— Может, и не хочу.
— Я тебе не верю.
Она ткнула меня пальцем в живот и прижалась губами к моим.
— Ты невыносим.
— Знаю.
Она попыталась вырваться, но я только крепче прижал ее к себе. Ее смех был заразительным, когда она извивалась в моих руках.
— Тебе повезло, что ты мне нравишься.
Я снова поцеловал ее.
— Да.
Ее улыбка растаяла в уголках губ.
— Давай зайдем внутрь, пока ты не стала слишком милой, и я начну раздевать тебя прямо в лифте.
— Я не против.
Она покачала головой и вытащила меня из лифта. Вставила ключ в замок, когда зазвонил мой телефон. Я вынул его из кармана, гадая, кто звонит мне в такой поздний час. И удивленно моргнул. Это была Клэр. Снова. После текстовых сообщений.
Возможно, она сейчас в Париже или где-то еще. Таким образом, у нее была разница во времени в пять или шесть часов. Может она не понимала, сколько сейчас времени.
Подождите, или я что-то перепутал? Если в Нью-Йорке была полночь, то там — шесть утра. Почему она встала так рано?
— Все в порядке? — спросила Ларк.
Я не заметил, что она держит дверь открытой.
Я отключил телефон и переключил сообщения на голосовую почту. Не хотел сейчас знать, зачем она мне звонит. Она вернется через несколько недель. Тогда я смогу с ней все выяснить.
Но тут пришло еще одно сообщение от Клэр.
«Почему ты не отвечаешь на звонки? Нам нужно поговорить».
Я был глубоко не согласен с ее заявлением. Нам не нужно «поговорить». Она сказала все, что считала нужным перед отъездом.
— Прости. — Я шагнул внутрь квартиры вслед за Ларк. — Только что звонила Клэр.
Брови Ларк поползли вверх.
— Да?
Я видел, что ее шерсть встала дыбом.
— Да. Не знаю, зачем она звонит.
— Тебе нужно... поговорить с ней?
— Нет, определенно нет. Я отправил ее на голосовую почту. Если это важно, она оставит сообщение или что-то в этом роде.
— О, — сказала она, проходя на кухню и хватая бутылку вина. Она подняла ее, показывая мне этикетку, и я кивнул. — Она тебе раньше звонила или писала?
— Ну, когда только уехала, писала. Но потом перестала. Я не получал от нее смс-ок с тех пор, как мы с тобой начали встречаться.
Она слегка улыбнулась, вытащила пробку и налила нам вино в бокалы.
— Ну, как ты думаешь, чего она хочет?
— Понятия не имею. Я вообще не хочу, чтобы она мне звонила.
— Да, — она протянула мне бокал и задумчиво отпила из своего.
— Я имею в виду, мы должны выяснить ситуацию с квартирой. Она вернется через три недели, и тогда вскоре наша аренда закончится.
— Тогда понятно, зачем она звонит, — сказала Ларк. — И что ты собираешься с этим делать?
— Ну, в идеале найду себе жилье.
Она опустила глаза в пол и нервно провела ногой по кругу. Потом ее большие зеленые глаза встретились с моими.
— Ты всегда можешь остаться здесь.
— Я знаю.
Мягко улыбнулась она.
— Я имею в виду... ты мог бы переехать ко мне.
— Правда?
— Если хочешь. Если не думаешь, что это слишком рано. Ты и так часто бываешь у меня, и Инглиш сказала, что Джош нашел им жилье, и когда закончатся его съемки, они будут жить здесь. Думаю, они подпишут договор на этой неделе. Значит, она съедет. Это не безумие ведь?
— Может немного, — сказал я, сокращая расстояние между нами. — Но я хочу.
— Хочешь?
— Да. Я хочу переехать к тебе.
Ее единственным ответом было прижаться губами к моим губам и потянуть меня в спальню. Спальня, которая станет нашей через несколько недель.
30. Ларк
Что-то вырвало меня из глубокого сна. Я перевела взгляд на потолок, пытаясь понять, что, черт возьми, меня разбудило. И тут услышала звук — стук ботинок по деревянному полу и грохот, что-то тяжелое ударилось о стену.
— Что происходит? — спросила я, потянувшись через огромную кровать, чтобы включить ночник.
Сэм застонал и перекатился поближе ко мне. Он взглянул на телефон.
