– Я придумаю что-нибудь.
– Ты? Ты не можешь участвовать в этой истории никоим образом, Роман. Иначе найдутся умники, которые тут же станут говорить, что яблоко от яблони недалеко падает.
Ром издал звук, нечто среднее между стоном и вздохом разочарования.
– И я буду одной из них, – добавила Лавиния.
– Что? – переспросил он, не скрывая своего изумления.
– Ты только что пытался соблазнить нареченную Хаверфорда, – отрезала Лавиния. – А ты хоть на секунду задумался, какие последствия это будет иметь для тебя? Для меня? Для матери? Ты подумал об этом?
– Я вовсе не хотел ...
– Как глупо, Ром! – перебила Лавиния резким, безжалостным тоном. – Это бы перечеркнуло будущее Анны, а на тебя все смотрели бы как на сына своего отца. Как ты мог, Ром? Ты потратил столько сил, чтобы избавиться от позорного клейма, ты был так близок к тому, чтобы занять достойное место, и вот ... Ты наплевал на все это ради того, чтобы соблазнить невинную девушку, которая к тому же обещана другому.
– К черту, Вин, – произнес он таким низким глухим голосом, что Анна едва расслышала. – Я никогда не хотел, чтобы такое случилось.
– Твое поведение отразилось бы на всех нас, Ром. Если бы это стало известно, мать снова не могла бы и носа показать в обществе. Это отразилось бы на тебе и на мне, на моем муже и его карьере, не говоря уж о моем будущем ребенке! И я намерена защитить свою семью, даже если придется защищать ее от тебя.
– Мне очень жаль, Вин.
– Я не готова сейчас простить тебя, Ром. Мне нужно проводить Анну назад в зал и предотвратить назревающий скандал. Одному Богу известно, что я придумаю в оправдание.
Шум решительных шагов подсказал Анне, что Лавиния подошла к входу в грот. Пора. Анна вздохнула и поднялась со скамьи. Ноги еле держали ее, колени подгибались, но она держалась с достоинством. К ее удивлению, Лавиния не набросилась на нее с обвинениями.
– Анна. Слава Богу, я нашла вас. Ваша матушка очень нервничает.
– Мне очень жаль, что я заставила ее волноваться.
– Да, и пришло время исправить это. – Лавиния быстро окинула ее придирчивым взглядом, но ничего не сказала. – Все нормально, но вот только глаза ... Вы плакали?
Ром появился из-за спины сестры, ловя взгляд Анны с жадностью путника, блуждающего по раскаленной пустыне в поисках источника ...
– Она плакала, – подтвердил он, – Когда я увидел ее здесь, она рыдала навзрыд. Я дал ей платок.
Лавиния недоверчиво покосилась на брата, затем взяла платок из рук Анны и протянула его Роману. – Уходи, Ром. Все, что мог, ты уже сделал.
Его скулы заходили ходуном, но он промолчал. Лавиния снова повернулась к Анне:
– Почему вы плакали? Из-за бестактного высказывания Романа, которое он позволил себе раньше?
– Нет. – Кончиками пальцев Анна коснулась медальона и глубоко вздохнула. – Я думала об Энтони.
Брови Лавинии расправились.
– О, моя дорогая!
Анна кивнула, благодаря за сочувствие.
– Ваш брат действительно дал мне платок, он старался утешить меня.
– Не сомневаюсь в этом. – Бросив на брата недовольный взгляд, Лавиния протянула руки Анне. – Позвольте мне проводить вас в зал. Мы расскажем всем, что вы были страшно расстроены воспоминаниями о брате и что я была с вами, пока вы не нашли в себе силы вернуться в зал.
– Спасибо, – прошептала Анна.
– А что касается тебя, Роман ... – Лавиния: снова обожгла его уничижительным взглядом. – Я посоветовала бы тебе оставаться здесь, пока опасность не минует окончательно.
В ответ на резкий тон сестры он сжал губы, но кивнул и отошел в сторону, давая женщинам дорогу.
Когда они исчезли из виду, какое-то время он стоял неподвижно, сжимая в руке носовой платок. Он, словно мальчик, получил выговор за свое поведение. Слова Лавинии прозвучали как упрек. И он должен признать, что она совершенно права во всем, что сказала.
Он действительно сошел с ума. Что произошло? Он пытался заняться любовью с Анной Роузвуд посреди сада Северли? Нужно быть сумасшедшим, чтобы решиться на такое, или влюбленным, окончательно потерявшим голову ... От этой неожиданной мысли у него перехватило дыхание. Господи, неужели это правда?
Он поднял глаза к небу, словно мог найти там ответ. Но звезды над его головой мерцали в насмешливом созерцании. Неужели он любит ее? Конечно, он обожал ее. Вне всякого сомнения, его влекло к ней. Но та ли это женщина, с которой он готов провести остаток своей жизни?
Будь он проклят, но это так Анна Роузвуд именно такая женщина. Будь проклята эта сентиментальная чепуха, но, увы, это правда. Он влюблен в женщину, предназначенную Хаверфорду. И что же ему теперь делать?
Ром сунул платок в карман. Он не в силах что-либо изменить. Анна не свободна и не может ответить на его чувства, хотя отвечала на его поцелуи. Но тогда что им остается? Мимолетные встречи и продолжительные взгляды через бальный зал? Анна заслуживает лучшего. И Хаверфорд, без сомнения, тоже.
Он тяжело опустился на скамью, где всего несколько минут назад она, обнимая его, молила заглушить ее боль. Он провел рукой по холодному, гладкому камню, вспоминая, как сладко она отдавалась ему ... Она была так податлива, так открыта, такая страстная женщина. Больше никогда они не смогут позволить себе такое.
Это было единственное решение. Он не может допустить, чтобы Анна была замешана в скандале. Она не сможет жить двойной жизнью, тем самым давая повод для сплетен и насмешек, и не заслуживает жизни парии, как случилось с его матерью. Но, увы, только такое будущее он и мог предложить ей. Но у него нет желания следовать по стопам своего отца. И все же он должен честно себе признаться, что, если представится возможность снова держать Анну в своих объятиях, он будет не в состоянии отказаться от этого.
Анна заслуживает жизни, которую ей может дать Хаверфорд. Она станет графиней, подарит ему наследников, и будет жить в довольстве и роскоши до конца своих дней. Она будет иметь все, что захочет, кроме него – Романа. Лорд Хаверфорд более достойный выбор, чем Роман Деверо, бывший вояка со скромным доходом и мечтами о дипломатической карьере и дальних путешествиях.
Если же Анна продолжит свои изыскания, связанные с обществом «Черная роза», шанс снова оказаться вместе возрастает. Она так верит ему, только с ним может говорить о своем брате, о пресловутом обществе, обо всем. И, несмотря на все его сопротивление, она будет искать возможность остаться с ним наедине, чего он не может допустить.
Эти мерзавцы из «Черной розы» доказали, как они опасны, и он не потерпит, чтобы Анна снова подвергала свою жизнь риску. Но он даже лишен права встать на ее защиту, так как любые усилия в этом направлении вызовут ненужные разговоры и приведут к скандалу, который им только что удалось предотвратить.
