Процесс творческой связи выявляет новую, полезную информацию применительно к любому изменению в жизни. Экспрессивные искусства сами по себе не являются решением, они лишь представляют собой процесс, который помогает нам разобраться практически в любой ситуации. Такое понимание создает внутренний баланс и ощущение перспективы в повседневной жизни.
Работа в условиях больницы
Я до сих пор не могу понять, почему в больницах не уделяется больше внимания тому, чтобы использовать искусство для исцеления. Например, стимулирование пациентов к применению простых материалов для ведения художественного дневника служило бы достижению сразу нескольких целей: помогало бы отвлечься от неприятных моментов пребывания в больнице, стимулировало творчество и действительно оказывало помощь в процессе физического исцеления.
Многие врачи, зная о целительной силе воображения, просят своих пациентов ежедневно концентрироваться в медитации на той части тела, которая нуждается в лечении. Экспрессивные искусства усиливают этот тип воображения; причем это весьма действенное и одновременно приятное занятие. Экспрессивные искусства помогают освободиться от напряжения и преобразовать тревогу и страх в более контролируемые эмоциональные состояния.
Ведение художественного дневника пациентом, прикованным к постели, представляется мне естественным способом усилить эффективность самоисцеления. Всего лишь несколько фломастеров или цветных карандашей и блокнот в сочетании с несколькими простыми инструкциями способны помочь многим пациентам быстрее вернуться домой. Те, кто располагает свободным временем, могут использовать художественный журнал для выражения страха, тревоги, скуки и фрустрации. Или представить в воображении ту часть тела, которая нуждается в исцелении, а затем нарисовать ее как уже исцеленную. Образ может быть не столько анатомически реалистичным, сколько символичным.
Создание ментальных и художественных образов целостного, здорового тела действительно ускоряет процесс восстановления. Вот выдержка из рукописи танцедвигательного терапевта Терезы Бензви, использовавшей искусство и образы, чтобы помочь самой себе подготовиться к хирургической операции по эндопротезированию тазобедренного сустава и восстановиться после нее. Будучи автором и групповым фасилитатором, она была также участницей нашего тренинга по использованию экспрессивных искусств.
За две недели до операции я стала вести художественный дневник. Я легко могла взять его с собой в больницу, а потом продолжить вести дома. Моими инструментами были небольшой набор акварельных красок, набор фломастеров и блокнот формата А4. Начиная рисовать, я не думала о чем-то конкретном. Я непроизвольно выбирала цвет и то место на бумаге, с которого начинала рисовать, позволяя проявиться тому, что появится, подобно тому как рисуют каракули. В большинстве случаев я не могла интерпретировать результаты. Иногда рисунок мне нравился, иногда нет.
Самое важное, что в ходе этого процесса что-то происходило во мне. Словно я делала глубокий вдох, а все мои части, существовавшие до этого времени отдельно друг от друга, вставали на свое место. Меня накрывало чувство умиротворения и удовлетворения, как если бы шел процесс исцеления{46}.
Тереза также применяла свои широкие познания в области движения, чтобы помочь себе набраться сил с помощью до– и послеоперационных упражнений. Наряду с движением и визуальным искусством она занималась и свободным письмом. Визуальное искусство, письмо и ее мечты помогли ей осознать, что она боялась приближающейся операции. Признание этого страха, выражение его в письме и проговаривание с друзьями помогли уменьшить ее тревогу и смятение. Она сформулировала это таким образом:
Моя амбивалентность и противоречивые чувства тоже нашли выражение в моей экспрессивной художественной работе и моих записях.
…Не могу отличить чудовищ от облаков, облака от островов, острова от моря, море от неба, небо от гор, горы от волн, волны от ряби, рябь от чудищ. Потерялась во всем этом; то ли это намокшее крутящееся солнце, то ли что-то кровоточащее-прекрасное-потерянное-движущееся-танцующее-текущее{47}.
В больнице Тереза продолжила писать и рисовать, слушать музыку и использовать движение, насколько это было возможно до и после операции. Она чувствовала, что эти методы способствовали поддержанию положительного отношения к операции и своему телу, помогая ему исцелиться.
