я замедлила шаг. За кустарником, густо разросшимся вокруг качелей, стоял мужчина. Низко сдвинутая кепка и опущенная голова не давали разглядеть его, к тому же листва мешала. Я остановилась. Он не двигался с места, поднял руку и быстро приподнял кепку в знак приветствия. Точь-в-точь как той ночью, и мои сомнения отпали. Вместо страха напала злоба и отчаянье, повинуясь импульсу, я бросилась в сторону детской площадки. Мужчина, развернувшись, быстро удалялся из двора. Я прибавила скорости, он побежал, завернул за угол. Когда я оказалась там, смогла обозреть дорогу с притулившимися на обочине машинами и мерно прохаживающимися людьми. Пометавшись по сторонам, я констатировала, что мой наблюдатель исчез.
"Никуда он не исчез, — шепнул внутренний голос, — затаился и наблюдает за тобой. Возможно, прямо сейчас. Ждет."
— Чего? — прошептала я и похолодела от пришедшей мысли: ждет случая, чтобы разделаться со мной.
Роме хватило взгляда, чтобы понять, что мне плохо. Неудивительно, поймав свое отражение в зеркале, я первым делом отметила, что бела, как полотно.
— Что случилось? — испуганно спросил он, я истерично сказала:
— Он хочет меня убить.
— Кто?
— Тот человек, он следит за мной.
— Так, — Рома потер лоб рукой, — для начала разуйся, — он присел, помогая мне снять туфли, — теперь пошли в комнату и расскажи все по порядку.
— Тот мужчина, которого я видела в окне, он был во дворе и сделал мне приветственный знак кепкой, как в ту ночь.
— Ты уверена в этом?
Его вопрос меня рассмешил.
— В чем?
— Что это был тот же самый человек? И что ты не придумала его, сама себя запугивая.
— Он бросился бежать, как только я пошла в его сторону.
Рома задумался, откинувшись в кресле. Через некоторое время, которое я сидела, созерцая стену, спросил, с беспокойством на меня поглядывая:
— И что ты думаешь?
— Что он меня изводит. Мучает, понимаешь? Дает понять, что может напасть в любой момент, и не нападает, ходит, как хищник вокруг добычи.
— Но… зачем? — помявшись, спросил Рома, я обхватила себя руками.
— Не знаю, — прошептала, устало закрывая глаза, — я ничего не знаю. Откуда мне знать? — быстро открыв глаза, уставилась на него, на мгновенье испугав. Рома смотрел с сомнением.
— Только не надо делать такое лицо, словно по мне психушка плачет, — усмехнулась я, — я уверена, что за мной следят. Я не выдумала этого человека, да, пока я не знаю его целей, но от этого не легче. Я нахожусь в опасности.
— Может, обратиться к следователю? — предложил Рома. — Учитывая убийство отца, они могут заинтересоваться твоими… словами.
Немного подумав, я кивнула, но все же спросила:
— А если это связано с девочками?
— Месть?
— Например, — кивнула я.
— Отец мертв, вряд ли ему важна сейчас его репутация. Есть дела поважней.
Слова эти прозвучали зловеще, я поежилась.
— Как думаешь, что там?
— Где? — не понял Рома.
— После смерти. Ведь что-то есть.
— Я думал, ты атеистка.
— Я… не знаю. Никогда не думала об этом серьезно. Матушка, помнится, верила в бога, держала дома иконы, крестилась, но все это шло мимо меня, а с Женей эти вопросы не поднимались. Но… Мне всегда казалось, есть нечто большее, чем этот мир. Какая-то сила, которая все создала, и что мы ее часть, и со смертью ничего не кончается…
Рома долго молчал, вздохнув, сказал:
— Я не знаю. Разговаривать о вещах, находящихся за границами нашего понимания — сотрясать впустую воздух.
— Я бы хотела, чтобы он был.
— Кто?
— Бог, — сказала я, глядя перед собой, — это означало бы, что в жизни есть хоть какой-то смысл, и умирать не так страшно.
— Прекрати эти разговоры, — рассердился Рома, поднимаясь и легонько меня встряхивая. Я посмотрела на него виновато. — Рано тебе умирать.
— А Жене не рано было?
— Да что же это такое? — процедил Рома, легко меня подхватив, потащил в ванную. Раздел и сунул под душ, включив холодную воду.
— Ты с ума сошел? — взвизгнула я, но надо сказать, это привело в чувство, по крайней мере, дало связь с реальностью. Помывшись, я вышла из ванной, кутаясь в халат. Рома курил в кухне.
— Чтобы я больше не слышал подобных высказываний, — сказал коротко, туша окурок в пепельнице. Несмотря на ситуацию, я улыбнулась, он вздохнул.
Ночью я проснулась словно от толчка, Рома спал рядом, лицо его в темноте выступало черными очертаниями. Немного посмотрев на него, я поднялась и, на мгновенье застыв, направилась к окну. Но не стала резко светиться, а аккуратно прошла вдоль стены и замерла. Выдохнув, выглянула в окно: площадка перед домом была абсолютна пуста. Сколько я ни всматривалась в кусты, ожидая появления мужчины в кепке, ничего не происходило.
— Так и с ума можно сойти, — раздался сзади голос, от неожиданности я вскрикнула, подскакивая на месте, Рома сидел на кровати.
— Ты меня напугал, — выдохнула я, чувствуя, как быстро стучит сердце. Включив настольную лампу, Рома поднялся и подошел ко мне, качая головой, взяв в руки мое лицо, сказал:
— Перестань думать об этом, иначе точно свихнешься. Я в туалет, а когда вернусь, ты должна быть в постели.
Я кивнула, улыбнувшись, Рома вышел, проводив его взглядом, я сделала шаг к кровати, но бросила взгляд в окно. Он был там. Мужчина в кепке стоял на том же самом месте, что в прошлый раз. Я не могла отвести от него взгляда, он тем временем поднял руку и провел ребром ладони у себя по шее, после чего направил в мою сторону указательный палец. Я еле держалась на ногах, но не могла сдвинуться с места. Услышав, как хлопнула дверь туалета, бросилась из комнаты. Рома, увидев меня, опешил.
— Он там, — возбужденно крикнула я, хватая его за руку и таща в комнату. Площадка перед домом была пуста. Рома посмотрел на меня с опаской.
— Он был там только что, — настойчиво повторила я, — он угрожал мне, — я повторила жест. Рома, еще раз посмотрев на меня, перевел взгляд на улицу.
— Ты… ты уверена? — задал вопрос, не поворачиваясь, я захлопала глазами, но через мгновенье истерично рассмеялась.
— Считаешь, я реально свихнулась? — поинтересовалась, отходя в глубь комнаты, — что никакого мужчины нет, и я все придумываю?
— Лиза, я не то хотел сказать, — смутившись, Рома, стал приближаться, а я выставила руки вперед.
— Я не сумасшедшая. Я не знаю, чего хочет добиться этот псих за окном, вот уж кого действительно следовало отправить в клинику лечиться, но я не дам себя запугать. Завтра я иду к Никулину и все ему рассказываю, — я пошла из комнаты, Рома, чуть поколебавшись, направился следом.
— И что
