усмехнулся я.
Джоанна долго всматривалась в мои глаза, будто пыталась проникнуть в мою голову.
– Что вас связывает? – спросила она, нахмурив аккуратные бровки.
– О чем ты?
Ничего не понимаю, Одри одна из тех девушек, с которыми у меня ничего и никогда не было и не могло быть. Я не любил излишнюю худобу и змеиный характер.
– Что между вами? Ты лгал, когда говорил, что она просто твоя подруга, – настаивала Джоанна.
– Я не лгал, она просто подруга.
Одри даже подругой тяжело было назвать. Иногда она жутко раздражала меня, особенно когда становилась до тошноты навязчивой или считала, что у нее есть право даже думать о том, чтобы влезть в мои дела.
По лицу Джоанны я видел, что она не верила мне. Ее подбородок дернулся, словно она была раздражена.
– Вы спали? – выпалила она.
Голос был резким и нетерпеливым. Точно раздражена.
– Ой, да брось, ты что ревнуешь? – повторил я сказанные ранее ею слова.
– Я не ревную, – возмутилась она.
– Ты ревнуешь.
– Нет! Я не люблю, когда из меня делают дурочку, Блейк. Ты можешь не говорить что у вас с ней, но я вижу, что-то происходит между вами.
Я тяжело вздохнул. И как так получилось, что мы вышли на этот разговор? Каждая секунда с Джоанной была абсолютно непредсказуема.
– Я не спал с Одри, и между нами ничего нет, – ответил я.
– А она знает об этом?
– Конечно, знает.
Джоанна сузила глаза.
– Хорошо, пусть будет так.
– Все так и есть.
Джоанна кивнула и пробежалась взглядом по моему лицу, скользнув от губ к глазам.
– Просто, если приглашая меня на свидания, – она осеклась, – ох, прости, ты же не ходишь на свидания. Если приглашая меня на абсолютно ничего не значащие встречи, ты встречаешься с кем-то еще, например, с Одри, то можешь сказать мне, потому что я совсем не против этого.
Я недоуменно сдвинул брови к переносице.
– Ты не против свободных отношений?
– Нет, – твердо ответила она.
– То есть, если я отвезу тебя в отель, а затем заберу ту вторую официантку из Хэтфилд и проведу с ней пару часов в номере отеля, ты не будешь против? – спросил я, без тени улыбки на губах, так словно спрашивал всерьез. Так, словно действительно собирался сделать это сразу после того, как доставлю Джоанну в отель.
Она поджала губы, но в остальном ее лицо осталось непроницаемым, как восковая маска. Через секунду она улыбнулась, сверкая белыми зубами, хотя эта улыбка больше походила на оскал.
– Не буду.
Я нахмурился. Разве это не мечта каждого парня? Но что делать, если я не хотел кого-то другого, я хотел Джоанну. Если следовать ее логике, то и она могла встречаться с кем-то помимо меня. От этой мысли меня стала охватывать злость. В груди потяжелело и мне пришлось вдохнуть, чтобы облегчить эту тяжесть.
Что за черт?
– Отлично, так и сделаем, – натянуто улыбнулся я.
Джоанна кивнула и отвела взгляд, избегая смотреть мне в глаза.
Что-то было не так, прежде всего со мной, почему мне так не нравилось повышенное внимание Эрика к ней? Почему мне не хотелось допускать мыли о Джоанне и ком-то еще? Я ведь практически ничего о ней не знал, кроме места ее работы, почему сейчас я чувствовал сильную потребность узнать ее получше?
Мой взгляд наткнулся на одну очень интересную деталь.
– Ты замерзла, – сказал я.
Надеюсь, она не заметила мой жаждущий взгляд? Я немного отстранился и оглядел ее. Моя куртка на ней распахнулась, и я не в силах удержаться, посмотрел на выглядывающую грудь под тонкой сеточкой, прикрывающей зону декольте и длинные ноги Джоанны. Она покрылась гусиной кожей, по телу бегали мурашки. И было еще кое-что.
– Неужели это так заметно? – спросила она.
– Ты не представляешь насколько, – ответил я, сглотнув, слова давались мне с трудом.
Джоанна опустила взгляд на свою грудь и увидела торчащие соски. Она замерзла, это была естественная реакция организма на холод или на меня, как бы самонадеянно это не звучало.
Запахнув края куртки, она неловко отвела взгляд.
– Думаю, уже пора домой, – тихо сказала она.
– Хочешь, чтобы я поехал с тобой? – в ответ спросил я в сантиметре от ее губ.
– Только до лифта парковки.
Она не смотрела на меня, закрылась, и кажется, очень стеснялась. Так не пойдет.
Я провел рукой вверх по ее спине, нежно обхватывая шею и большим пальцем приподнимая ее подбородок, заставляя встретиться со мной взглядом.
– Я тебе говорил, что ты сегодня потрясающе выглядишь?
– Думаю, что говорил, но насколько это правдивые слова, я не уверенна, – пожала плечами она.
– Почему?
– Думаю, ты говоришь это каждой.
– Не каждой, – серьезно ответил я.
– Я думала, что ты стесняешься меня, – прямо сказала она, наблюдая за моими эмоциями.
Я хмуро сдвинул брови. С чего мне стесняться ее? Она была чуть ли не самой красивой девушкой этим вечером. Ее чертово платье выводило меня из себя и заставляло думать о том, как ее ноги смотрелись бы обернутые вокруг моей спины. И это так чертовски злило меня.
– Стесняюсь? Что заставило тебя так думать?
Она покачала головой и прикусила губу, возможно, это был просто ее способ отвлечь меня. Но выглядела она так, словно эта мысль не давала ей покоя весь вечер. Сейчас ее смущение испарилось, она была уверенна в себе и своем внешнем виде, это было ясно по тому, как открыто она встречала мой взгляд, не боясь смотреть прямо в глаза.
– Мне показалось, что тебе не понравилось, как я выгляжу. Ты весь вечер хмурился и бросал в мою сторону странные взгляды, – сказала она. – Мне нравится мой стиль, и мне нравится это платье, Блейк.
Я коснулся ее запястий и аккуратно притянул Джоанну к себе.
– Ты прекрасно выглядишь. Просто это платье не давало мне думать. А я не люблю, когда что-то лишает меня возможности думать, понимаешь? Мне едва удавалось контролировать себя в твоем присутствии. Я не подросток и уже в том возрасте, когда, думал, что достиг определенного уровня выдержки и самоконтроля. Но когда ты рядом, мой самоконтроль летит к чертям.
Джоанна улыбнулась и уткнулась головой в мою грудь, пряча улыбку.
– Я скажу еще раз, ты выглядишь потрясающе, – прошептал я, склонившись к ее уху. – И лучше тебе не знать, какие мысли возникли в моей голове, когда я увидел это платье, – добавил я.
Джоанна запрокинула голову и взглянула на меня.
– Могу дать поносить, – усмехнулась она.
Я засмеялся, оценив ее шутку.
– Значит ли это, что ты останешься голой?
Ее губы
