Стоило Зарабет прикрыть от усталости глаза, как она тут же видела Магнуса. Она гнала его образ прочь, но безуспешно. Викинг снова и снова овладевал ее помыслами, ее сердцем, ее душой. И дело было не в том удовольствии, какое он ей доставил. Зарабет пыталась понять, как Магнус сумел пробудить чувства, ранее неведомые ей.
Наконец все было готово. Зарабет понадобился целый час, чтобы разложить тесто в формы и поставить в длинную печь на горячие угли. Она валилась с ног от усталости, на лбу выступили капельки пота, руки дрожали от напряжения. Почему-то вспомнился ушат холодной воды, который Магнус неожиданно выплеснул на нее в бане, и слова о том, что раньше он брал с собой в баню Сиру.
Ингун сразу нашла Зарабет новое занятие, отправив ее на ячменное поле. День выдался знойным, но после духоты и жара печи на свежем воздухе было легче. Согбенный старик Хаки велел ей идти вдоль рядов колосьев, вырывать сорняки и отгонять птиц, налетавших, чтобы полакомиться сладкими зернами.
Зарабет послушно принялась за работу, но скоро почувствовала, как голодна, потому что ничего не ела с самого утра: ведь Магнус повел ее в баню, когда все завтракали.
Изнемогая от жары, Зарабет надеялась, что обеда ждать недолго. Пот градом катился с нее, а спина болела, оттого что приходилось все время наклоняться. В поле работали и другие рабы, некоторые даже смеялись. Глядя на них, Зарабет понимала, что со временем привыкнет к тяжелой работе и ей будет не так трудно.
Время шло, солнце давно клонилось к горизонту.
Зарабет подташнивало от голода и жажды, но Хаки не обращал на нее никакого внимания. Интересно, где Магнус, что он сейчас делает?
Наконец старик окликнул ее и велел возвращаться. Зарабет вымученно улыбнулась и медленно побрела в поместье. В прохладном полумраке дома она сразу же отправилась искать Лотти и увидела ее возле Элдрид. Сестренка внимательно слушала пожилую женщину, которая говорила медленно, тщательно произнося каждое слово. На лице Элдрид сияла улыбка.
Зарабет порадовалась тому, что по крайней мере с малышкой обращаются хорошо. Элдрид показывала Лотти и другим девочкам, как обращаться с прялкой. Мальчики, должно быть, проводят время с мужчинами, обучаясь ремеслу, охотничьему искусству, обращению с оружием.
Зарабет взяла деревянную миску и положила себе немного овсяной каши из котла, подвешенного над очагом.
– Тебе никто не давал разрешения есть, – раздался у нее за спиной голос Ингун.
Зарабет обернулась и отчетливо выговорила:
– Я целый день работала в поле и ничего не ела со вчерашнего вечера. – Сказав это, она отвернулась от сестры Магнуса.
В следующий миг миска была выбита у нее из рук, и Зарабет вскрикнула, обжегшись горячей кашей.
– Безрукая дура, подними миску! А теперь отправляйся трепать лен. Если ты не умеешь этого делать, то в твоих интересах научиться как можно скорее. Не то останешься и без ужина!
Зарабет заставила себя успокоиться, хотя и готова была сейчас убить Ингун. Этим издевательствам надо положить конец раз и навсегда. Зарабет никак не могла понять, почему Ингун так ненавидит ее, но решила не уступать.
– Я голодна, Ингун. Сначала я поем, а потом буду трепать лен. Я умею это делать, хотя в Иорке занималась этим редко. А теперь, будь добра, Ингун, повремени со своими приказами и дай мне спокойно поесть.
Зарабет наклонилась, чтобы поднять миску, но, услышав за спиной странный свистящий звук, резко обернулась. Ингун занесла над головой кожаную плеть и с силой опустила ее на плечи рабыне, которая не успела увернуться от удара. В глазах у Зарабет свет померк от боли. Она выбросила вперед руку, чтобы перехватить плеть, но Ингун опередила ее и, отступив на шаг, ударила еще раз. Зарабет не удержалась на ногах и упала. Плеть просвистела еще раз, и она почувствовала, как на спине порвалось платье. Зарабет попробовала подняться, но обжигающая боль сковала волю. Когда же прекратится это издевательство?!
Ингун впала в неописуемую ярость и продолжала жестоко избивать распростертую на полу рабыню.
Она слышала женщин, среди которых громче всех кричала Сира. Все они требовали проучить строптивую чужеземку. Элдрид единственная Встала на ее защиту.
Платье на спине у Зарабет превратилось в окровавленные лохмотья. Она понимала, что если обернется, то Ингун ударит плетью по лицу. Перед глазами запрыгали черные точки, Зарабет почувствовала, что теряет сознание. И вдруг услышала тонкий голосок Лотти, бросившейся спасать сестру. Девочка оказалась рядом с обезумевшей Ингун, и Зарабет крикнула из последних сил:
– Нет! Не трогай ее, Ингун!
Избиение внезапно прекратилось. Зарабет подняла голову, придерживая сползающие с плеча мокрые от крови лоскуты. Ингун схватила Лотти, грубо тряхнула ее и занесла над малышкой тяжелую плеть.
– Нет! Если ты тронешь ее, я убью тебя!
– Твоя сестра – идиотка, – рассмеялась Ингун. – А ты всего лишь рабыня. Так что заткнись!
Зарабет хотела броситься на нее, но споткнулась и снова упала.
– Нет! – во всю мощь легких крикнула она, но услышала лишь свой шепот.
Глава 16
– Проклятие! Что ты делаешь?! Ингун! Прекрати немедленно!
Магнус окаменел при виде этой жуткой сцены. Его сестра вцепилась в ребенка и занесла над ним плеть. В серьезности намерений Ингун сомневаться не приходилось. Магнус снова окликнул Ингун, но та как будто не слышала. На лбу у нее выступила испарина, грудь тяжело вздымалась, а мутный взгляд был прикован к девочке. Магнус бросился вперед и выхватил готовую опуститься на спину Лотти плеть из рук обезумевшей от ярости Ингун.
Сестра побледнела как полотно, ее глаза потрясли Магнуса выражением дикой злобы. Он отбросил плеть в сторону и крепко сжал запястья Ингун.
– Что с тобой случилось? – встряхнул ее брат. – Почему ты бьешь ребенка? Да еще плетью! Отвечай, я тебя спрашиваю!
Ингун смотрела на него невидящим взглядом, тогда Харальд-сон тряхнул ее еще раз, но, прежде чем сестра успела что-либо ответить, он услышал за спиной жалобный голосок Лотти. Магнус обернулся и увидел, что девочка бросилась к… И только теперь он увидел Зарабет. Она стояла на коленях, придерживая на груди порванное платье. Ее волосы были растрепанны, мертвенная бледность разливалась по лицу.
Магнус выпустил Ингун.
Все в его душе перевернулось от боли и жалости. Он видел, как Лотти со слезами на глазах обняла сестру, как Зарабет медленно, словно во сне, обвила руками хрупкое детское тельце. Магнус подошел, желая утешить ее, но не мог найти нужных слов.
В это мгновение Зарабет со стоном повалилась на бок, увлекая за собой Лотти, и потеряла сознание. Магнус увидел спину Зарабет, всю в кровоточащих ранах, к которым прилипли рыжие локоны и лоскутки платья. Он растерялся от неожиданности, потрясенный необъяснимой жестокостью Ингун.
