А мы с товаришем не любим фискалов!
Толпа вокруг услышав слово "фискал" обернулась к ним.
— Фискал? Кто произнес слово фискал?
— Где фискал?
— Да вон там два типа в дальнем углу ведут себя подозрительно.
Юба и Децебал поняв, что дело приобретает для них нехороший оборот, поднялись со своих мест.
— Так покажите нам свои лица!
— Капюшоны прочь!
Нубиец сдернул свой и гневно схватил раба за плечи.
— Ты хотел видеть мои глаза?! Смотри!!!
— Да это же гладиатор из Помпеи! Я его знаю. Это Юба!
Децебал снял свой капюшон и оторвал руки своего друга от раба.
— Оставь его, друг. Он не знал с кем говорит. Пусть уходит, — произнес дак.
— А это Децебал! Он сегодня выступал на аране!
— И отлично выступал! Привет тебе мужественный гладиатор!
На этом инцидент был исчерпан, и многие захотели выпить вместе с даком и долгое время произносли заздравные речи….
…На следующий день зрелища были еще более грандиозными. Гладиаторы вышли приветствовать публику. Стройная колона в сверкающих на солнце шлемах, с пышными страусовыми перьями, чеканя шаг двигалась вдоль трибун.
— Io, bona Saturnflia! Io, bona Saturnflia!
Децебал шел в первых рядах. Сегодня ему предстоит выступать в числе первых. Толпа его уже запомнила и встречала аплодисментами. Он был известен под именем Дак.
Десять капуанцев против десяти воспитанников помпеянской гладиаторской школы. Ланиста Акциан получил за участие своих 30 бойцов в играх 100 тысяч сестерциев. Но он рассчитывал, что получит много больше в будушем, поэтому волновался за своих бойцов. Особенно за Децебала. Ему они были нужы живыми и не свободными. А по правилам игр ланиста мог забрать своих бойцов обратно, только если они не погбли и народ не даровал им свободу.
Капуцанцы были неплохими бойцами и сразу же взяли верх над противниками. Трое галлов из молодых гладиаторов Акциана сразу же пали под мечами противников. Децебал никогда бы не выставил их для участия в боях. Слишком сырыми были эти бойцы. А могли бы стать отличными гладиаторами в будущем.
— Бейте их! Рубите! — орали местные зрители, поддерживая своих бойцов.
— Покажите на что способны, бойцы капуанской школы!
— Отличное начало!
— Куда помпеянцам до наших бойцов!
Децебал взял руководство боем на себя. Товарищи беспрекословно ему подчинились. Он взмахнул мечом и закричал:
— Всем сплотиться! Спиной к спине! Выставляйте щиты!
Сам он бросился в бой, чтобы дать своим товарищам эту возможность. Первого капуанца он уложил обманным движением. Клинок его пронзил горло противника. Юба отлично обучил его этому приему.
Затем последовало отражение удара меча щитом и новая атака! Окровавленный клинок, пробив бронзовый нагрудник, с хрустом вошел в тело очередной жертвы. Противник пал на песок, обливаясь кровью. Эти двое уже не выживут.
Теперь можно и отступить. Враги прегрупировывались для новой атаки. Дак укрылся среди своих товарищей и произнес:
— Теперь наши шансы практически равны.
Искусство дакийца восхитило зрителей, и они выразили своё восхищение, даже те, кто ставил против помпеянцев.
— Отлично, Дак!
— Молодец!
— Покажи нам еще несколько красивых ударов!
— Убей этих разленившихся мулов, что разучились держать мечи!
— Новый ланиста воспитал отличного бойца!
— Лев из Дакии!
Капуцанцы сплотились и стали действовать осторожно. Теперь они не бросались в бой очертя головы, думая поразить толпу своим высоким искусством и сорвать венки популярности.
Но это уже не могло им помочь. Децебал, поняв, что враг колеблется решил действовать незамедлительно.
Он бросился вперед! Вон там, среди воинов врага он увидел самое слабое звено! Этот воин не устоит пред его напором!
Дак ударил его щитом и тот упал на песок. Строй врага был разорван, и можно было атаковать следующего! Меч дака поразал противника ударом в шею. Фонтан горячей крови обдал дака и перья на его шлеме из белых стали красными!
Новая атака и новый труп! Товарищи Децебала даже ничего не успели предпринять и топтались на месте, когда их предводитель убивал врагов. Через несколько минут он убил еще троих и весь цирк гудел от рукоплесканий. Многие зрители вскочили со своих мест и стоя смотрели на арену.
Децебал закричал:
— Чего стоите?! В бой! Довершите нашу победу!
Помпеянцы, по его сигналу, пошли в атаку и быстро добили своих противников. Победа была полная.
— Io, bona Saturnflia! Io, bona Saturnflia!
— Лев из Дакии! Лев из Дакии!
И снова крики, гул, аплодисменты. От этого у Децебала шумело в ушах, и немного кружилась голова. Напряжение боя его измотало, если учесть тот факт, что именно он прикончил большинство противников.
Рев диких зверей из вивария, разъяренных запахом человеческого пота и крови примешивался к этой какофонии звуков. Львы и леопарды яростно рвались из своих клеток. Но что была их ярость в сравнении с яростью зрителей, наслаждавшихся кровавой потехой.
Децебал вернулся в камеру и прислушался к реву толпы. Они встречали новых бойцов.
Дак зашагал по камере и едва не опрокинул Кирна. Грек сидел на полу и бормотал себе под нос молитву, слегка покачиваясь, как это делал Давид.
— Ты не так хорошо сегодня сражался, Кирн. Из общения с Давидом ты взял не самое лучшее. Дрался бы как он, и никто из наших, бы не погиб.
— Все в руках господа, — бормотал грек. — На все его воля.
Децебал внимательно посмотрел на товарища. Неужели Давид действительно окончательно перетянул этого грека в свою веру? Если так, то в его вере действительно нечто есть. Хотя сам Децебал никогда её не примет.
— Насколько я знаю не твой бог, а именно я спас нас сегодня.
— Ты? — Кирн поднял голову. — Бог решает, сколько нам жить. Просто наш час еще не пришел. Но сейчас я молюсь за Давида и за Юбу. Пусть они оба останутся живы.
— За них можешь не беспокоиться. Никто не сможет им противостоять из капуанцев.
— Поэтому рапорядители игр и приняли иное решение. Они станут сражаться друг с другом.
— Что? — не поверил дак. — Что ты сказал? Кто станет сражаться друг с другом?
— А ты что не читал объявлений на сегодняшний день?
— Нет.
— Юба и Давид составили пятую пару.
— Я не видел ни того, ни другого сегодня. Я не мог узнать. Что же будет?!
— Нужно молиться, чтобы они выжили. Этим я и занимаюсь.
"Великий Замолвсис! — обратился дак к богу своих отцов. — Замолвсис! Помоги моим друзьям. Пусть они останутся живы! Я принесу тебе богатые жертвы. Дай только нам вырваться из этих душных казарм, где нас принуждают убивать друг друга!"
