– Он не умер. Он зовет меня. Он жив?
Ее стоны разбудили мистера Лоуренса. Он поспешил к ней, чтобы удержать и не дать вылезти в окно. Рейчел отбивалась от него.
– Бекки, пусти меня! Это Сэм. Он зовет меня.
Но в какое-то мгновение силы покинули ее, как уходит воздух из проколотого воздушного шарика. Она поникла, и Вилли довел ее до постели.
– Кто вы? – испуганно спросила она, не узнавая его. И тут же снова впала в беспамятство.
Остаток ночи он проспал на полу, рядом с ее кроватью, а на следующий день принес раскладную кровать. Он позвонил на работу и предупредил, что будет занят эти дни. Дела их шли хорошо. Он и его партнер выпускали дешевую одежду – и теперь, когда война шла к концу, она пользовалась все большим и большим спросом. А они старались сделать ее еще более дешевой.
Жар держался целую неделю, а потом температура упала. Доктор Леви позвонил ему, но мало что смог добавить к тому, что уже сказала его жена. Единственное, что он посоветовал – это как выше подкладывать подушки, чтобы Рейчел почти сидела. «Если у нее начнется пневмония, – она не выживет. И хорошее питание, конечно».
Вилли Лоуренс, помимо бульонов, стал давать ей яйца всмятку. Пюре с молоком и маслом.
От Рейчел остались кожа да кости. Вилли с ужасом смотрел на то, как она тает у него на глазах. Когда он впервые встретил ее, она была молодой женщиной с прекрасной фигурой. Сейчас это был скелет. На лице торчали скулы, обтянутые кожей. Волосы слиплись и свалялись.
Начиналась седьмая ночь борьбы за ее жизнь. Раскладушка Вилли стояла вплотную к постели Рейчел. Он прислушивался к ее дыханию. Через каждый час он вставал, чтобы протереть ее и дать ложечку бульона.
И вдруг однажды рука Рейчел коснулась его плеча:
– Я хочу пить, – проговорила она отчетливым, ясным голосом.
Он прижал ее руку к губам. Она была холодной.
– Слава тебе, Господи! – прошептал Вилли.
Сначала она была настолько слаба, что могла лишь открывать рот и глотать еду, которую он подносил ей ко рту, как ребенку. Вскоре она уже могла садиться и поедала все, что ей подавали. Потом она начала пробовать ходить. И наконец наступил день, когда она смогла с помощью Вилли Лоуренса и Рут добраться до ванной. И, войдя туда, вспомнила Хэтти Манхейм. Эта ванная была даже лучше.
– А теперь здесь остаются только женщины, – засмеялась Рут и бросила в горячую воду специальную соль.
Она помогла Рейчел искупаться, вымыть волосы и рассказывала все это время, как мистер Лоуренс трогательно и самоотверженно ухаживал за ней.
Растерев Рейчел банным полотенцем и надев на нее махровый халат, Рут закончила свой рассказ:
– Если бы не он, вы бы не выжили.
– Он спас мне жизнь, – задумчиво сказал Рейчел, имея в виду не только испанку. И она рассказала Рут о том, как Бекки нашла ее на ступеньках приюта, как она полюбила солдата и собралась выйти за него замуж, но его убили на войне до того, как родился сын. И как мальчик умер от испанки.
Рейчел стремительно шла на поправку. Вскоре доктор Леви позволил ей выходить из дома:
– Только небольшая прогулка в Риверсайдском парке. – Вилли ушел в контору и должен присоединиться к Рут и Рейчел позже, они договорились встретиться у памятника Солдатам и Матросам.
Рейчел надела свой выходной костюм и объяснила Рут:
– Я уже оправилась и должна уйти. Как только Вилли придет…
– Не вздумайте делать этого! Вилли предложил мне помочь вам купить все необходимое. Думаю, что мы сможем пойти завтра.
– Но я ведь не могу оставаться здесь. Я уже стою на ногах. Вилли, конечно, сделал для меня больше, чем кто-либо на свете, исключая Бекки. А теперь мне пора на работу. Я не могу бесконечно пользоваться его добротой.
– Это не просто доброта, Рейчел. Вилли Лоуренс влюбился в тебя. Он хотел бы жениться на тебе. Разве это не ясно!
– Жениться на мне? – Рейчел потеряла дар речи.
– Конечно, он не такой, как твой молоденький солдат. Ничего от первой любви. Она должна остаться в прошлом. Советую не упускать такую возможность. Я видела, как Вилли самоотверженно ухаживал за тобой. Он будет заботиться о тебе и дальше. Он даст тебе дом, семью, детей, надежное положение. Тебе уже ни о чем больше не придется беспокоиться.
Как Рут сказала, так оно и случилось. Вилли Лоуренс предложил Рейчел руку и сердце. Она попросила у него разрешения подождать с ответом, пока она не выздоровеет окончательно, чтобы стать ему женой и матерью его детей.
– Можно ли это счесть согласием?
Рейчел не могла полюбить Лоуренса так, как она любила Сэма Харрингтона. Но ведь именно Сэм чуть не погубил ее. А Лоуренс спас. Уйти от него – означало проявить жестокость и неблагодарность. К тому же она не могла вернуться на улицу Форсайт из-за Мо Швейцера. Бекки говорила, что он по-прежнему рыскает поблизости в надежде поймать ее и отомстить за унижение. Не могла она пойти и в свою швейную мастерскую – она еще была так слаба и так быстро уставала, что вряд ли ее стали бы держать там.
Она взяла его руки – руки, которые ухаживали за ней, умывали ее и кормили, – и прижала к губам:
– Да, Вилли. Если только ты дашь мне немножко времени.
Они отпраздновали это событие в небольшом ресторанчике. После чего Рейчел временно перебралась в дом к доктору Леви, чтобы соседи не судачили.
Поскольку Рут так восхищалась ее костюмом, Рейчел предложила ей сшить кое-что в знак благодарности и признательности за внимание. Столовую быстренько превратили в небольшую пошивочную мастерскую, и Рейчел взялась за дело настолько споро, насколько ей позволяло здоровье. И то, что она шила для Рут, вызывало неизменное восхищение всех ее знакомых и родственников. Они бы с удовольствием заказали нечто в этом же духе у Рейчел, если бы только доктор не запрещал ей перегружать себя работой.
Война окончилась, их ждала долгая мирная жизнь. Наступил ноябрь. Вилли Лоуренс все чаще поглядывал на Рейчел, но не торопил ее и не требовал, чтобы она назначила день свадьбы. И его терпение наконец-то было вознаграждено. В день Валентина – день всех влюбленных, в один из самых холодных дней января, легкая тень Рейчел появилась в его спальне, и тоненькая фигурка нырнула к нему в постель:
– Мистер Лоуренс! Не хотите ли вы стать моим «валентином»? – проговорила она мягким голосом.
21 марта 1919 года Рейчел Форсайт и Вильям Лоуренс дали друг другу клятву в присутствии мистера Аарона и миссис Рут Леви, а также Бекки Лодзь.
Рейчел зачеркнула все свое прошлое, исключая, конечно, Бекки. Так же, как ее страна начинала новую послевоенную жизнь, она начала новую жизнь в доме Вилли.
– Это твой дом, моя дорогая. Делай все что захочешь. Все, что приносит тебе удовольствие. Я хочу, чтобы ты была счастлива, – попросил ее Вилли.
