же твой муж?
Диего сознательно не сказал «дон Мигель Габриэль», сделав акцент на семейном положении режиссера.
Джоанна явно не поняла этого вопроса.
— Муж?..
— Ну да… Как он к этому всему относится? Да я бы на его месте…
— В том-то и дело, — отрезали девушка, — что каждый должен быть на своем месте… Майкл — на своем, а ты — на своем… Поэтому Мигель Габриэль — великий режиссер, а ты, Диего…
Девушка тут же запнулась — с ее языка готово было слететь «полное ничтожество», но, с трудом себя сдержав, она изменила окончание фразы:
— … а ты, Диего — младший брат Марии, который во всем пляшет под ее дудку!
Молодой Лопес вспылил:
— Я еще докажу тебе и всем вам, чего стоит Диего Лопес!
Девушка махнула рукой, — эту клятву только за последнюю недолю она слышала раз десять,
— Ладно, успокойся, — сказала она более миролюбиво, — не нервничай, тебе это вредно…
Диего тут же умолк.
— Хороню, хорошо…
После непродолжительной паузы Джоанна негромко произнесла:
— Так на чем мы остановились?
Диего несмело напомнил:
— Ты, кажется, говорила об одном сценаристе — Уильяме Шекспире…
— Ну да, а после этого?
— О ревности…
— Совершенно верно, — подхватила девушка, — совершенно правильно… Так вот — мне кажется, что все латиноамериканцы до ужаса ревнивы… — Девушка поправила прическу. — Я удивляюсь, как это муж твоей сестры, этот Виктор Карено до сих пор не задушил Марию…
— За что?
— За то, что она целыми днями общается только с моим мужем…
Диего, понизив тон до доверительного, произнес:
— Ты знаешь, насчет Виктора ты совершенно права… Совершенно права!
— Вот как…
Диего огляделся по сторонам — будто бы в зале этого ресторана могли присутствовать Виктор или его сестра и сказал:
— Да… Он действительно очень, очень ревнив… Он уже неоднократно высказывал свои претензии по поводу твоего мужа Марии…
Разумеется, Джоанна сказала Диего о ревности Карено отчасти от нечего делать, чтобы поддержать застольную болтовню, отчасти — чтобы выслушать на этот счет мнение молодого Лопеса. Слова Диего о том, что Карено действительно высказывает Марии какие-то претензии относительно де Фальи, ее не интересовали.
— Ты серьезно?
Диего несколько обиделся.
— Неужели такими вещами можно шутить?
Джоанна замахала руками и деланно воскликнула:
— Конечно, конечно… Я же не в Калифорнии, я же в Мексике… И как это я могла забыть… Ну, — она наклонилась поближе, — ну и что же этот Виктор Карено? Неужели действительно ревнует.
Джоанна пожала плечами.
— Мне кажется, у него для этого нет совершенно никаких причин…
— А ему кажется — что есть.
— А ты откуда знаешь?
— Ну, у нас в доме все только об этом и говорят… — воскликнул Диего.
Это было если и не явным враньем, то, во всяком случае, преувеличением. Атмосфера в доме Марии была очень здоровой — там никогда не говорилось о подобных вещах. Правда, Диего краем уха как-то раз слышал, что его старшая сестра высказывается по этому поводу Рите…
— Ну, и что же у вас говорят по этому поводу… — вновь спросила Джоанна.
Диего, разумеется, не мог сказать ничего конкретного. Замешкавшись, он только и сумел сказать:
— Ну, что Мария… что она нравится твоему мужу…
К удивлению молодого Лопеса, Джоанна тут же согласилась с таким положением вещей:
— Это неудивительно. Она многим нравится… Хотя она уже и немолода. Я знаю подобный тип женщин, как твоя сестра — многие мужчины от них просто без ума. Я не удивлюсь, если Майкл когда-нибудь даже в нее влюбится, — произнесла Джоанна.
У Диего от удивления глаза полезли на лоб.
— Ты говоришь о доне Мигеле Габриэле?.. — изумленно спросил он.
Джоанна равнодушно закивала.
— О нем, о нем… А то о ком же еще. Да я просто уверена — пройдет еще какое-то время, может быть, несколько месяцев, и мой Майкл обязательно в нее влюбится… На радость Виктору Карено, — добавила Джоанна с улыбкой от которой Диего стало немного не по себе.
— А ты…
— Что — я?
Диего нерешительно продолжил:
— Ну, меня интересует — как ты к этому отнесешься, если это действительно произойдет.
Джоанна неопределенно передернула плечами.
— Я буду только рада…
— Рада?
— Ну да…
— За кого же?
— За всех, — кивнула Джоанна, — мне кажется, от этого все только выиграют…
Диего совершенно ничего не понимал.
— Кому же будет лучше, — спросил он, — неужели де Фалье?
— Ему — в первую очередь, — сказала в ответ Джоанна, — любовь всегда стимулирует творчество… Разве тебе это неизвестно? Даже учеными это доказано — когда человек влюбляется, в его организме вырабатываются какие-то там гормоны, которые благоприятствуют… — Взглянув на собеседника, Джоанна спросила с лукавой улыбкой:
— Ты что, совсем ничего не понимаешь?
Диего машинально кивнул головой.
— Не-е-ет, — протянул он.
— Будет лучше всем — продолжала Джоанна, — в том числе и Марии. Разве не приятно осознавать, что ты повергла к своим ногам такого замечательного человека, как мой Майкл? Победить, прельстить его, к тому же — знаменитого режиссера… Это удается далеко не каждой женщине, поверь мне…
— А кому еще будет лучше? — поинтересовался молодой Лопес.
Джоанна нетерпеливо перебила его:
— Я же говорю — всем…
— Кому конкретно?
Девушка со вздохом произнесла:
— Какой же ты непонятливый.
Диего смотрел на девушку взглядом, в котором прочитывалось полнейшее недоумение.
— А что?
— Понимаешь, лучше будет и Марии, и Майклу — надеюсь это ты понял?
Молодой Лопес наклонил голову в знак согласия.
— Ну, допустим…
Джоанна продолжала:
— Лучше будет и Виктору Карено — только он этого еще не понимает…
— Почему же ему будет лучше?
— Если Мария уйдет от него к Майклу…
— Ничего не понимаю…
— Есть такая американская поговорка: «Если женщина от тебя уходит — значит, это не твоя женщина, а твоя женщина от тебя никуда не денется»…
— То есть, ты тем самым хочешь сказать, что Виктору надо будет только благодарить Всевышнего, если моя сестра окажется не его женщиной?
— Ну да, именно это я и имею в виду…
— А кому еще будет лучше?.. — спросил Диего. — А как же ты?
Джоанна обольстительно улыбнулась.
— Ну, насчет меня можешь не беспокоиться — мне будет лучше всех.
— Вот как?.. — спросил молодой Лопес. — Ты, наверное, шутишь…
В голосе Диего сквозило недоверие к словам своей возлюбленной.
— Такими вещами не шутят, — произнесла Джоанна точно таким тоном, каким недавно произнес эту фразу Диего. — С любовью не шутят…
— С любовью?
— Ну да…
— С какой любовью, — медленно спросил Диего, словно не веря в свое неожиданное счастье. — Что ты имеешь в виду когда говоришь о любви?
Нежно обвив шею Диего, Джоанна произнесла ласковым голосом:
— Но ведь у меня есть
