они уже использовали:
Ирма задумалась, а Ева посмотрела на парня, лежащего на земле.
– Пойду проведаю Алекса.
Она подошла к нему, он шевелил губами, словно бормотал что-то. Ева смочила термофутболку, села рядом с ним и еще раз протерла его лицо. Рука Алекса дрогнула, и он чуть приоткрыл глаза.
– Все хорошо. Ты выкарабкаешься! – сказала Ева.
Он дрожал всем телом, но попытался сфокусировать на ней взгляд.
– Отдыхай, – сказала она без эмоций. – Тебе нужны силы.
Но он стал что-то шептать. Ева наклонилась. Ухо почти касалось его губ, но некоторые слова он произносил настолько тихо, что она едва могла разобрать:
– Алена, помоги… он… нужно позвать… Саша… лейка… сестра… такая… звонит, можно… звонит… сестра, Саша. – Его правая ладонь вновь дрогнула, указательный палец скрючился и словно потянулся к левой руке.
Ева ничего не понимала, но хотела его успокоить:
– Я знаю. Ты Саша, Александр, Алекс. Буду называть, как скажешь. У тебя есть сестра Алена? Я не могу ее позвать или позвонить. Мы же в игре, в чертовом лесу.
– Девушка… Алена, девушка… Алена, девушка…
– А-а-а. Твою девушку зовут Алена. Она звала тебя Саша.
Его голова мотнулась, а левая рука потянулась в сторону, указательный палец дергался, но Ева все еще ничего не понимала.
– Лейка, часы… видел… Олег, звонить, я… убить.
– Убить? – прошептала Ева. – Ты убил кого-то? Да?
– Убить… восемь… восемь… заказ…
– Кого? – нервно спросила Ева, видя, как к ним приближается Ирма.
– Восемь…
– Что он говорит? – Ирма отвлекла Еву от его шепота.
– Что-то про себя, Алену – его девушку, часы и Олега, – ответила Ева. Она не собиралась рассказывать о том, что он говорил про какое-то убийство и цифру восемь. – Может, он думает, что я Алена, или просит позвать Олега, или позвонить девушке. Я не понимаю.
– Он бредит. Видимо, лекарства не помогают. – Ирма нагнулась и потрогала влажный лоб Алекса. – Горит.
– Как же меня бесит, что мы ничего не можем сделать. – Ева вскочила на ноги и закричала: – Эй, организаторы, ему плохо. Заберите его из игры. Кто-нибудь, зрители, помогите ему!
Она стояла и смотрела в небо, но сама не верила, что кто-то среагирует на ее просьбу.
– Хватит, Ева, – остановила ее Ирма. – Ему никто не поможет, кроме него самого. Мы в «Александрии». Положи на него влажную футболку, и пойдем посмотрим, какие могут быть фразы. Я все выписала. Надо скорее закончить игру.
– Я могу посидеть с ним, – ответила Ева, ей нужно было все у него выведать.
– Ты ему ничем не поможешь. Идем.
Ева положила на лоб Алекса смоченную ткань и медленно пошла за Ирмой. Девушка что-то говорила, но Ева обдумывала слова Алекса.
«Что же значит цифра восемь? Он убил восемь человек? Или знает, кто убил? Но почему “убить”, а не “убил”? Надо убить? Номер восемь? Но это же…»
– Ева, – окликнула ее Ирма. – Ты меня слушаешь?
– Да. Прости, – встрепенулась Ева.
– Смотри, что есть. «Человек должен мечтать», «Цель жизни смерть», «Человек должен видеть всякий смысл уйти из толпы», «Человек должен видеть смысл всякой жизни», «Никогда не поздно мечтать», «Никогда не поздно уйти». Что думаешь?
Ева не успела ответить, заметив, как лысая девушка встает с земли, подняв длинную, тонкую палку. Она подошла к ним и молча дописала к одной из фраз Ирмы слова «из толпы».
– «Никогда не поздно уйти из толпы?» – уточнила у нее Ирма.
Девушка кивнула.
– Ты знаешь эту фразу?
Еще один кивок.
– Спасибо. – Ирма обняла ее за плечи, но та сжалась, оглянулась и судорожно убрала с себя ее руки.
– Не любишь обнимашки? – усмехнулась Ева и получила укоризненный взгляд от Ирмы.
Ева нажала слова из новой фразы, и они потускнели. Она отвернулась от Ирмы и зашла в голосование. Посмотрела на свой скан, под которым была цифра участника. Номер восемь – это она.
«Неужели он должен был убить меня? Нужно с ним поговорить. Он что-то знает».
Ева посмотрела на Алекса, но Ирма тут же окликнула ее:
– Ева, у нас осталось всего два предложения, которые мы еще не собрали. Давай теперь ты, разомнись чуток, выпусти свой сарказм и злость. На палку и сражайся со словами.
Ева чуть сморщилась, но выдавать свой интерес к Алексу не стоило. В этой игре никому нельзя было доверять. Ева приняла эстафету и стала рассуждать, размахивая свободной рукой:
– К примеру, «Цель жизни есть видеть смысл всякой жизни», тогда вторая фраза «Человек должен мечтать, чтобы смерть вина». Не то. Значит, так: «Человек должен мечтать или видеть, чтобы…» А если: «Человек должен мечтать, чтобы видеть смысл жизни». Подходит?
– Да, и что остается? – уточнила Ирма.
– «Цель жизни есть вина всякой смерть». Бред. Или «Цель всякой жизни есть вина смерть». Тоже не сходится. Значит, мы где-то допустили ошибку.
Ева и Ирма еще раз перечитали готовые фразы и оставшиеся слова. Ничего не получалось. Вернулся Гор с охапкой веток и стал мастерить костер.
– Никого больше не встретил? – спросила Ева у него.
– Нет.
– И ничего не нашел?
– Как видишь, – парень развел руками.
Ева включила часы и посмотрела на экран.
– Как думаешь, что будет, если ввести неверный пароль? – спросила она.
– Не имею понятия. Не пробовал. Но думаю, ничего хорошего, – сухо ответил Гор и повернулся к ней, отвлекшись от веток. Он скользнул по Еве взглядом, которым парень смотрит на симпатичную девушку.
– Рискнуть не хочешь? – ехидно спросила она, а Гор только отвернулся.
– У нас осталось всего два как будто лишних слова: «вина» и «смерть», – вставила Ирма и с нежностью посмотрела на Гора. Ева заметила это и улыбнулась. – Хотя нет, подожди. После слова «смерть» стоит точка, оно должно быть в конце предложения. «Вина» лишняя.
Ева сделала глоток воды.
– Может, попробуем? – Она в упор посмотрела на Гора, с которого Ирма все так же не спускала глаз. Им обеим хотелось, чтобы он принял это решение. Но парень упорно складывал палки и ничего не отвечал.
Ева вывела экран и стала нажимать кнопки со словами.
«Цель всякой жизни есть смерть» и «Человек должен мечтать, чтобы видеть смысл жизни». Последние два предложения потухли. Горело, как прежде, только слово «вина».
– Думаю, надо вводить его. Других вариантов все равно нет.
Нужно было решиться, потому что с каждой секундой становилось все страшнее. Ирма обхватила себя руками и мерила шагами расстояние от ближайшего дерева до Гора. Парень занимался костром и даже не смотрел в их сторону. Безучастная девушка вновь сидела недалеко от Алекса и сверлила его взглядом.
Ева
