И вдруг старшина увидел обладателя этой метки. Низкая расплывчатая фигура в шлеме, похожем на его собственный, и закутанная в грязно-зеленый пятнистый балахон со свисающими лохмотьями словно выросла шагах в десяти от него прямо из высокой мокрой осоки. В руке у фигуры что-то тускло блеснуло.
Старшина был хорошим солдатом. Едва увидев противника, он выронил биоискатель и начал падать на бок, одновременно вскидывая руки, к кистям которых были пристегнуты метательные ножи. Он опоздал буквально на полсекунды. Пистолет-пулемет системы Вейна с глушителем выплюнул короткую очередь, и бронекостюм вздрогнул под ударами пуль. Одна из них звонко расколола кожух биоискателя, который еще только начал падать, на долю мгновения словно зависнув в воздухе.
С опозданием на две секунды по тому месту, где только что стояла фигура, ударил залп штурмовых ружей, но ее там уже не было. Разведчик бесследно исчез, будто провалившись сквозь землю или растворившись в траве так же внезапно, как только что из нее появился. Пройдет еще несколько минут, прежде чем гвардейцы, оказав помощь раненому старшине (бронекостюм и здесь спас своего хозяина от гибели; его защиту смогла преодолеть только одна пуля, неглубоко засевшая между ребрами) и, раздвинув стволами ружей траву, найдут в ней открытый зев трубы, ведущей куда-то прочь из зоны. Один из солдат, конечно, запустит в нее струю из огнемета, но разведчик к тому времени будет уже далеко.
– Это неслыханно! – возмущенно произнес генерал Пээл, и Мивлио заметил, что не его лице пролегла новая жесткая складка. – Двенадцать погибших, один раненый, вражеский шпион скрылся – Это просто недопустимо!
– Ваше превосходительство! – Мивлио пытался говорить спокойно, и это у него почти получилось. – Необходимые меры приняты. Вражеская установка уничтожена. Ситуация снова под нашим контролем. Дайте только команду, и мы выжжем здесь все до самого горизонта!
– Нет, суперофицер! – Пээл подавил тяжелый вздох, возвращая себе самообладание. – Мы не будем больше вести на Филлине крупномасштабные боевые действия. Это не война, это террор, а с террористами бесполезно сражаться бомбами и ракетами. Если вы помните, Мивлио, мы некоторое время назад установили, что центр управления у филитов находится где-то на восточной окраине города. Вызывайте гвардейцев. Дайте им приказ найти его и уничтожить!
Тишина действовала Дэссу Ургану на нервы. Пришельцы уже больше часа ничего не предпринимали, и это не нравилось ему все сильнее и сильнее. "Молнии" уже давно перестали кружить в небе, но на их место прибыли четыре массивных "Дракона". Эти тяжелые, похожие на громадные утюги, машины, нарушая все законы аэродинамики, неторопливо плыли над городом на небольшой высоте, словно хищники, высматривавшие добычу.
Что задумали пришельцы?! Дэсс Урган чувствовал, что начинает испытывать страх перед гнетущей неизвестностью. Может быть, прав был Альдо Моностиу, считавший, что ради мимолетного удовольствия немного отомстить пришельцам не стоило ставить под угрозу жизнь тысяч людей. А он ведь даже не знает, попали ракетчики, или нет. Однако если бы они снова промолчали, им бы пришлось оставить без ответа новое преступление пришельцев, в очередной раз отступить, как сделали они в прошлый, и в позапрошлый, и во все предыдущие разы после начала вторжения.
Нет, когда-нибудь надо было все равно перестать пятиться. И разве он не сделал все, что мог, чтобы избавиться от тысяч сковывающих его гражданских? В районе идет эвакуация, с утра во всех поселках и лагерях беженцев объявлена воздушная тревога. Может быть, пришельцы потому и молчат, что не находят для себя подходящих целей?…
В любом случае, переигрывать уже поздно. Он выбрал свой путь борьбы с пришельцами, и уже не время думать об их ответных действиях. Самое главное, чтобы ему самому удалось нанести им достаточно болезненный удар…
– Вижу противника! – вдруг ожила рация, стряхивая со всех сонное оцепенение. – Около сотни вооруженных пришельцев высаживаются с воздушных катеров на западной окраине Нейсе, недалеко от молокозавода!… Разбиваются на небольшие группы… Двигаются в сторону города… Кажется, они засекли меня!…
Передача прервалась, и в эфире наступила тишина, что красноречивее всяких слов.
Урган почувствовал, что его сердце вдруг на секунду провалилось куда-то вниз. Они ждали бомб, а вместо этого пришельцы послали в атаку спецназовцев. Со всей ясностью Урган ощутил, что противник целенаправленно охотится за ним, а он сам не ждал этого и не готов к такой схватке. Штаб задумывался, в первую очередь, как убежище, и сейчас в нем собралось несколько десятков человек. Всех их не выведешь отсюда по подземным ходам и канализационным трубам. И от пришельцев не отсидеться – штаб замаскирован только от воздушного противника, да может быть, еще от танков.
Внезапно Урган ощутил на себе испуганный взгляд Лики, и это привело его в чувство. Он командир, и люди, собравшиеся здесь, рассчитывают на него. Он не имеет права сдаваться!
– Лейтенант! – подозвал он к себе начальника охраны штаба. – Берите первое и второе отделения и зайдите пришельцам во фланг! Постарайтесь завлечь их за собой к заводу! Третье отделение! Ваша задача – обойти их со стороны парка и атаковать их с тыла! Действуйте только из засад; нанесли удар – и тут же скрывайтесь! Ясно?! Тогда вперед!
Три десятка молодых парней простучали каблуками по ступеням и растворились в сумраке мертвого города. Их была всего лишь горстка по сравнению с наступающими на них пришельцами, но с ними уже становилось как-то легче и спокойнее.
– Теперь вы, – Урган подозвал к себе офицеров штаба. – Всех гражданских разбить на группы по пять-шесть человек и вывести в безопасное место. Шанви, поведешь первую группу, разведаешь дорогу. Лика, ты пойдешь со второй. Интервал между группами – пять минут, направление движения – резервный командный пункт в Грилленёде. Если со мной что-либо случится, капитан Эреншельт примет командование!
– А как же ты, Дэсс?! – не выдержала Лика, впервые позволив себе нарушить дисциплину.
– Я вместе с нестроевыми бойцами займу позицию на подходах к штабу. Если пришельцы прорвутся через первый заслон (не если, а когда, – мысленно поправил он себя), мы попытаемся задержать их, сколько возможно (минуты на полторы). Капитан, – обратился он к начальнику связи. – Вы остаетесь за старшего. Уйдете с последней группой, а перед тем, как покинуть штаб, пошлете ко мне связного. Тогда мы тоже отступим. Ясно?
– Ясно, – немолодой немногословный начальник связи спокойно кивнул, а Урган почувствовал, как напряжение, не отпускавшее его в последние сутки, наконец, спадает. И он пошел готовить к походу свое воинство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
