город — два года назад, примерно через год после того, как Синтрелл Вантрикар Кальтраксион, волтурианский посол из Доминиона Энтрис, поддержал официальную просьбу терран— о приеме в Артос. Консорциум разослал приглашение с удивительной скоростью, хотя им потребовалось более десяти лет, чтобы одобрить запросы некоторых других видов.
Потом я позволю Стрейку забрать твою терранскую джи'тас. Может быть, мы насладимся ею, прежде чем продавать.
Они не просто использовали Саманту в качестве приманки, чтобы выманить его. Синдикат не использовал кого-то, кому мог позволить жить дальше. Когда же полезность для Синдиката заканчивалась — его заставляли замолчать навсегда. Молчание, так же, часто означало поездку на невольничьи рынки Кальдориуса, как и выстрел плазмой в голову. Теперь она была вовлечена, и это означало, что ублюдки придут и за ней тоже.
Аркантус наклонился вперед и принялся за работу. Отдавая команды на консоли, для определения местонахождения, почти невидимых точек доступа сплетения, которые часто используют для связи организации, подобные Синдикату Внутреннего Предела.
— Мне плевать, сколько у вас, канализационных ублюдков, ресурсов, — пробормотал он. — Вы угрожаете моей паре, и это гребаная война.
ДВЕНАДЦАТЬ
Саманта осторожно возвращалась обратно в комнату Аркантуса, молча молясь о том, чтобы не наткнуться на кого-нибудь по пути, особенно с Килоком. Хотя она не боялась крена или кого-либо еще, кто мог быть в здании, она боялась, что он, взглянув на нее, поймет, что они с Аркантусом только что сделали.
Она не думала, что сможет умереть от смущения, но подобная встреча, вероятно, приблизит ее к этому.
К счастью, коридоры были пусты, и она без проблем добралась до спальни.
Оказавшись внутри, Сэм прислонилась спиной к закрытой двери и сделала судорожный вздох. Дрожь все еще пробегала по ногам, внутренняя поверхность бедер была влажной от прикосновений, а лоно казалось каким-то тяжелым и пустым после потрясающего оргазма.
Арк доминировал над ее разумом. Она уже знала, что один только его чувственный голос мог вызвать слабость в коленях и затопить жаром плоть, но прикосновения?
К лицу Сэм прилил жар, и она прижала руки к щекам. Саманта улыбалась как дурочка, но ничего не могла с этим поделать, она была чертовски счастлива.
Было бы глупо думать, что мужчина может изменить ее, но Арк и не менял. Он подталкивал ее к тому, чтобы она сама себя починила. С помощью поощрения, похвалы и комплиментов, он помогал Сэм восстанавливать самооценку, завоевав доверие.
Она никогда бы не подумала надеть платье, подобное тому, что было на ней сейчас, даже до Джеймса. Несмотря на опасения и застенчивость, Сэм покинула мастерскую Арка, чувствуя себя красивой, желанной и удовлетворенной.
Час назад Саманта боялась секса. Теперь она не могла дождаться, когда снова увидит седхи. Она хотела, чтобы Арк прикасался к ней чаще, и жаждала прикоснуться к нему в ответ.
Саманта сделала еще один вдох, аромат Аркантуса пропитал воздух, из-за чего было трудно отвлечься от мыслей о нем.
Что, я так и буду просто стоять здесь, дрожа, пока он не придет за мной?
Делать было больше нечего, и она заставила себя пройти дальше, медленно исследуя его комнату, проводя пальцами по стенам в попытках проследить за постоянно меняющимися синими линиями. Она отскочила назад, когда кончики пальцев коснулись какой-то скрытой консоли, и перед ней материализовалось голографическое меню.
Как только бешеное биение сердца успокоилось, она перевела взгляд с меню на дверь спальни. Аркантус мог войти в любой момент…
Я действительно не должна.
Ты же знаешь, что тебе любопытно, Сэм.
Но это не моя комната! Его!
Еще одна причина посмотреть. Просто заглянуть.
Закусив губу, она бросила еще один взгляд в сторону двери. Любопытство вернуло ее внимание к меню. Она подняла руку и пролистала его. Когда Сэм это сделала, вдоль стены засветились прямоугольники — восемь выстроены в два аккуратных ряда примерно на высоте пояса и две покрупнее размером с дверь слева и справа.
Она манипулировала элементами управления. Светящиеся фигуры поменьше выдвинулись из стены, открывая ящики, в то время как две другие поднялись, открывая большие встроенные полки. Саманта шагнула к ближайшему шкафу. Внутри висело множество разноцветных шелковых одежд.
У нее вырвался смешок.
— Этот мужчина любит приодеться.
Она сунула руку внутрь и приподняла рукав одного из предметов одежды, растирая атласный материал между пальцами. Словно ведомая инстинктом, она наклонилась вперед и поднесла рукав к носу. Пахло в точности как Арк.
Отпустив рукав, Сэм направилась к другому шкафу и резко остановилась. Там было меньше одежды, чем в первом, но ее мозг не мог переварить находящееся внутри.
Несколько платьев, похожих на то, что было на ней, висели среди более откровенных, развратного вида предметов одежды, одно из которых, казалось, было не более чем набором бретелек, скрывающих стратегически важные места. Она перебирала одежду по одной вешалке за раз, изучая все. В дополнение к платьям было несколько рубашек, пиджаков и штанов, даже пара мантий в том же стиле, что и у Аркантуса, хотя они были точно не его размера.
Сэм могла бы подумать, что они принадлежат другой женщине, если бы рубашки и брюки не были так похожи на те, что она обычно носила. Сэм сняла одну из рубашек и прижала к телу, она казалась подходящего размера.
«Ты также первая, кто знает мое настоящее имя, и первая, кто спал в моей постели. И ты будешь единственной.»
Он купил все это для нее? Собирался ли он с самого начала привести ее сюда?
От этой мысли в груди разлилось тепло.
Она положила рубашки на место и отошла от шкафа, сделав шаг в сторону, и обратила внимание на ящики.
В одном лежало то, что, по-видимому, было набедренными повязками Арка, в другом было полно украшений, включая больше серег, чем она видела в своей жизни. Весь нижний ряд был заполнен методично расставленными наборами гладких металлических пластинок. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, что пластины были альтернативными покрытиями для его кибернетических конечностей, каждый комплект имел уникальный цвет и отделку.
