два часа в сексуальном угаре — она была уверена, что ей придется обратиться в травмопункт, но не могла от него отказаться — это было наваждение.
— И что нам остается? — вопросила она, когда стало понятно, что инвалиды теперь оба. — Опять напиться?
— А ты мне нравишься, — приободрился Олег.
— А ты мне — нет! — усмехнулась Алиса. — Ты в курсе, что последние четыре раза это было изнасилование?
— Черт! Что же ты мне сразу не сказала! — огорчился он. — Вот это круто!
— Слушай, у тебя тут уже вонь, как в кинотеатре для взрослых! — поморщилась Алиса. — Поехали ко мне, что ли?
И они перебрались к ней на проспект Мира.
Там Алиса затолкала Олега в ванную, откуда он кричал, что у него все щиплет, обнаружила, что домработница приготовила борщ и курицу с рисом, разогрела обед, отнесла его в спальню и поставила «28 дней спустя». Его любимый фильм. И, если честно, ее любимый фильм.
— О, класс! — обрадовался он и борщу, и курице, и триллеру. — Красивая у тебя квартира.
— Ага, — кивнула она. — Лучше, чем у тебя.
— Чем это тебе не нравятся мои роскошные апартаменты? — обиделся он.
— Нравятся. Но у меня лучше. Чего спорить — это же очевидно? — рассмеялась Алиса.
Кажется, пока она все делала правильно. Отличный секс, в перерывах — дружба без всяких там женских штучек и, главное, никакого заискивания — позвонит не позвонит. В этой ситуации будет лучше, если она позвонит первой — пригласит его в какое-нибудь замечательное место, чтобы он расслабился и не чувствовал необходимости никого завоевывать и обхаживать. Тут самое главное — не перейти грань: в жизни она может быть дружбаном, но в сексе, как и в танце, должен вести мужчина — если, конечно, тебе на этого мужчину нужно произвести определенное впечатление. Женская кошачья (а Алиса ненавидела кошек) покорность, разрешение тебя ласкать и готовность быть в благодарность женственной и слабой — и почему это так заводит мужчин? Словами не объяснить.
— Слушай! — она стукнула себя по лбу. — Это, конечно, не мое дело, но у тебя ведь позавчера была Лариса.
— И что? — насторожился Олег.
— Ничего, — Алиса пожала плечами. — Просто я не люблю осложнений. И я не Брут.
— О чем же ты раньше думала? — усмехнулся он.
— Ни о чем, — Алиса пожала плечами. — В этом и есть подвох.
Про Ларису Алиса решила спросить ради того, чтобы развить тему «мне не нужны постоянные отношения».
— Знаешь, я тебе кое-что сейчас объясню, — заявила она. — Я уже выросла из возраста двухчасовых свиданий днем в гостинице и привыкла к тому, что если у тебя сегодня свидание со мной, значит, ни у кого нет ограничений по времени, никого не ждет несчастная жена с кастрюлей холодного борща и никто не говорит по телефону, закрывшись в ванной.
