Читаем без скачивания Темное сердце - Артем Михалев

— Ошибаетесь! — перебил я Игоря.

Священник говорил правильные вещи и в то же время то ли слегка лукавил, то ли не понимал, как и остальные. Из моих слов ясно следовало, что где-то там — в подсознании, Ящеру угрожает смертельная опасность. В эту самую секунду мое звериное «я» в одиночку сдерживало демона. Он тянул время, расплачиваясь за отсрочку собственной жизнью.

Все началось в парке, в момент вознесения Эль. Человек сдался, Зверь — нет. И теперь Ящеру предстояло расплачиваться за мою трусость, а я не мог прийти ему на помощь, потому что ни Макаров, ни Василек не понимали, что значила такая потеря для оборотня. С их точки зрения обмен личной звериной шизофрении на ослабление демона Эль — сделка более чем приемлемая. Они не собирались рисковать Сашей, а я с каждым днем все сильней ощущал пятно ущербности в глубине души. Платой за трусость стало медленное отмирание лучшей моей половины. Зверь оказался стократ порядочней человека, и это давило на совесть. Давило все сильней.

Наверное, только Волков смог бы меня понять и посоветовать что-нибудь дельное. Но майор пропал, и внутреннее чутье подсказывало, что пропал навсегда. Объяснять Игорю свои более чем смутные догадки я не собирался и просто попросил:

— Помоги мне. Я не прошу много — только прикрыть, если что пойдет не так. Пробиваться к Ящеру я буду сам.

Священник вдруг поднял ладонь, призывая к молчанию. Вся его фигура выдавала крайнее напряжение. Такое чувство, будто Игорь изо всех сил вслушивался в звуки, не доступные больше никому. Разговор между нами шел серьезный, и для дурных шуток момент совершенно неподходящий. Значит, это могло быть только одно — святой отец действительно что-то почувствовал.

— Странно, — наконец произнес Игорь и устало потер глаза, пытаясь стряхнуть напряжение. — Устал, наверное. Померещится же такое. Все от жары…

Согласиться я не успел. Мои слова оборвал оглушительный женский визг, отдающий едва не животной паникой. И сразу за ним раздалась длинная и заполошная автоматная очередь. Взахлеб. На весь рожок. Впрочем, и то и другое быстро оборвалось, и над набережной повисла мертвая тишина. Всего на секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы понять — здесь в парке кого-то убивали. Убивали посреди бела дня, не обращая внимания на вооруженные патрули и присутствие полицейских.

Насыщенные взрывными стычками тренировки Макарова помогли — сознание мгновенно перестроилось в боевой режим. К моему удивлению, святой отец все равно успел оторваться и теперь стремительно набирал скорость, подхватив полы развевающегося одеяния. Не стоило мне забывать о боевом прошлом владыки Иллариона. Сверх, он и есть сверх. Даже если выглядит как клоун, сверкая голыми пятками сандалий.

Не теряя времени, я рванул за ним. Думаю, в тот момент я смотрелся жутковато. Тело оборотня изменялось, на бегу обрастая дополнительными мышцами. Меня против воли пригнуло к земле, и это выглядело крайне неестественно. Движения рваные, а судорога первых трансформ бросает из стороны в сторону. Мерзкое зрелище.

Спустя несколько прыжков моя походка выровнялась, и я начал стремительно догонять напарника. Встреться на пути вооруженный патруль, и я бы со стопроцентной вероятностью получил очередь серебра. Даже самому объективному наблюдателю в такой ситуации на ум могла прийти только одна мысль — монстр гонится за священником! Ату монстра!

Благо к тому времени чувства мои привычно расширились, охватывая неподвластный простому человеку диапазон. Навязчивые запахи оружейного масла и едкого ладана доносились только спереди. Оттуда же неслись громкие крики и периодическая стрельба. В этом плане центр города сильно отличался от пустынной пещеры. Такая какофония оглушала, и я всем телом растекся по земле, пережидая мгновения «слепоты».

И правильно сделал! Святой отец несся вперед как ошпаренный, не замечая опасности. Он вертел головой по сторонам, привычно выискивая врага на земле, в то время как враг готовил удар с воздуха. Параллельным курсом, в пяти-шести метрах над землей летела полупрозрачная тварь. Выдавали ее скорость и мелькающие на фоне листвы очертания. Скользи она чуть медленней, и я бы ее просто не заметил. Разогнавшийся святоша спас жизнь нам обоим.

Высматривать подробности было некогда. Даже истинное зрение слабо помогало. Все, что я успел сделать, это крикнуть:

— Падай! На землю, дурак! Падай!

