А что касается кольца, это наверняка больше, чем совпадение. Тебе так не кажется?
– И что, ты полагаешь, он убил ее?
– Ну… – Джейн колеблется. Она этого не утверждала, но Том смотрит на нее так, словно она обвинила Джонатана в том, что тот приносит в жертву новорожденных младенцев на алтаре церкви Святого Эндрюса и каждый вечер ужинает с дьяволом в столовой Дин-хауса.
– Это все догадки, разве ты не понимаешь? Боюсь, такое голословное обвинение не выдержит никакой критики в суде. Ты даже не знаешь, были ли они в Брюсселе в одно и то же время. И встречались ли вообще.
– Но как же кольцо?
Том зажимает перчатку на левой руке зубами и стягивает ее.
– Мужское кольцо с гравировкой?
Он показывает ей кольцо с печаткой, очень похожее на то, что было у Джонатана, только у Тома камень черный, а у Джонатана – коричневатый. Джейн снимает варежки и сжимает его пальцы в своих, рассматривая кольцо. Это оникс, на нем выгравированы крест гугенотов и голубь.
– Мне подарил его двоюродный дед Ланглуа. Я использую его вместо личной печати. Ты и меня обвинишь в убийстве мадам Ренар?
– Не говори глупостей. – Джейн отталкивает его руку. Под множеством слоев одежды мускулы Тома приятно упруги. – Во-первых, твой ужасный фрак был бы пропитан кровью.
Их взгляды встречаются, и Том начинает смеяться. Без сомнения, он снова представляет себя на месте своего литературного тезки, белый сюртук которого был испорчен после того, как тот защищал честь мисс Уэстон перед компанией пьяных солдат.
Не позволив надеть варежки обратно, Том берет Джейн за руку и сжимает ее пальцы. Прижав свою обнаженную ладонь к ее, он тянет девушку за собой. Они выходят из-за деревьев в поле, поднимаясь на крутой холм. Джейн уже не хочется настаивать на своих подозрениях в отношении Джонатана, чтобы Том не счел ее глупой. Пытаться поймать убийцу, может, и глупо, но положение Джорджи смертельно серьезно. И, с его юридическим образованием, Том должен стать идеальным компаньоном в ее стремлении доказать невиновность брата.
– Раз уж ты эксперт, скажи, как можно выиграть дело в суде?
– Ну… – Том замолкает, упирая руку в бедро. Он печально улыбается, как будто смущенный тем, что ведет с ней этот разговор. – Чтобы убедить присяжных, самое главное – установить, что у обвиняемого были средства, мотив и возможность совершить преступление. Чаще всего убийства бессмысленны, но это не мешает присяжным искать причину. Другой вариант любому добропорядочному человеку даже трудно представить. Кто-нибудь спрашивал твоего брата, где он был в ночь бала?
– Он был в коттедже один. Джек ушел по поручению, а няню вызвали принимать многоплодные роды. Обычно они не оставляют его одного, но Джорджи спал, и это было срочно…
– Что ты знаешь об этом парне Джеке Смите? – спрашивает Том. – Выполнение поручений звучит для меня как блеф. Как ты думаешь, он мог быть замешан в этом?
– Я это предполагала, но отец и братья не хотят требовать от него более подробных объяснений.
– И он приглядывает за Джорджи?
– Да, с самого детства.
– Ну вот, пожалуйста. Он наверняка хочет нормальную работу и улучшения в жизни. Должно быть, нелегко все время за кем-то следить. Вполне понятно, почему ему надоело это бремя.
Джейн теребит выбившиеся из накидки нити.
– Есть кое-что еще. Джек пытался накопить денег, чтобы вложить их в разведение скота. Всего лишь собирался купить свиноматку, но это явно много значило для него. Он попросил моего отца выдать ему всю зарплату, которая причитается до Благовещения, но тот отказался.
– Значит, у него есть причина затаить злобу на вашу семью. Будет правдоподобно звучать, что он совершил ограбление и случайно убил жертву в процессе. Твой брат, должно быть, наткнулся на добычу до того, как Джек смог сбежать.
Перед мысленным взором Джейн возникает картина из ее с Джеком детства. Вот они, взявшись за руки, плещутся в ручье, протекающем за коттеджем госпожи Калхэм. Солнечный свет отражается от мокрой гальки и от сверкающих карих глаз Джека. Госпожа Калхэм сидит на берегу, болтая ногами в прохладной воде, а Джорджи лежит, положив голову ей на колени.
Джейн сглатывает.
– Но если б Джек действительно это сделал, он вряд ли стал бы настаивать на том, чтобы отправиться в тюрьму вместе с Джорджи, не так ли?
– Возможно, он хочет присмотреть за твоим братом. Убедиться, что тот понесет наказание. Полагаю, кольцо все еще у него. Он уедет, как только закончится суд. За эти драгоценности можно выручить достаточно наличных, чтобы такой человек, как он, начал где-нибудь все сначала.
У Джейн кружится голова, пока она смотрит на сельскую местность. Она не может представить себе мир, в котором компаньон ее брата мог так предать его. Вокруг нее до самого горизонта простираются поля. Лишь редкие церковные шпили виднеются среди раскинувшихся зеленых холмов.
Пытаясь восстановить душевное равновесие, она останавливает взгляд на деревянном сарае сквайра Терри, расположенном у подножия холма на Уинчестер-роуд. Он известен местным жителям как «красный амбар», потому что штукатурка на закате отливает малиновым. Сейчас, в бледном зимнем свете, это скорее «грязный серый сарай».
– Именно такой мотив нужен, чтобы убедить присяжных?
Том скрещивает руки на груди, глядя на свинцово-серые облака, собирающиеся на горизонте.
– Да. Разве не к этому все сводится в конце концов? Любовь или деньги. Обычно это одно из двух.
Джейн так и подмывает сказать Тому, что Зои Ренар была беременна. Объяснить, что, если Джонатан Харкорт – убийца, его мотив убийства кружевницы тоже мог быть финансовым. Если б любовница Джонатана раскрыла тот факт, что он зачал ей ребенка, это лишило бы его шанса жениться на богатой наследнице Софи и претендовать на ее приданое в тридцать тысяч фунтов. А поскольку сэр Джон пристает к Элизе с просьбой одолжить денег, а леди Харкорт носит фальшивые бриллианты вместо настоящих, есть вероятность, что у них финансовые трудности.
Но все это так притянуто за уши. Джейн на собственном горьком опыте убедилась, что одно дело – иметь в голове такие фантазии, и совсем другое – выпустить их в мир. Без сомнения, Том посмеется над ней за то, что она осмелилась представить такой сценарий. Мадам Ренар может оказаться респектабельной вдовой, вынашивающей ребенка своего мужа и убитой в результате случайного нападения безмозглого вора.
У подножия холма, рядом с фермой Терри, молодая леди в бордовом костюме для верховой езды скачет по дороге рысью на гнедом мерине. Добравшись до амбара, она грациозно соскальзывает с лошади и цепляет поводья за столб