— Еще нет и семи.
Я театрально зевнула и снова услышала шум.
— Боже, я не знаю. Может кто-то ворвался в квартиру?
— Черт, — проворчал он. Затем отбросил с себя одеяло.
— Пойду проверю. Ты остаешься здесь.
Он натянул спортивные брюки и направился в гостиную. Но я не собиралась оставаться здесь. Если кто-то вломился в мой дом, я хотела убедиться, что с Сэмом все будет в порядке, и вызвать полицию. Я накинула халат на ночную рубашку, схватила телефон и поспешила выяснить что происходит.
— Эй! — позвал Сэм. — Какого черта вы делаете в моей квартире? Вам нужно убраться отсюда, пока я не вызвал полицию.
— В твоей квартире?! — спросил резкий, четкий голос.
Я съежилась. О нет.
Я узнала этот голос.
И бросилась в гостиную. И вот она здесь. Хоуп Сент-Винсент в костюме от Александра Маккуина с сумочкой Сент-Винсент. Она уверенно стояла перед Сэмом, словно он был букашкой под ее ботинком.
— Мама? — ахнула я.
Сэм резко повернул ко мне голову. Он бросил на меня взгляд, который говорил: «Это твоя мать?»
Когда я кивнула ему, он исчез в спальне, чтобы натянуть рубашку.
— Ларкин, дорогая, я думала, ты уже ушла на работу, — сказала мама.
— Сейчас семь утра.
— Да, но, возможно, я ошиблась со временем. Я проснулась несколько часов назад, и когда мебельная компания сказала, что все готово и может доставить рано утром, я даже не стала возражать.
— Мебель? — спросила я в замешательстве. Было слишком рано, чтобы мой мозг поспевал за мыслью мамы. — Что за мебель?
А потом я огляделась, действительно по-другому осматривая свою квартиру. Диван был отодвинут к стене. Должно быть, именно этот стук и разбудил меня. А на его месте стоял новенький белый диван. У одной стены лежал свернутый в рулон ковер, а рядом стояли несколько картин в рамах, ожидая, когда их повесят.
— Конечно, я говорила тебе о ремонте, который собиралась сделать, — сказала мама.
— Косметический ремонт? — спросила я, приходя в себя. — Ты собиралась переделать всю мою квартиру, не поговорив со мной?
— Нужно привести в порядок твою квартиру. И учитывая, как ты занята, подумала, что ты будешь рада моей помощи.
Я прищурилась.
— Нет. Мне не нужна помощь, и не нужно приводить квартиру в порядок. Мне нравится моя квартира именно такой, какая она есть. Не могу понять, почему ты решила, что я захочу ремонт. Почему ты решила все проделать за моей спиной?
— Не драматизируй, — заявила мама, махнув рукой. — Я не собираюсь действовать за твоей спиной. В конце концов, ты же носишь одежду, которую я тебе купила.
— Одежда — это одно, мам, — прорычала я. — Конечно, мне могло понадобиться одно или два коктейльных платья, и я не хотела идти по магазинам, поэтому просмотрела то, что ты купила, и надела. Раздражает то, что ты делаешь, оставляешь одежду в моей комнате, не сказав мне. Но это? Это переходит все границы.
— Я думала, тебе нравится.
Она это серьезно? Или не хотела признавать, что зашла слишком далеко?
— Мне не нравится. Мне это не нравится, — я сердито посмотрела на нее. — Я уже взрослая, мама. Не нужно, чтобы ты врывалась в мою жизнь и делала ремонт, не спросив меня. Было трудно просто отправить мне электронное письмо по поводу ремонта?
— Тебе может понравиться то, что я задумала, — сказала она, не смутившись. — Ты видела только диван. У меня целая концепция.
— Мама! Ты не слушаешь, — выплюнула я. — Дело не в мебели. Дело в том, что ты вмешиваешься в мою жизнь. Речь идет о моей личной жизни, которая, как тебе кажется мне не нужна.
— А, понятно. Речь идет о твоем новом бойфренде. — Она махнула рукой Сэму, который только что появился в гостиной.
— Не впутывай в это Сэма, — сказала я ей. — Он не имеет никакого отношения к тому, что ты здесь вытворяешь.
— Я просто пытаюсь узнать побольше о твоей жизни, — сказала она. — Я даже не знала, что ты с кем-то встречаешься.
