— Кришна как раз тот, кто лучше всех разбирается в таких вещах и кого ими меньше всего испугаешь, — сказал Гири Шарма. — Для нас же достаточно, чтобы мы жили выше секса. Дело совсем не в этих фигурах, но если ты всё ещё считаешь, что они мешают нам, то можно разбить их и выбросить, однако не сейчас. Если мы хотим изменений в обстановке — значит, мы желаем изменить свой взгляд.
Вришанандини улыбнулась и сказала:
— Господу Кришне всегда нравилось играть с девушками. Рассказывают, что он утащил одежду у совершающих омовение гопи и залез на дерево. Когда они стали умолять его вернуть одежду, он потребовал, чтобы они открыто вышли и приветствовали его поднятыми руками. Так что в этом для него не будет ничего нового. Музыка Господа Кришны может заставить трепетать даже данные статуи, и у них тоже появится шанс услышать музыку флейты вместе с нами.
— В этом нет ничего невозможного, — сказал Локаята. — Я сам, с помощью своих скромных магических способностей, могу устроить, чтобы они её испытали.
— Способен ли ты объяснить, что такое силы магии, и как они действуют? Что происходит, когда появляются феномены? — спросила Хема.
— В этих силах нет ничего таинственного. Они столь же естественны или даже менее естественны, чем те силы природы, которые творят всех живых существ в мироздании. Всё, что надо сделать, — предложить жизнь данным статуям и поверить, что каждый атом действительно полон жизни.
— Что же мы должны сделать, чтобы вложить в них жизнь? Нужно поверить, что они живые? — спросила Рута.
— Простой веры недостаточно. Она относится к уму, а потому его возмущения могут легко её поколебать. Предложить им жизнь — нечто отличное от веры в то, что в них есть жизнь. Это значит в верном смысле понять, что в данных статуях есть жизнь.
— Нужно медитировать на том, что в них жизнь? — спросила Пратичи.
— И этого недостаточно. Существует настрой сознания, который является опорой вашего тела, жизненной силы и ума в единстве. Он поддерживает вас в виде человеческого существа. Это самое единство вы и можете предложить для настроя жизни атомов какого-нибудь предмета таким образом, чтобы она произвела деятельность, свойственную живым организмам.
— Я не могу это понять, — сказал Хари Шарма.
— Возьмём для примера данные статуи. Они сделаны из камня. В камне есть минералы, а в минералах — атомы. Есть в них частицы и ещё более мелкие, чем атомы, состоящие из вибраций пространства. Они — не что иное, как элементарные кирпичики сознания.
Сознание — это то Я в вас, которое позволяет вам ощущать — я есмь. С этой осознанностью вам нужно начать жить вместе со статуями. И пока вы можете сохранять её, то способны навести в них жизнь.
— Как же достичь таких сил? — спросила Рута.
— Для этого есть особый процесс. Он бывает двух разных видов. Один состоит в собирании требуемого материала и научном его расположении, в результате чего синтезируются вибрации звука, осязания, формы, вкуса и запаха. Знающие этот процесс называются тантриками. Мне известно о тантрической науке всё и во всех подробностях лучше, чем кому-либо из живущих в наши дни. Например, внезапно убив живое существо и слив его кровь, можно использовать жизненную силу, исходящую из неё, чтобы привлечь силы пяти чувств и заставить их проявиться в какой-нибудь странный феномен. Этот способ называется колдовством. Если жизненную силу, уходящую из крови, направить в некоторую форму жизни, которая при правильном ею управлении станет служить вам так, как вам нужно, то вы также сумеете заставить данный образ явиться перед вашими глазами, Осязать его и наслаждаться присутствием. Созданные подобным образом существа называются якшами. Всё это принадлежит к одной части магии — к малой магии. Каждый раз, когда бывает нужно проявить эти силы, приходится убивать живое существо. Убивать, чтобы съесть, допустимо, но лишать жизни ради любопытства или извлечения подобных сил — один из величайших грехов, и потому влечёт неизбежные последствия. Убитое существо на время овладевает умом колдуна, который со временем откатывается назад в своей ментальной эволюции. Он впитывает животные черты, деградирует в умственном развитии и становится добычей одного из своих чувств. Поклоняющиеся демонам впитывают демоническую природу, а те, кто чтит божественные разумы, — природу данных разумов. Те же, кто поклоняются единому Я во всём, войдут в самую суть божественной природы. Так говорит Кришна в своей Бхагавад-гите. Как бы ни был научен тантрический метод, он является рискованным и противоестественным. Однако есть и другой способ — универсальной Любви. Когда практикуешь его и прилагаешь к окружающим существам, силы начинают проявляться сами, совершенно естественно. И прогресс такого практикующего не ограничивается развитием этих сил. Он продолжается во многих измерениях, пока не приводит к освобождению от всех видов рабства самообусловленности. Его предельным результатом является великое освобождение собственного сознания, когда оно входит в сознание Единого, присутствие которого повсеместно.
— Ваши близкие ученики с восхищением рассказывают, что вы можете управлять зверями земли, ядовитыми лесными тварями и даже неодушевлёнными предметами. Мы хотели бы, чтобы вы сейчас же продемонстрировали свои силы, — сказал Хари Шарма.
— Любопытство — очень нежелательная черта, — ответил Локаята. — Я теперь изменился, и моя совесть не позволяет мне управлять кем-либо вокруг. Однако поскольку вы очень хотите это увидеть, то сегодня по такому великому случаю жертвоприношения Господа я продемонстрирую вам свои силы в последний раз. После этого я совершу отречение, предложив себя вместе со всеми моими силами Космическому Сознанию Вездесущего.
ГЛАВА 27
Был день полнолуния, и до восхода оставалось двадцать минут. Западный океан, окружавший Двараку, катил свои волны более оживлённо, чем обычно. Он ласкал своё дорогое дитя, Двараку, тысячами мягких молочных пальцев — своих волн. Дева восхода распустила свои волосы, и звёзды стали исчезать одна за другой, подобно цветам, соскальзывающим с её волос. Первые полоски солнца заблестели на верхушках вздымающихся волн океана. В Двараку были приглашены жители пастушеской деревни Вриндаван, при этом всех женщин данной деревни созвали на женской половине дворца Кришны. Заглядывая через двери и окна, они посылали ему искрящиеся лучи своей материнской любви. Деваки, мать Кришны, трижды натёрла его ароматным маслом, а Яшода, приёмная мать, умастила его нежное тело маслом и искупала в ароматной ванне.
