— Рудокопы!
Рудокопы зашевелились. Присмотревшись, Паллис заметил, что они держали наготове оружие: копья, ножи, дубинки.
Пилот показал руки.
— Мы пришли с миром! Смотрите сами, ради Костей. Вы что, думаете у меня под листьями флотилия спрятана?
— Убирайся домой, деревянщик, пока жив, — прокричали ему в ответ.
Паллис побагровел.
— Меня зовут Паллис, и я не намерен никуда убираться. У меня есть новость, которая касается каждого, кто живет на Поясе. И вы дадите мне высказаться!
— Что за новость? — с подозрением поинтересовался рудокоп.
— Дайте нам пройти, и я расскажу. Она от одного из ваших, от Риса…
Рудокопы посовещались, потом говоривший вновь обернулся к Паллису.
— Ты лжешь. Рис мертв.
Паллис рассмеялся.
— Нет, он не мертв, в том-то и дело.
Внезапно с одной из плит вылетело копье. Паллис криком предупредил Джаен. Копье прошло сквозь листву и провалилось в глубины Туманности.
Паллис стоял, подбоченясь, и смотрел на рудокопов.
— Да, собеседники из вас паршивые.
— Деревянщик, из-за жадности Плота мы все голодаем. Стараясь изменить это, погибают хорошие люди…
— Так им и надо! Никто не просил их нападать на Плот! — закричала Джаен.
— Заткнись, Джаен, — прошипел Паллис.
— Послушай, пилот, — отрезала девушка, — эти ублюдки вооружены, а мы нет. Они нас не слушают! Если мы попытаемся подойти поближе, они могут просто сжечь дерево своими дюзами. Это равносильно самоубийству! Надо искать другой способ.
Паллис почесал бороду.
— И все-таки другого пути нет. Мы должны переговорить с ними.
И Паллис решительно опрокинул ногой ближайшую огненную чашу. Горящие угольки рассыпались, дерево задымило, и вскоре уже небольшие язычки пламени лизали листву.
Джаен некоторое время стояла в оцепенении, затем засуетилась.
— Паллис, какого черта? Сейчас принесу одеяла…
Пилот схватил ее за локоть.
— Нет, Джаен. Пусть горит.
Девушка недоуменно смотрела на него.
Языки пламени расползались как живые. Рудокопы явно были озадачены.
Паллис облизал губы.
— Видишь ли, листва очень сухая. Это следствие гибели Туманности. В воздухе почти не осталось влаги, а спектр не очень благоприятен для фотосинтеза в листьях…
— Паллис, — сурово сказала Джаен, — перестань болтать чепуху.
— Ты права. Я рискнул, надеясь, что они нас подберут. Это наш единственный шанс.
Пилот заставлял себя смотреть на почерневшую и скорченную древесину, на летящие по воздуху обугленные листья. Джаен коснулась его покрытой шрамами щеки. Ладонь оказалась мокрой.
— Тебе очень тяжело, да?
Паллис горько рассмеялся.
— Джаен, я собрал в кулак всю свою волю, чтобы не побежать за одеялами. — Внезапно сквозь печаль прорвался гнев. — Знаешь, из всех самых отвратительных и ужасных поступков этот — наихудший. Люди могут делать друг с другом все что угодно, мне все равно. Но сейчас я вынужден уничтожить дерево…
— Может, ты все-таки отпустишь мою руку? Мне больно!
— Что? — Пилот с удивлением заметил, что все еще держит девушку за локоть. — Извини, Джаен.
Девушка, морщась, потерла ушиб.
— Я понимаю, пилот, и не буду тебе мешать.
Джаен протянула ему руку, и Паллис с благодарностью, на этот раз нежно, принял ее.
Дерево накренилось, и оба чуть не упали. Языки пламени были уже выше Паллиса.
— Быстро, — пробормотал он.
— Может, захватим немного припасов?
Эта мысль рассмешила его.
— Зачем? Чтобы перекусить на пути к Ядру?
— Ты прав, я ляпнула глупость. Хотя поджечь это чертово дерево было во сто крат глупее.
— Наверное, ты права.
В этот момент, рассыпавшись огненным дождем, отвалился кусок ствола. Оголившиеся ветви горели, как толстые свечи.
— Думаю, нам пора, — сказал Паллис.
Джаен огляделась.
— Кажется, нам лучше добраться до края и оттолкнуться от него что есть силы. Будем надеяться, что это придаст нам нужную начальную скорость.
— Решено.
Они посмотрели друг на друга и пошли по хрустящей листве. И вот они уже на самом краю и…
…и Паллис, все еще держа Джаен за руку, поплыл в пустом, бездонном пространстве.
Это было почти прекрасно.
Скорость полета в дымном воздухе быстро уменьшалась. Вскоре они уже зависли в невесомости.
Периферия дерева превратилась в огненное кольцо. Из листвы валили клубы дыма. Еще несколько минут, и от прекрасного растения остался только обугленный ствол.
Рудокопов нигде не было видно.
Паллис растерянно посмотрел на Джаен. «Что я теперь ей скажу?» — подумал он.
— Ты знаешь, дети на Плоту воспитываются в страхе перед падением, — сказал он. — Думаю, что они воспринимают плоскую, устойчивую поверхность под ногами как нечто незыблемое. Они забывают, что Плот — это всего лишь парящий в воздухе лист… И что он совсем не так устойчив, как те гигантские, невообразимые планеты в другом мире, о котором нам рассказывали Ученые. Зато дети Пояса вырастают на цепочке коробок, вращающихся вокруг потухшей звезды. У них нет надежной плоскости, на которой можно стоять. И они боятся не падения, а отсутствия опоры…
Джаен откинула волосы с лица.
— Паллис, ты боишься?
— Нет. Кажется, нет. Больше всего я боялся до того, как опрокинул чертову чашу.
Девушка пожала плечами, и от движения ее тело покачнулось.
— Я, кажется, тоже не боюсь. Жалко только, что твоя игра не оправдала себя…
— Ну что ж, попробовать все равно стоило.
— …И хотелось бы знать, чем это все окончится…
— Как думаешь, сколько это займет времени?
— Возможно, несколько дней. Надо было все-таки взять с собой пищу. Во всяком случае, будет на что посмотреть… Паллис!
Глаза Джаен расширились от удивления, она отпустила руку Паллиса и распласталась в невесомости, как бы пытаясь плыть по воздуху.
Пораженный Паллис посмотрел вниз. На него надвигалась поверхность патрульной плиты с рудника. За сеть, накинутую поверх металла, цеплялись два рудокопа. Железная поверхность ударила их с жесточайшей силой…
Во рту стоял привкус крови.
Паллис открыл глаза. Он лежал на спине, очевидно, на плите, так как чувствовал узлы сетки. Пилот постарался сесть и особо не удивился, когда обнаружил, что привязан к сети. Он расслабился, чтобы не внушать рудокопам опасений.
Над Паллисом склонилось широкое бородатое лицо.
— С этим все в порядке, Джейм, он грохнулся головой.
— Большое спасибо, — огрызнулся Паллис. — Где Джаен?
— Я здесь, — раздался голос Джаен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
