тех миров.
– Сквозь бездну донесся зов. Странное заклинание, что ломает врата. – Фейри посмотрел на каждого из нас с глубоко укоренившейся ненавистью. – Такого призыва не проводили уже много веков.
Ари прислонился плечом к стене, выгнув бровь.
– Значит, тебя призвали. Зачем же ты полез на сушу?
– Когда наследника Вечности забрали, другого выбора и не осталось. – Морской фейри говорил резко, словно неизбывная ярость вечно бурлила в нем.
– И по какой же причине им мог понадобиться твой наследник?
– Дело в его крови.
К шее прилил лихорадочный жар.
– Почему?
– Согласно тому уродливому существу, что заперло меня здесь, какая-то провидица сказала женщине, исполнившей призыв, что мальчик может очищать кровь. – Морской фейри злобно осклабился. – Это так, он может. Или может отравить. Будем надеяться, что он сделает последнее.
– А ты знаешь, кто та женщина, что призвала тебя? – Мне казалось, я уже знаю. Сигурд упоминал, что Бритта Грим посещала провидцев. Если Ивар был болен, то, может, она пустилась на поиски лекарства против его надвигающейся смерти.
– Я ее не видел, – сказал морской фейри. – Меня туда доставила ее стража. Она говорила со мной лишь в темноте. Оправдания и мольбы, чтобы я присоединился к их мелким дрязгам здесь, на суше. Я ни разу ей не ответил и вскоре оказался здесь.
– Как твой мальчик исцеляет других?
– Капли его крови вкупе с его песней могут очистить отравленную кровь. Но если он смолчит, его кровь сама по себе станет ядом. – Когда он заговорил о более темной стороне способностей сына, на лице его явно проступили первые признаки гордости за своего ребенка.
– Как-то странно, что короля одолели столь быстро, – сказал Ари, на его лице отчетливо читалось недоверие.
Красные глаза фейри предостерегающе вспыхнули.
– Какая-то тварь в белых одеждах сделала что-то с моим чертовым рассудком.
Грудь сдавило. Белые одежды могли означать светоносца.
– Ты чувствовал надежду?
Пусть ему и не хотелось говорить, но морской фейри кивнул:
– Словно вся власть и сокровища суши станут моими. Вероятно, это мой величайший провал.
– Это все его силы, – прошептала я. – Он играет на наших глубочайших надеждах.
– Это не отменяет того факта, что моего наследника станут использовать как личного целителя для какой-то земной души, предназначенной богам, до тех пор, пока он не высохнет.
Каждый вдох наполнял комнату, чуть сильнее сужая стены. Теперь я должна была пресечь те козни, что задумал Черный Дворец. Я была королевой. Я была Кривом. Я заключу сделку.
– Мы спасем твоего мальчика, – сказала я. Морской фейри вгляделся в меня, когда я подошла к нему ближе. Его кожа была немытой и пахла старой кровью и потом. Я не отшатнулась. Не отвела взгляд. – Но ты должен поклясться, что никогда не присоединишься к нашим врагам. Ты будешь помогать нам, в чем бы ни пришлось, пока мы не найдем твоего мальчика.
– И какова моя награда?
– Твой чертов сын, – рявкнул Ари.
Морской фейри мучительно долго взвешивал свои варианты. Он словно раздумывал, а не бросить ли сына, чтобы вместо этого спасти свою шею?
Слишком много ударов сердца спустя он вздохнул:
– Ладно. В мальчике чистая кровь морской ведьмы и морского фейри. Он слишком ценен.
Все боги, он и впрямь раздумывал, а не бросить ли мальчика.
Грохот в коридоре привлек наше внимание к двери.
– А, старушка Ходаг вернулась, – сказала София. – Вот наш шанс, мои новые друзья.
– Как нам сбежать от тролля? – спросила Элиза.
– О, мы не будем от нее убегать. – София протяжно выдохнула. – Мы будем с ней торговаться. Предложим ей что-то поценнее – и она нас отпустит. Народ троллей интересует редкая магия. Если на то пошло, то у нас есть воровка памяти… – Она указала на меня, затем посмотрела на мужчину. – И морской фейри из древних сказаний. Уверена, мы сможем прийти к согласию.
