Палец усилил давление на клитор, когда его хвост снова вошел в нее. Он двигался внутрь и наружу, усиливая постоянно растущее удовольствие.
Сэм извивалась на нем, ее бедра покачивались в такт толчкам хвоста и движениям пальца. Электрические разряды пробежали по ее телу. Робкие, хриплые вздохи переросли в крещендо10, а потом в сдавленные крики. Она была потеряна, тонула в ощущениях, в муках удовольствия.
— Да, — сказал Арк. — Кричи для меня, Саманта. Пусть весь город знает, что ты в муках экстаза, — он сильнее надавил на ее клитор.
Сэм сдалась и позволила ощущениям овладеть ею.
Раскаленное добела наслаждение взорвалось внутри нее. Она кончила с гортанным криком, быстро превратившимся в визг, когда его пальцы и хвост ускорились. Жар затопил Саманту, ее тело содрогнулось, крепко сжавшись. Она зажмурилась, выгнула спину и подняла голову, стиснув зубы, когда восторг разрывал ее на части и снова собирал воедино. Это было безжалостно, это было обжигающе, это было возвышенно.
Когда ощущения, наконец, ослабли, глаза Саманты распахнулись.
Аркантус наблюдал за ней полуприкрытыми глазами, которые, как и кхал, светились ярче, чем она когда-либо видела. В его взгляде горел голод. Он медленно высунул язык и провел им по губам. Палец лениво кружил по клитору Сэм, низводя ее с вершин эйфории, а его хвост оставался внутри нее, сохраняя удовлетворяющую наполненность.
Саманта лежала на нем, прерывисто дыша, ее тело содрогалось после оргазма.
Арк наклонил голову и завладел ее ртом. Его поцелуй был ненасытным и обжигающим, переполненным желанием. Саманта застонала ему в губы.
Когда он отстранился, то криво улыбнулся, подняв свободную руку, чтобы погладить ее по щеке.
— Я победил, маленькая земляночка.
Хотя ее щеки уже покраснели, по ним пробежал новый прилив тепла. Она ответила ему широкой улыбкой.
Она чувствовала себя… свободной, как будто с нее сняли огромный груз. Сэм никогда не думала, что секс может быть таким прекрасным. Черт возьми, она никогда не думала, что секс вообще может быть приятным. То, что Аркантус сделал… Это изменило всю мою жизнь.
Он убрал руку с ее клитора и положил ей на бедро, нежно, но собственнически сжимая.
— Согласно нашей договоренности, маленькая земляночка… это было только начало. Теперь я готов попробовать тебя по-настоящему.
Хвост Арка медленно выскользнул из нее. Ее лоно сжалось, жадно желая удержать его там, и Саманта крепче обхватила ногами бедра Аркантуса. Но у нее не хватило сил сопротивляться, когда он положил руки ей на бедра, приподнял и повернул лицом к себе.
Волосы Сэм рассыпались по плечам, когда он усадил ее к себе на живот и развел ноги по обе стороны от своего торса. Ее юбка задралась вокруг талии и упала ему на колени. Ухмылка Арка стала шире, показав клыки, когда центральный глаз опустился на ее лоно, блестящее от желания и открытое для него.
Саманта застенчиво поднесла руку к подбородку, глядя на Арка сверху вниз.
Обхватив ее за задницу, он притянул Сэм ближе.
— Этот цветок мой.
Высокий звук, напоминающий звон колоколов, возвещавших об окончании урока, когда Саманта была в школе, прозвучал с запястья Аркантуса, и он замер. Мгновение спустя сигнал прозвучал снова.
Арк стиснул зубы и зарычал, сильнее сжимая ее задницу.
— Черт возьми.
Аркантус пристально смотрел, наслаждаясь фантазией, ставшей реальностью, на богиню его желаний — все, чего он хотел и в чем когда-либо мог нуждаться. Волосы Саманты растрепались, ниспадали на плечи густыми волнами, прикрывая верхушки маленьких упругих грудей, а глаза потемнели от вожделения. Бледная кожа порозовела от возбуждения, губы припухли от поцелуев. Улыбка, которой она одарила его, была прекраснее всего, что он когда-либо видел, ее радость была безумно возбуждающей и манящей.
Он глубоко вдохнул, наслаждаясь аппетитным ароматом, и перевел взгляд на ее обнаженное лоно. Его манили розовые, блестящие лепестки. Он был в нескольких шагах от того, чтобы прижаться к ней ртом, в нескольких шагах от того, чтобы выпить ее нектар прямо из источника.
Снова прозвучал сигнал — кто-то стоял у одной из потайных дверей.
Вспышка раздражения присоединилась к огню страсти. Член заныл, и был только один способ облегчить страдания.
Но, конечно же, кто-то был у гребаной двери.
Стараясь говорить как можно более нейтральным тоном, он сказал:
— Минутку, Саманта.
Аркантус переместил руки так, чтобы его локти слегка опирались на бедра Сэм, а ладони были на груди. Он активировал голокомм, чтобы получить доступ к внутренней связи.
— Лучше бы кому-нибудь умереть, потому что я сказал не мешать.
— С каких это пор меня стало волновать, что ты говоришь? — ответил Драккал. — Особенно после того, как ты запер дверь, ублюдок.
— Я тебя кастрирую, — пробормотал Аркантус.
Глаза Саманты расширились.
Аркантус хотел сосредоточиться на запахе Саманты, ее жаре и вкусе. Он хотел соединиться со своей парой точно так же, как требовал каждый гребаный инстинкт внутри. Он стиснул челюсти и прошипел сквозь зубы:
— Я занят, Драккал. Чего ты хочешь?
— Мы нашли его, — сказал Драккал.
— Нашли кого?
— Гроалтууна из торгового центра. А теперь впусти меня, чтобы мы могли поговорить. Я не собираюсь разговаривать с дверью.
Саманта повернула голову, отведя взгляд, и поспешно поправила платье, прикрывая грудь и скрывая свое лоно от посторонних глаз.
Аркантус застонал и отключил интерком. Его голова откинулась назад, тело внезапно стало слишком горячим и тяжелым.
— Ты знаешь дорогу обратно в спальню, Саманта?
— Я… могу найти путь к ней.
Он тяжело вздохнул.
— Я попрошу кого-нибудь принести тебе еды чуть позже. А пока просто отдохни. Я встречусь с тобой, как только поговорю с Драккалом.
Она кивнула.
— Хорошо.
Сэм осторожно слезла с его груди и сделала один шаг в сторону, но потом остановилась и повернулась к Арку, чтобы запечатлеть поцелуй на его губах. Она отпрянула, прежде чем он успел ее поймать, и улыбнулась.
Этот простой короткий поцелуй сильно поразил его, Арка никогда раньше
