мама — валькирия.
— Это теперь называется «обычная»? — смешно фыркнув, фавн покачал головой. — А чего тогда не ведьма? Папа-то поди колдун не из малых?
— Наверно. Да говорю же, дефектная. — поморщив носик, к счастью добилась того, что Алеф прекратил расспросы и просто принял это как должное. Вот и хорошо… — Всем спокойной ночи.
— Сладких снов, вашество.
— Спокойной ночи, Ира.
— Ну, копытный признавайся, что с ней не так? За что сослали-то?
— Сам копытный. — тихо огрызнувшись, Чертик бросил в костер очередную ветку и скосил взгляд направо. Туда, где тихо посапывала подопечная. Насморк опять? А не… на спине лежит. Эх, девонька…
— А вот и нет. Я сейчас львинолапый. — хмыкнув, Алеф тоже посмотрел в ту сторону и немного осуждающе качнул головой. — И как милаху такую сослали? Она ж напрочь городская. Да ещё и не ведьма.
— А ты я смотрю спец по милахам?
— Ну, было дело… — недовольно поморщившись на презрительный тон черта, фавн всё равно не оставил намерений. — Так, ты тему-то не переводи. Что с ней не так? Опасаться надо, нет?
— Ну, пока дружишь — нет.
— В смысле?
— В прямом. — гнусно хихикнув, потому что выражение лица неправильного фавна стало обижено-недоуменным, Чертик потер лохматые ладошки, радуясь маленькой, но пакости. Это Иришку он обожает и готов за неё хоть в огонь, хоть в воду. Остальные же… пф-ф-ф! Много чести, объяснять всё и каждому.
— Слышь ты…
— М-м-м… давайте потише, а… — со стороны спальника донесся недовольный девичий шепот и рогатые тут же захлопнули рты, — берсерк я… как пугаюсь — всё рушу напрочь… давайте спать уже.
Берсерк? Глаза фавна стали размером с пятирублевую монету, но черт лишь молча кивнул.
Она?
Бред…
Снова оценивающий взгляд, скептичный осмотр…
Вот это тощее тельце двадцати лет — берсерк?
Мда.
Ай, ну и ладно. Подружит он, с него не убудет. С дочками Кощеев (как впрочем и с самими Кощеями) вообще лучше всегда дружить, даже если они и не ведьмы. Они и без этого… те ещё штучки.
Глава 14
Не скажу, что наш ночлег был идеальным, но мне он понравился. Свежий воздух, прекрасная компания… Что может быть лучше? Наверное, лишь вкусный завтрак с этой самой компанией.
С интересом поглядывая, как чертик заваривает в маленьком котелке ароматный чай, сама нарезала бутерброды из продуктов, захваченных из избушки и поэтому, когда из-за спины раздалось неожиданное приветствие, я вздрогнула.
— Доброе утро, девонька… покидаешь ужо нас?
Обернувшись и увидев лесовичку, постаралась вежливо улыбнуться, хотя так и хотелось прошипеть. Вот как они все любят бесшумно подкрадываться. Я же пугаюсь. Нет, правда! То нет никого, то нате. А нервы-то, между прочим, не казенные!
— Доброе утро. Да, решили сами в город пойти… вчера так нехорошо получилось — думала стража городская приехала за мной, а на самом деле тати меховые.
— Тати? — почему-то обижено нахмурившись, старушка отрицательно покачала головой. — И вовсе котики не тати, не наговаривай. Боярин у них добрый, щедрый…
— А то, что девиц каждую неделю меняет, это тоже в порядке вещей? — вмешавшись в наш разговор, Алеф, уходящий умываться к ручью, но как раз вернувшийся и услышавший её слова, презрительно фыркнул: — Да после него по деревням ходить вообще смысла нет, ни одной нетронутой девицы.
— Ой, кто бы говорил! — вспыхнув, лесовичка тут же уперла руки в боки. — Вы поглядите-ка на него! Моралист нашелсси! Сам-то поди царевне ишо не всё расскзал? Отчего сам на себя больше не похож даже в сумерках? Тьфу, зверолюд потаскушный.
Э…
Очумело слушая завязавшуюся ругань двух существ, на всякий случай отползла подальше и села с другой стороны костра поближе к Чертику. Ну их… Чего они не поделили-то?
— Вашество, а пойдемте…
Мы уже успели и позавтракать, и чая попить, и даже потушить костер, и собраться, а Алеф всё огрызался на ядовитые подколки лесовички.
— Да, наверно… — тихо согласившись, уже громче добавила, обращаясь непосредственно к лесному духу. — Бабушка, мы пожалуй пойдем. Путь дальний, не быстрый. Спасибо за гостеприимство. Будете в городе, заходите.
— Ась? Ох, ты ж батюшки. Совсем заговорил меня, козляка рогатая. Легкой дорожки, Ирочка. Будешь в столичных рощах, передавай привет сестричке Вешенке. — помахав мне сухой ладошкой, а затем показав кулак фавну, ему же тихо прошипела: — У, козлюка! Даже не вздумай к Иришке клинья подбивать! Узнаю — тот час Кощею доложу!
— Тьфу! — сплюнув в ответ, не на шутку раздраженный Алеф догнал нас уже через пару минут и, пристроившись рядом, всё бормотал себе под нос: — Карга старая… кляча деревянная…
— Алеф… — минут через пятнадцать, когда бормотания пошли по десятому кругу, я не выдержала. — Вы чего с ней не поделили?
— Да… — махнув рукой и снова насупившись, фавн сморщил нос, не торопясь отвечать.
— А всё-таки? Она показалась мне довольно милой старушкой…
— Ага, милой. А то, что котов именно она на тебя навела, это тоже мило?
— Она? — всерьез удивившись подобному признанию, даже не сразу нашлась с ответом. — Точно она?
— Она-она… — подтвердив слова Алефа, Чертик уверенно кивнул. — Поспрошал я у белок утречком. Дуреха старая решила, что вам котики по душе придутся. Услышала, что боярин дцатый раз жениться вздумал и посчитала, что за благо будет вас в девки боярские определить. Тьфу…
— Да-а-а… — не зная, что сказать ещё, дальше просто молча шагала. Нет, надо же! И тут ни дня спокойно прожить! Что за бред? Кто её просил? Вот уж точно карга старая с придурью!
Конечно же вслух я это не сказала, просто пару раз фыркнув сквозь зубы, да покачав головой.
— А почему дцатый?
— Да блажь на него раз в пару лет находит. Как заскучает, так жениться думает. Только дальше, чем до смотрин дело ещё ни разу не дошло.
— О-о-о…
Вот уж чего и задаром