Я заорал, надрывая глотку, с такой силой, что с деревьев посыпалась листва. И Игорь не подкачал. Он рухнул почти мгновенно и даже голову руками прикрыл. Ряса сработала вместо коньков, отправив священника в продолжительное скольжение по траве. И все равно этого едва хватило. Тварь нырнула следом и ужалила с секундным отставанием, на мгновение сбросив маскировку. Вытянутый воздушный скат длиной не менее трех метров вспорол землю ударом хвоста и, блеснув на прощание серебристым жалом, свечкой ушел в небо. Миг, и его не стало. Только земля в месте удара дымилась от ядовитых испарений.

Оттаскивая святого отца в сторону, я не мог отделаться от мысли, что он чудом избежал смерти. И в этом почти не было моей заслуги. Тварь спикировала моментально, и если бы не чуть влажная после полива трава — Игоря располосовало бы надвое. Размеры оставшейся после удара канавы произвели на меня неизгладимое впечатление.

— Живой?

Привалив напарника к дереву и бегло осмотрев, я принялся выискивать хвостатого истребителя. Не хватало нам проворонить второй заход.

— Живой? Да-да! — Для подобной ситуации Игорь собрался очень быстро. — Что это было?

— Летающий скат. Длина — три-четыре метра. Бьет жалом на хвосте и вроде бы заклинанием… но не уверен. Не рассмотрел. В полете невидим, раскрылся за секунду до удара. Шустрая тварь!

Пока священник неуверенно пытался встать на ноги, я продолжал озираться по сторонам. Невидимость ската пугала меня до чертиков. Удар был очень сильным, и пропустить такой подарок совсем не хотелось. Дерево — не самая лучшая защита, но, по крайней мере, мы могли не опасаться удара в спину.

— Не вижу его.

Мельком отметив, что в голосе слышны панические нотки, я невольно издал низкое горловое рычание. Собственный страх разозлил, и это помогло взять себя в руки.

— Я тоже, но это не самое страшное. Тварей тут минимум две.

Игорь сделал шаг в сторону и взял под контроль свой сектор. Макаров недаром гонял нас до седьмого пота. Методики обучения у контор схожие, и «черти» нередко работали в команде с церковниками. Хватило, чтобы на ходу подстроиться друг к другу. И очень вовремя, если мой напарник прав и тварей больше, чем мы успели повстречать. Надеюсь, правда, что он ошибался.

— С чего так решил?

Стремительность нападения вогнала меня в легкий ступор, иначе я бы и сам догадался. Заварушка началась далеко отсюда.

— Первые крики доносились из центра парка. — Игорь взмахом указал направление. — И я до сих пор чувствую всплески заклинаний.

Словно подтверждая его слова, впереди глухо бумкнуло, и раздалось несколько одиночных выстрелов из автомата.

— Я ни хрена не чую. И тварь мы едва не проворонили.

— Все равно надо проверить. Идешь?

Я глухо ругнулся:

— Нет, твою мать, здесь останусь. Веди, давай, а то эта хрень так воняет, что я ничего не чувствую.

Священник покосился на дымящуюся землю и, поежившись, с видимым трудом оторвался от спасительного дерева. Переглянувшись, мы двинулись к центральной площадке. Игорь напрямик, чуть прихрамывая после неудачного падения, а я — круто забирая влево. Подставляться под удар одновременно у нас не было никакого желания. Впрочем, далеко мы не продвинулись. Проломившись через густой кустарник, я натолкнулся на первое тело.

Худощавый молодой человек лежал на тропинке, раскинув руки в стороны. Истинное зрение позволило оценить его изорванную в лоскуты ауру. Можно даже не проверять, парень — не жилец. Даже среди наших спецов никто бы не выжил с такими повреждениями. От энергетической оболочки практически ничего не осталось — повсюду рваные раны. Такое чувство, будто на человека напал хищник, только жрал он не плоть, а энергетику.

Второго мертвеца нашел Игорь. Сердюковец в камуфляже и с автоматом, а возле него — характерная канава с дымящейся землей. Работа ската, к гадалке не ходи. И тот же хлам вместо защитной оболочки.

— Такое чувство, будто эта летающая мерзость питается магией. Людей высосали начисто.

Я повернулся к напарнику и удивленно присвистнул. Ободранный священник с автоматом наперевес — то еще зрелище. Впрочем, Игорь управлялся с оружием довольно ловко. Я бы даже сказал, что столь неожиданная сноровка меня насторожила. Он бегло оглядел «калаш» на предмет повреждений и, удовлетворенно хмыкнув, заменил магазин. Второй «рожок» скрылся в складках рясы. Кажется, у отца Иллариона было весьма бурное прошлое.