яркими звездочками, которые начинают дымиться белым непрозрачным дымом. Хотя, наверное, это больше напоминает туман.
— Еще раз, туда же, — приказал Головин.
Да, соли у них немного, но он уверен, ее достаточно на фермах. «Сеятель» с улыбкой кивает и начинает скакать вдоль барьера, разбрасывая соль.
Головин еще раз окинул взглядом поле боя, похоже, и на этот раз они выдержат.
Павел не понял, в какой момент все рухнуло, просто с тыла послышались крики, затем знатно полыхнуло огнем. Мираж стремительно развернулся и увидел десяток тварей, которые бежали на невообразимой скорости по отвесной скале, словно по обычной горизонтальной поверхности. Когти на их ногах буквально крошили камень. Их скорость поражала. Двое караульных, приглядывающих за тылами, действовали не лучшим образом. Вместо того, чтобы встретить мутантов огненной волной, они пустили одиночные огнешары, и промазали, те взорвались от соприкосновения с каменной поверхностью. Вокруг полетела каменная шрапнель, но, в отличие от того, что посылал в мутантов Головин, ей не хватило ни скорости, ни убойности, она просто отлетела от слегка порванных шкур.
Твари соскочили со стены и ринулись прямо на барьер, никто не успел ничего предпринять. Преграда лопнула с басовитым гудением шестой гитарной струны. Огневик, оказавшийся на их пути, рухнул на землю, заливая ее кровью, мутант одним ударом лапы сорвал ему лицо.
Второй караульный бьет навстречу стужей из жезла, но это его не спасает, твари устойчивы к холоду. Две из них, покрытые инеем, сносят его с ног. Он падает на землю, заливая ее кровью из разорванного горла.
Твари ломятся вперед, налетая на палатку первого десятка, а за ними спешат призраки, которых больше не сдерживает барьер.
Головин поднял с земли очередную груду осколков и с разворота послал их в вынесшихся на резерв тварей. Трое, получив гостинцы, покатились по земле.
Но слишком крохотный у людей лагерь. Волна огня от Кортена охватывает пламенем и тварей, и снесенную палатку, вот только это даже не задерживает их, пылающие фигуры врываются в строй людей, слышатся крики умирающих. Головин молнией снимает одну из тварей, которая занесла когтистую лапу над опрокинутым бойцом, та опрокидывается на спину с прожженной грудью. В этот момент на поле боя появляются призраки, и вскочивший на ноги наемник оказывается в объятиях сразу двух фантомов. Этих касаний достаточно, и человек, еще несколько секунд назад бывший здоровенным мужиком, оседает на каменистую землю высохшим трупом. Прошло всего полминуты, а в центре лагеря уже нет никого. Ирана с Терэгием отходят ко второму десятку, третий ее телохранитель лежит у палатки, уткнувшись лицом в высохшую траву.
— Всем фланговым, отход к центру, — отдал Павел приказ. — Избегать перекрестного обстрела.
Наемники дисциплинированно выполняют команду. Две палатки пылают. Появляется еще несколько тварей, но они умирают раньше, чем успевают добраться до центра лагеря.
— Огневикам, стоп, — отдает новый приказ Головин. — Кинетикам тоже, приглядывайте за тылами. Водники и энергетики, залпом пли. Солью бей!
Единственный выживший из резерва, тот, что экспериментировал с соляным мешком, прыгает вверх и снова начинает кидаться в призраков, которые подобрались уже довольно близко. Крохотный лагерь сыграл с людьми дурную шутку — ни отступить некуда, ни укрыться.
Но наемники уже пришли в себя, они сплотились, десятники навели порядок. В первую линию на колено поставили электриков, как самых эффективных в борьбе с фантомами, над ними водники, которые замедляли тварей, промораживая их, тылы же прикрыли огневики, кинетики и земледельцы.
— Ощущаю кристалл, мощная ментальная атака, — сообщил ИИ, — направление — туши тварей, что лежат на горящей палатке.
И тут Головин понял, если не уничтожить его, то это конец. Он не знал, сколько Ирана и остальные успели поправить амулетов, но явно у большинства старые. Он ринулся в сторону площадки, создавая одну платформу за другой. Мимо него пронесся огнешар, били явно в него, вот только останавливаться и смотреть, кто это сделал, Головину было абсолютно некогда. Пять секунд, и вот он уже над горящей палаткой, на которой лежат несколько тел тварей. Они прилично обгорели, но сейчас это не важно. Телекинезом он поднимает первую тушу и швыряет ее так далеко, как это возможно. Вес не маленький, но прокаченный имплантат справляется, только слегка теплеет, слишком большая нагрузка.
— Сорок шесть метров, — удовлетворенно сообщает ИИ. — Давай следующую.
И вторая туша отправляется в лабиринт следом за первой.
— Ложись, — неожиданно командует возникший в его голове дед, и Головин падает на платформу, и через мгновение по месту, где он стоял, проносится ледяной ветер,
Через прозрачную площадку видно, как бесконтрольно кувыркается по земле, десятник Серк. Ему в спину прилетает кинетический удар, кто-то из бойцов заметил, как он атаковал Головина, и долбанул в ответ, хотелось бы надеяться, что не летально. Нет вины на десятнике, не он это.
Головин вскочил и отправил в полет очередную половину туши, мутанту оторвало нижнюю половину.
— Этот дальше улетел, — развеселился ИИ, — почти восемьдесят метров. Но кристалл все равно где-то здесь, хотя воздействие сильно ослабло.
— Можешь поточнее сказать? Или мне все подряд швырять?
— На час от тебя, дистанция — три метра сорок сантиметров.
Павел посмотрел в указанном направлении, но не увидел тушки, похоже, кристалл валялся где-то на земле, среди чьих-то разбросанных личных вещей. Раздумывать или выискивать его Павел не стал, он просто телекинезом поднял все в радиусе метра от указанного места и отправил в полет за скалы.
— Ментальная атака прекращена, — тут же сообщил ИИ.
Твари кончились, во всяком случае, в пределах видимости больше не было видно ни одной, а вот призраки со всего периметра лезли в разрыв, их легко уничтожали, все же противник не смог через кристалл обрушить оборону. Головин заметил нескольких наемников лежащих на земле. Их было немного, всего человек пять, видимо, у них были самые слабые амулеты, не способные к сопротивлению, а может, они жертвы тех, кто попал под ментальную атаку, но с этим можно будет разобраться после.
Вот только пока его бойцы валили фантомов первого уровня, другие, прикрываясь ими и не высовываясь на передок, поглощали лужи эктоплазмы, оставшиеся от уничтоженных. И таких Головин обнаружил уже целых пять. Они стали больше, свечение исчезло, они стали мутными, а один, что держался позади всех, имел темно серую ауру, еще немного, и он станет черным, и это было проблемой. То, что это так, Головин убедился спустя секунду, когда тот, выстрелив двумя жгутами, поймал вполне себе целую сущность и, притянув к себе, поглотил ее.
Головин вскинул перчатку и послал в темного фантома молнию. Дистанция была смешной — от силы метров семь-восемь, но навстречу рванулся
