жалкая затея выражать чувства через живопись. Тут уж и правда только вздыхать.
Яньлань как могла тянула их с третьим принцем время.
Когда они только спустились в мир смертных, его высочество велел Тянь Бу присматривать за Яньлань. Поразмыслив, верная помощница поняла, что от нее требуется следить за каждым шагом принцессы и разгадывать все мысли, на эти шаги ее подвигшие. Так что Тянь Бу определенно было нужно разобраться, что за картину принесла сегодня Яньлань и что написал на ней третий принц.
Служанка пробормотала:
– Тогда за столом господину прислуживала сестрица Лань Вэнь.
В обязанности этой девушки вменялось растирать тушь и подавать третьему принцу кисть.
Лань Вэнь пришла к Тянь Бу со сложным выражением лица и поведала предысторию:
– Принцесса Яньлань… разложила на столе картину и попросила молодого господина оставить надпись. На той картине, «Бабочка, влюбленная в цветок», изображена бабочка, порхающая в цветах бегонии большой. Великое творение господина Лю Цзылуна, выдающегося деятеля былой династии. Молодой господин помолчал и уточнил, какую надпись она хочет. Принцесса многозначительно сказала, что ей будет достаточно, если молодой господин напишет свое толкование к картине.
Тянь Бу покивала:
– «Бабочка, влюбленная в цветок». Если уж подбирать подходящее к этим словам толкование, разумеется, стоит написать что-то из любовного, например: «Как пестрая бабочка любит бегоний цветы!»
Про себя Тянь Бу восхитилась Яньлань – намек более чем прозрачный. С учетом нрава принцессы страшно представить, как долго она набиралась смелости для этого шага. Верная помощница не могла не узнать, что же написал третий принц, раз принцессу так это покоробило. Она и спросила:
– Ты как раз прислуживала рядом, видела, что начертал господин?
Лань Вэнь с серьезным видом уточнила:
– Я ведь говорила, что на картине изображены цветы бегонии большой?
Тянь Бу не поняла, к чему она клонит.
– Говорила, но при чем здесь бегонии?
Лань Вэнь безо всякого выражения произнесла:
– «Бегония большая, многолетнее растение, цветет в месяц орхидей, плодоносит в месяц османтуса[73]. Клубни используются как лекарство, лечат кашель с кровью. Помогает при носовых кровотечениях и ушибах».
Помощница третьего принца медленно мрачнела.
– Только не говори…
Она замолчала.
Лань Вэнь помолчала тоже.
– Ну, – с явной неохотой подытожила наконец она, – именно так молодой господин и истолковал картину. – А после добавила: – Поэтому принцесса и расстроилась.
У Тянь Бу не было слов.
Поскольку Тянь Бу вернулась, естественно, забота о третьем принце легла на нее. Как раз когда она подала обоим господам чай, игра подходила к концу. Принцесса засобиралась уходить, и помощница заметила, что в выражении ее лица, казалось, мелькнул намек на разочарование.
Тянь Бу посочувствовала Яньлань. Если после такой обиды она еще может смотреть на их третьего принца с подобной одержимостью и сожалением на лице, значит, ее чувства к нему на самом деле глубоки. Тянь Бу представила, что случилось бы, если бы она нарушила запрет и, полюбив кого-то, решила выразить свою любовь через картину, а ее возлюбленный написал на драгоценном полотне, мол, бегония ну просто замечательное средство от кровохарканья. Пожалуй, Небесному владыке не пришлось бы утруждаться, чтобы палкой разогнать селезня с уткой[74]. Она взялась бы за палку сама.
По крайней мере, Тянь Бу точно разорвала бы с этим умником все отношения.
После ухода Яньлань Лянь Сун как бы между прочим поставил на доску камень, вновь разгромив противника, и протянул руку за чаем. Воспользовавшись случаем, Тянь Бу подала господину чашку и доложила:
– Сегодня я ходила в лавку шелка за тканями и встретила госпожу Юй.
Лянь Сун как раз отпил чаю. На миг он замер, но промолчал, явно ожидая продолжения.
Тянь Бу приступила к неспешному рассказу:
– Госпожа Юй узнала меня и попросила передать вам кое-что. Она говорит, что ее заперли на десять дней и только сегодня выпустили. Она приглашает вас в винный дом. Вы редко бывали в имении в эти дни, о чем я честно предупредила госпожу Юй. Она сказала, что в таком случае все зависит от вас. Через несколько дней она отправится навестить бабушку, так что, скорее всего, ее не будет в городе, но в следующие четыре-пять дней она ничем не занята. Если у вашего высочества найдется время, она просит вас прислать кого-нибудь в зал Человеколюбия и покоя на улице Хэнбо с сообщением.
Третий принц поставил чашку и слегка нахмурился, неизвестно о чем размышляя. Наконец он спросил очень странным тоном:
– Она была в женских одеждах?
По мнению Тянь Бу, это был вообще вопрос не по делу.
В мыслях верной помощницы мелькнуло: разве госпожа Юй не девушка? Девушка в женском платье – это что-то удивительное? Она замялась, прежде чем задать третьему принцу встречный вопрос:
– А госпоже Юй… не следует носить женское?
Лянь Сун подпер висок рукой, разглядывая доску. В правой руке он держал черный камешек, будто раздумывая, опустить его или нет. Его высочество спокойно ответил:
– Просто я не видел ее в женских одеждах. – Поставив камешек, он спросил вновь: – И как?
Тянь Бу, которая временами скромно находила себя довольно чутким и понимающим собеседником, в разговорах с третьим принцем всегда ощущала, как эта уверенность трещит по швам. Поскольку она не поняла, о чем он спрашивает, то осторожно переспросила:
– Какое именно «как» вы… имеете в виду?
Принц посмотрел на нее.
– Как она смотрится в женских одеждах?
Помощница припомнила.
– Красиво.
Лянь Сун перевел взгляд на доску.
– А еще?
Тянь Бу припомнила еще.
– Платье белое. Очень красивое.
Мужчина поднял голову от доски, с ничего не значащим лицом взял книгу с полки рядом и бросил перед ней.
– Забери и внимательно прочти.
Тянь Бу наклонила голову и прочитала название на обложке: «Искусство говорить».
– А… что насчет встречи с госпожой Юй? – неуверенно спросила небожительница, взяв книгу. Вот это умение и выделяло Тянь Бу из ряда таких же верных служанок. Третий принц уже и отклонился от темы до невозможности, но она все еще помнила об исходной цели.
Лянь Сун не спешил отвечать.
Тянь Бу вспомнила красавиц, некогда окружавших принца, пытаясь найти в памяти, как же он отвечал на подобные приглашения. Но по впечатлениям, казалось, никто никогда и никуда его не приглашал. Какой бы благородной ни была небесная дева, когда она сопровождала его высочество, то обычно просто ждала во дворце Изначального предела, пока у третьего принца не появится время и он не соизволит ее позвать. Некоторые богини прибегали к уловкам, например, сказывались больными, чтобы обманом завлечь к себе третьего принца и снискать его