Шаркающие шаги глухо разнеслись по тоннелю, а затем тишину разорвал глубокий, сиплый вой.
– Сладенькая! – Тяжелые, быстрые шаги заполнили собой ту комнату, где держали Софию. – Где ж ты есть?
– Медленно убивает и все же любит меня. – София поднесла согнутую ладонь ко рту. – Здесь, Ходаг.
Не больше десяти вдохов спустя в комнатушку ворвалась грузная женщина. Ее уши были толще, чем у фейри, а кончики – слишком тяжелые, чтобы стоять торчком. Оба уха свисали вниз и покачивались с каждым глубоким вдохом. Кожа троллихи была толстой, медного цвета. У нее были короткие черные волосы, дыбом стоящие на голове, а ее щеки пятнали крупные, блестящие слезы.
– Ох, ох, сладенькая. – Ходаг метнулась к Софии. Хульдра крякнула, когда троллиха обхватила своими мускулистыми ручищами ее талию и стиснула ее. – Думала, я тя потеряла.
София потрепала Ходаг по голове:
– Довольно слез, а вот кое-что обсудить нам нужно.
Троллиха отстранилась, вытирая мокрые щеки. Казалось, она только заметила, что в ее тоннеле появились новые лица.
– Кто они?
– Новые друзья для твоих комнат, – сказала София.
Ходаг не выглядела довольной.
София расправила свои костлявые плечи, противопоставляя себя широкой кожистой троллихе.
– Нам нужно обсудить сложившееся положение, Ходаг.
– Я тя сберегла.
– Да, ты вытащила нас из подземелий, и мы очень благодарны. Но, – продолжала она, – давно пора кое-что поменять. Мы хотим подняться на поверхность и присоединиться к нашей наземной родне.
Троллиха яростно замотала головой, ее уши в процессе шлепали по щекам.
– Нет. Я тя здесь берегла. На земле идут гадкие битвы, сладенькая.
– Да, мы слышали. Но ты должна нас отпустить.
Тревога Ходаг улеглась, а в ее темных глазах мелькнуло озорство.
– Что лучше?
– Она спрашивает, что мы можем ей предложить, чтобы убедить использовать свои чары и открыть двери, – сказала София. – Ходаг, тебя будут почитать при Верховном Дворе, если ты нас освободишь.
Славная троллиха превратилась в пронырливое создание. Ее большой нос сморщился.
– Сладкая, сладенькая. Уже работаю с Верховным Двором.
София нахмурилась:
– Ходаг, ты встала на сторону Верховной Королевы и оставила своего принцика гнить?
– Сладкий принцик жив. – Троллиха пожала плечами. – Что лучше?
– У меня кое-что есть. – Я подошла к Ходаг. Женщина-тролль была на голову ниже меня, но если придется мериться силой, то она вполне могла переломать мне все кости. – Отпусти нас, Ходаг, и ты получишь корзину украденных воспоминаний.
Уши троллихи дернулись, словно она внимательно слушала.
– Это тебя интересует? – спросила я.
Ходаг кивнула:
– Я краду воспоминания своими чарами.
– Хватит глазеть на нее, морской фейри. – Рычание Ари привлекло мое внимание.
Морской фейри не отрывал от меня своих красных глаз, явно заинтригованный моими словами.
Пусть попробует забрать мой месмер. Я была раздражена, вымотана и достаточно времени провела вдали от мужа, чтобы ощущать отчетливое желание убить всякого, кто может попытаться еще дольше не давать мне воссоединиться с ним.
– Я складывала эти воспоминания во флаконы, – продолжала я. – Они в нашем убежище неподалеку отсюда. Кто из твоих собратьев-троллей может сказать, что у него есть добытые магией воспоминания?
Ходаг пару вдохов обдумывала мои условия, затем кивнула:
– Ты можешь принести мне королевскую цацку и флаконы?
– Королевскую цацку?
София прочистила горло:
– Возможно, тебе будет полезно это узнать. Народ троллей может вынюхивать
