внешности девушки, то тот, кто захочет увидеть в ней красавицу, определенно найдёт те гармоничные, яркие черты лица, особенности фигуры, которые смогут показать, что Наташа — симпатичная девушка. Но и тот, кто будет стремиться увидеть в Ростовцевой лишь серую мышку, вряд ли разочаруется.
Невысокая, ни блондинка, ни брюнетка, русоволосая без выдающихся форм, но которых достаточно, чтобы в ней определить сформированную девушку, Наташа по большей мере молчала, пассивно принимая ухаживания Артурчика. Видимо, один из наших водителей на что-то рассчитывал, подливая в бокал девчонке шампанское.
— Эдик, а ты баню натопил? — спросила Наташа, с каждым бокалом всё более становившаяся более разговорчивой.
Наверное, тот закон, когда с каждой выпитой рюмкой для мужчины сидящая с ним за одним столом женщина становится всё привлекательнее, работает несколько иначе. Не потому, что он пьянеет, и вот у него уже и глаза в кучку. Скорее, дело в том, что женщина становится развязнее. Вот только Наташе это отнюдь не шло.
Все посмотрели на Ростовцеву, не скрывая своих ухмылок. Наверное, парни уже нарисовали в своих головах картину древнеримской оргии. Не думаю, правда, чтобы нечто подобное могло произойти, но пофантазировать всегда хочется Хотя хочу со всей ответственностью заметить: в СССР секс есть. Проверено опытным путем!
— Наташка, а что, париться будем прямо голые? — похотливо заметил Артурчик.
— А что, есть чего стесняться? — заметила Лида.
Она словно ринулась в бой, как фехтовальщик — наверное, опасавшаяся потерять своё амплуа самой отвязной девчонки.
— Мне? Мне — только чем хвастаться! — горделиво выпалил Артурчик, и все рассмеялись.
— Вот видите, — заметил я. — Не обязательно пить водку, чтобы быть хвастуном и сильно преувеличивать. Как свои размеры, так и свои способности.
Все рассмеялись, Артур же ожёг меня взглядом, но уже скоро и сам улыбался. Типичная компания молодых людей, у которых уже завершается стадия полового созревания, но которые так до конца и не понимают, что с этим делать. Дети с развитыми половыми признаками. Наверное, поэтому самые большие глупости и совершаются при вступлении во взрослую жизнь.
Мясо было действительно сочным и вкусным. Может, только слегка переборщили в маринаде с уксусом. Почему-то в этом времени уксусом шашлык обязательно сдабривают. Может, потому, что хорошее мясо сложно купить и нужно запах забить? Не в этом случае, тут стол богатый — но привычка, видно, неистребима.
Я также поехал на дачу к Эдику не с пустыми руками. Мама расстаралась и привезла мне много разной еды, одному мне было столько не осилить, а тем более — в жару. Холодильники в общежитии хоть и были, но один на целых два этажа. Как несложно догадаться, там не было пустого места, да и хранить тот же венгерский сервелат или курицу в общедоступном холодильнике — означает сразу с ними попрощаться. Коллективизм по отношению к холодильнику работал безотказно, всё ушло бы на съедение студентам. И это уже даже перестали считать воровством, просто будто само собой по ночам кое-что из холодильника пропадало. Домовой старается, не иначе.
— Так что насчёт бани? — уже завёлся Артурчик и никак не хотел отказываться от идеи.
— Сейчас растоплю, — сказал Эдик, но сам не спешил покидать стол.
— Ну прямо-таки, не голые же? — испуганно спросила Вера, но в ответ все промолчали.
Парни надеялись, Наташа сама идею подкинула, Лида же не может отступать.
Чтобы избежать неудобных разговоров, все набросились на мясо, при этом, даже забывая подливать в рюмки алкоголь. На общем фоне выделялся только Матвей. Он всё ещё сидел хмурым, буравя меня взглядом и украдкой поглядывая на Лиду.
— Анекдот! — выкрикнул, будто опомнился, Сашко. — Приходит муж домой, а там любовник в постели с его женой. Дура, кричит муж. Там в магазине апельсины выкинули, а ты здесь глупостями занимаешься!
Все заржали, аки кони. Но для современности анекдот даже для меня звучит смешно и интересно. Вокруг дефицита много крутится юмора, на злобу дня. Тут или ворчать, или уж насмешничать.
— Разговаривают два приятеля, — решил и я оставаться в центре внимания. — Когда будет коммунизм, я куплю себе самолёт. Зачем тебе самолёт? — спрашивает его приятель. Ну как, зачем? — отвечает тот. Вдруг в Москве будут давать финскую колбасу? Я раз — сел и полетел.
И вновь смех и обиженный взгляд Лиды. Я-то отсел от неё, а моё место занял Эдик, который так и норовит поухаживать за дамой, но Лида холодно принимала знаки внимания хозяина дачи.
Насколько же был прав Александр Сергеевич Пушкин, когда писал что женщина начинает ценить мужчину, когда мужчина перестаёт ценить женщину. Это, конечно, не вполне по тексту, но истина, бесспорно. Насколько я понимаю, моего реципиента Лида не особо жаловала, ей нравилось ухаживание Чубайсова, доставляло удовольствие то, как он терялся в её присутствии. А теперь девочка понимает, что её игрушка уплывает к другой. Значит, другая девчонка рассмотрела ещё что-то во мне, чего не удалось увидеть Лиде? Вот и приглядывается девушка, выискивая всё хорошее, отвергая всё плохое, и досадует. Хотя, как по мне, единственное, что есть во мне ужасного, что я рыжий и что Чубайсов. Ненавижу рыжих! Вот с тех пор, как я всё узнал про Чубайсова, рыжих и ненавижу!
Я решил несколько закрепить результат создания образа коммуникабельного парня. И пока Сашко набирал воздуха для провозглашения нового анекдота, я снова выдал свой.
— Штирлиц шёл по улицам Берлина и нарвался на сук. Шли бы вы, девочки, домой, — сказал Штирлиц. — Война всё-таки.
И вновь смех, и вновь задумчивые взгляды от девчонок. И всё-таки в это время живут впечатлительные, не избалованные юмором люди, даже в таких развязных компаниях, в которой я сейчас нахожусь. Кстати, об этом можно поразмышлять. Я любил всякие передачи юмористические, причем… даже как-то и стыдно признаваться, но юмористов девяностых смотрел, не говоря уже о КВН или других передачах. Немало шуток помню, приходилось запоминать, чтобы стараться быть весельчаком в редких компаниях.
— Всё — я курить и топить баню, — сказал Эдик, вставая из-за стола. — Лидок, составишь мне компанию?
— Ага, нашёл себе подносчицу дров? Или ты рассчитывал затянуть меня в баню и воспользоваться моей девичьей наивностью? — колко отвечала Лида. — Вон, Матвеева возьми, он парень рослый и сильный.
Даже такой немудрёный комплимент возымел действие на парня. Матвеев поспешил встать и тут же вызвался помогать Эдуарду. Какой же он всё-таки великовозрастный ребёнок!
Правда,
