девушки. – Или я обыщу тебя сама.
– Ева, – резко окликнула ее Ирма.
– Ирма. Она должна…
– Ева! – В голосе Ирмы звенела сталь. – Ты сама сказала, что это игра на выживание. Тут каждый сам за себя. Она ничего тебе не должна. Пошли. Если она что-то взяла, то это на ее совести. Алекс мог выкинуть шар. Мы вообще не знаем, для чего он. Может, для того, чтобы крутить в руках и успокаиваться.
Ева чувствовала на себе тяжелый взгляд Ирмы. Она выругалась и отпустила девушку, не желая настраивать против себя Ирму, которая дружила со всеми.
– Пошли, – повторила та.
Ева выдохнула и пошла за ней к другому краю прогалины, где в тени под деревом лежали три бутылки.
– Откуда у вас столько воды? – спросила Ева.
– Убегая, многие побросали ее на поляне. А вот аптечку мы с Гором добыли сами. – Ирма показала ладонь, замотанную в кусок ткани.
– Вы вернулись к старту? – удивилась Ева.
– Скорее, остались там. Бежать не было смысла. А потом нашли дерево с желтым бутоном.
– И я.
– Рада, что ты цела. Это был адский куб.
– Это точно.
Ирма только кивнула и перевела тему, заметив, как Ева сжалась.
– Ты в нем добыла рюкзак? Рискнула с черным отсеком?
– Нет. Он мне достался от Рины. Но она… погибла за него в топи. – Слезы собрались в глазах, но Ева сдержалась. – Рюкзак был у самого края. И красный бутон на дереве. «Красный не опасный, но слишком дорогой», – написали они. Ложь. На самом деле очень опасный.
Ирма усадила Еву на траву и нежно приобняла за плечи.
– Но ты выжила и должна быть счастлива.
– Да, – тихо ответила Ева. – Кто из вас полез к муравьям? – Ева постаралась улыбнуться и показала на руку.
– О, господь всемогущий! Бедняга! Я бы не отважилась.
– Значит, Гор?
– Нет. У нас не было живности. Только странные механизмы боли. Меня поджарило, а Гору пришлось пожертвовать литром крови.
– Вот жесть! – Ева вспомнила тот механизм, где был стакан с отметкой 1 л и лезвия на стенках отсека.
– Зато мы добыли аптечку и сухой огонь для розжига.
– А я нож и три батончика. А в рюкзаке были вода, дождевик и те же белковые вкусняшки. – Ева усмехнулась и достала все из рюкзака. Она дала Ирме батончик. Та быстро развернула его и съела. – И лепестки, – добавила Ева. – Во всех пакетах.
– Да. Непонятно только, для чего они. А откуда у тебя пена и мазь?
– Подарок от зрителей. – Ева подняла голову и громко сказала: – Спасибо еще раз. – И вновь посмотрела на Ирму. – Как думаешь, что нам делать? Где искать карту? Ее не заполучить в испытаниях.
– Мы с Гором считаем, что необходимо разгадать загадку из сообщения и ввести пароль. Тогда что-то будет: или карта, или подсказка, как найти карту, или что-то еще.
– Наверное, – согласилась Ева.
– И это только первый этап, – после тяжелого выдоха сказала Ирма. – Когда следишь за игрой с экрана, все кажется нереальным. Думаешь: «Я бы точно справилась». И вот я здесь. И все совершенно иначе. Но мне надо вернуться живой. У меня дома родители, они без меня пропадут!
– Значит, надо сделать все, чтобы вернуться, – кивнула Ева. – Может, и на Остров переберешься.
– Чувствую, что нет. Если бы не обстоятельства, то не стала бы рисковать. Меня устраивает жизнь на поверхности. Но мне нужно помочь маме.
Ева оглянулась по сторонам и тихо, словно ее мог кто-то услышать, спросила:
– А чем ты занимаешься, если не секрет? Ты второй человек после Олега – того мужика из организаторов, – кому нравится на поверхности. Даже не верится.
– Я работаю системным организатором в одной из фирм.
– Ого, так ты системщик. Устроилась после учебы? Тебе повезло.
– Не совсем, – замялась Ирма.
– Это как? До системщика работала кем-то другим?
– Ну да. Поначалу даже подчищала грязь за островитянами на поверхности. – Ирма скривилась, словно вспомнила что-то гадкое.
– Не понравилось?
– Нет. Но деньги нужны были, а за это платили хорошо. Так и жила.
– А дашь контакт, когда выберемся? А то я тоже подумываю работать на островитян, – солгала Ева, ей нужно было вытащить из Ирмы как можно больше.
– Лучше не стоит. – Ирма посмотрела на пальцы с обломанными ногтями, под которыми чернела грязь.
– Почему? – Ева посмотрела на нее.
– Если у тебя есть выбор, то не соглашайся быть их марионеткой.
– А ты была?
– Да. – Ирма стала расправлять обертку от батончика, аккуратно сглаживая края, словно собиралась повторно использовать для упаковки. – Говорю же, в самом начале. Но у меня не было выбора. – Ирма посмотрела Еве в глаза. – Жизнь так сложилась. Я хотела легально работать системщиком, но там необходим стаж, чтобы нормально зарабатывать. А я не могла ждать, мне деньги нужны были, и срочно. Поэтому я закрыла глаза и пошла отмывать грязь за островитянами.
– И ты делала что-то, ну, такое? – прервала ее Ева.
– Какое такое? – Губы Ирмы вытянулись в напряженную полосу.
– Ну, противозаконное или плохое, – еле слышно сказала Ева. – Хочу понять, к чему мне быть готовой. Мне тоже нужны деньги. Очень.
– И ты готова на все? – Ирма вновь посмотрела на Еву, она больше не казалась милой румяной девочкой. Маска окончательно слетела с ее лица, и перед Евой сидела решительная и жесткая девушка.
– Да. Я ведь сижу здесь, в этом лесу, с руками, покусанными муравьями и чужой кровью на кофте.
Ирма только кивнула и грустно улыбнулась.
– Тогда готовься переступать через себя и выполнять любые заказы островитян. Когда мне дали первое задание, то сказали, что «плохо» – очень относительное понятие. Кому-то плохо, а кому-то от этого хорошо.
– Бред.
– Да, – усмехнулась Ирма. – Но я научилась смотреть на ситуацию с разных сторон. Если хочешь работать на Островах, то и тебе придется научиться. Тошно это, пыльно и мерзко. Но куда деваться. Жизнь имеет множество оттенков от белого до черного. И я сделаю все, чтобы эта черная полоса закончилась.
– А она закончится?
– Да, я уверена. Нужно только попасть на Остров. Иначе придется опять окунуться в грязь. Ирония. – Ирма сморщила губы. – Знаешь, год назад все наладилось, и я решила, что больше не стану. Думала, что смогу освободиться и начать новую жизнь. Устроилась системщиком, как и мечтала. Но, увы, на поверхности сказки не случаются.
– Потому что есть Острова.
– Да. Проклятое место, где живут прогнившие люди, наделившие себя безнаказанностью богов. Понимаешь, чтобы убирать подчистую грязь, которую они оставляют на поверхности, нужна система, механизм. Такие, как я, – винтики, шестеренки, детали, обеспечивающие работу всей машины. Но я не жалуюсь. Мы