Работа с преградами для творчества
Художники, музыканты, танцоры и писатели считают экспрессивные искусства мощным средством для высвобождения спонтанности и креативности. Оно может быть особенно ценным в периоды, когда человек чувствует себя заблокированным, застрявшим или опустошенным, когда у него складывается ощущение, что он выдохся, что в нем больше нет творчества, что он попал в колею и за долгие годы его живопись (хореография, музыка, манера писать) не изменилась.
Несмотря на то что столкновение лицом к лицу с пустотой представляет собой часть жизни художника, это бывает пугающим. Многие художники склонны думать, что они сами должны найти выход из этой пустоты. Однако при проведении нашей человекоцентрированной программы по экспрессивным искусствам мы были свидетелями проявлений исключительной креативности: художники продвигались в области своего бессознательного, чтобы обнаружить новый материал для художественной экспрессии. Один из самых полезных экспериментов состоит в том, чтобы станцевать, нарисовать или описать застой, как это отражено в следующей выдержке из студенческой работы.
Самое сильное переживание в процессе творческой связи я испытала, когда изобразила в танце три нарисованных мной рисунка, называвшиеся «Застой», «Творчество» и «Открытие». Когда нам было предложено выполнить это упражнение, я даже представить себе не могла, каково это будет – может, как первое погружение в воду с аквалангом с лодки, когда просто делаешь это в надежде, что все будет хорошо! …Я представляла, что, когда попытаюсь станцевать «Застой», мне просто нечего будет делать. Сначала я чувствовала себя несколько неловко и думала, что делать дальше. Я особенно не двигалась, поскольку изображала застой. Через несколько мгновений я забыла все свои мысли и просто чувствовала «застой». Я была поражена тем, насколько сильно его ощущала и как легко было просто давать этому ощущению быть и плыть вместе с ним. Когда я двигалась, изображая остальные рисунки, то чувствовала, как мое тело рассказывает мне о том, чего я не знала. По окончании меня переполнило чувство удивления, было хорошо и интересно. И очень свободно. Совсем не важно, как я все себе представляла… Я поняла, что в танце «Застой» я обнаружила очень много энергии, а затем я ее высвободила в последующих танцах. Мне никогда и в голову не приходило, что в застое может быть столько энергии и интенсивности. Я всегда думала о нем как о безжизненности и неподвижности{48}.
Художники могут выполнять любое из упражнений, описанных в этой книге, дома или с друзьями, чтобы найти новые пути для своей спонтанности. Художники и певцы зачастую замечают, что, двигаясь, они начинают чувствовать себя свободнее. Музыкантам покажется стимулирующим визуальное искусство. Писатели обнаружат, что на их креативность влияет как движение, так и визуальные искусства.
Музыканты, художники, писатели, танцоры, артисты знают, что вдохновение приходит из глубинного внутреннего источника. Для того чтобы быть творчески продуктивным, необходимо иметь доступ к этому источнику. Способность воспринимать окружающий мир с помощью всех чувств – слуха, обоняния, осязания, зрения и вкуса – помогает нам использовать самих себя в качестве этого внутреннего источника. Осознанное и поочередное фокусирование внимания на каждом из телесных ощущений пробуждает их. Музыка, движение, голос и визуальные искусства тоже будят эти чувства.
Правое полушарие головного мозга имеет наиважнейшее значение для креативности. Экспрессивные искусства стимулируют работу этой части мозга. Спонтанность, непосредственность, интуиция и способность терпимо относиться к неопределенности – все это составляющие творческого процесса, которые стимулируются творческой связью.
Одна учительница, работавшая в области специального образования, никак не могла продвинуться в написании магистерской диссертации. Она работала над сложными философскими вопросами, такими как: какова моя философия образования? Существует ли наилучший способ обучения, в который я по-настоящему верю? Как мое преподавание связано с тем, во что я верю? Я предложила ей использовать экспрессивные искусства, чтобы посмотреть, помогут ли они в написании диссертации. В первой главе своей работы она описала этот процесс:
