от этого я же не стану любить тебя меньше, — говорил я, несколько привирая.
Не могу я сказать, что люблю эту женщину. Всё же она не моя мать, хотя мне её по-человечески и жалко, да и некоторым уважением уже проникся. По крайней мере, уже за то, что она искренне любит всю свою семью. Но вот то, что разбаловали они с Аркадием и моего реципиента, и брата — это упущение. Розгами, видать, воспитывать надо было! Может, и страну тогда не развалил бы рыжий сынок.
Хорошо ещё, что появился я.
— Я возьму сумки, которые ты принесла. Сделаю это только потому, что не хочу, чтобы ты через полгорода обратно тащила такую тяжесть. Но больше приносить мне еду не надо. И денег тоже не возьму. Если я самостоятельный, то должен быть самостоятельным во всём, — говорил я, в этот раз не жалея нервов женщины.
Я понимаю её порыв, но что же выйдет? Я не стал прогибаться под отца и хлопнул дверью, а потом тайком принимаю от матери еду и деньги, как какой-то паразит? Эгоистично это и подленько.
Насыщенный выдался денёк на разные эмоции. Есть несколько способов, как отвлечь себя и просто не думать не о том, что сегодня то и дело вокруг меня плачут женщины — а тут ещё и свадьба замаячила.
Некоторые считают, что достаточно приложиться к алкоголю, чтобы забыть все невзгоды и переживания. В прошлой жизни я пробовал — фигня способ, или же я был слеплен из другого теста.
Так что сейчас я, выбирая способ гораздо лучше, быстро поднялся к себе в блок, переоделся в спортивное и отправился на стадион. Через десять минут моих занятий ко мне присоединилось человек пятнадцать, и я и парней с девчонками погонял, и сам дал себе неплохую нагрузку. В общем, отвёл душу.
Глава 13
Утром, когда я уже успел и сделать зарядку, и принять душ, подъехали две машины: зелёного цвета двадцать четвёртая «Волга» и «Жигули» первой модели.
— Тольчик, а ты один? Без Тани? Правильное решение, — первой из машины вышла Лида.
Следом за ней, к моему удивлению, вышел Матвеев. Это тот самый Матвей, с которым я уже имел не самое приятное общение — за Лидку он тогда на амбразуру и лез, только совершенно зря.
— МОЯ девушка сегодня не может поехать, — сказал я, направляясь к машинам в сторону Матвея.
Я знал, что Матвеев тоже из непростой семьи, что он пробовал учиться в нашем институте. Но то ли связи не помогли закончить, то ли родители оказались достаточно принципиальными, что не стали помогать своему отпрыску закончить обучение. Хотя в Советском Союзе было и такое понятие, как незаконченное высшее. Вот оно у Матвея и должно быть. А там уже насколько хватит возможностей у родителей, чтобы пристроить своего хулиганистого сынка в приличное местечко даже и без диплома.
— Ну, будет тебе, Тольчик. Я на место Тани не претендую! — радостно сказала Лида, беря меня под руку. — Я на свое место претензии имею.
Матвей попытался обжечь меня волчьим взглядом, получил в ответ не менее обжигающий взгляд. Причем зыркнула и Лида, после чего парню оставалось только сесть обратно в «копейку», на пассажирское место.
— Ты не обращай внимания на Матвеева, мы с ним всё выяснили. Не без твоей помощи, между прочим, — сказала Лида, плотнее охватывая мою руку. — Навалял ты ему, вправил мозги. Ну и хорошо.
Я выдернул свою руку из цепкого хвата девушки, замечая, как на крыльцо общежития вышла Никитична и осуждающе покачала головой. Думает, наверное, что я поехал изменять Тане.
— Эдик едет? — спросил я, не замечая парня.
Если Эдуарда Мальцева не будет, то и мне, по сути, нечего делать на таких пикниках. Это ведь Мальцев про кружок заикнулся, к нему я и ехал, чтобы расспросить и узнать хоть что-то, что поможет понять текущую ситуацию по «Ленинградскому экономическому кружку».
— А он уже на месте. Мы ж к нему на дачу и едем. Места в машине мало, примешь красивую девушку на колени? Товарища своего, одногруппницу, — спрашивала Лида, когда мы подходили к зелёной «Волге».
— Красивую девушку на колени возьму. А где она? — сказал я, усмехаясь.
— Кто — она? — спросила Лида, не до конца поняв моего сарказма.
Поморщилась, покуксилась и поняла, что я сказал.
— Хам ты, Тольчик, — обиженно сказала Лида, усаживаясь на заднее сиденье.
Места здесь на самом-то деле хватало, я был четвёртым пассажиром, не считая водителя. А «Волга» внутри просторная, вместительная.
— Чубайсов, а сумку свою мог бы положить в багажник, — пробурчал недовольного вида водитель.
— Так встал бы, открыл багажник, — сказал я.
— Да пошли вы все! — проявлял явное недовольство тот.
— Я рад тебя видеть, Артурчик, — сказал я, узнав в парне своего одногруппника.
С Артуром Тарасовым мы писали диплом у одного научного руководителя. Так что я был с ним знаком чуть ли не ближе, чем с Лидой.
— Поехали уже! — сказала Лида, беря на себя роль командирши.
Недовольство Артура я понял сразу, как только мы отъехали от общежития. Сидящий спереди парень, которого я в первый раз видел, зажимал между ног открытую бутылку шампанского, того самого, советского. Водитель ещё больше занервничал, когда эта бутылка стала ходить по кругу, а девчонки, Лида и Вера, которые сидели со мной на заднем сидении, изрядно прикладывались к горлышку.
— Зануда! — сказала Лида, когда я отказался от эстафеты с шампанским.
— Кто-то же должен оставаться адекватным! — ответил я.
— Ой! — на очередном глотке машину немного подбросило на яме, и часть шампанского вылилась на мастерку Лиды.
Она передала бутылку, быстро расстегнула молнию, выгибаясь, чтобы снять мастерку.
— И что, не поможешь? — спросила Лида, обращаясь ко мне. — Девушка просит ее раздеть, а он сидит… Ну и мужчины пошли…
Я молча взял за рукав и помог стянуть олимпийку с надписью «СССР» с идеального тела Лиды. Кажется, она вообще специально облилась — теперь Лида была в обтягивающей майке и без лифа.
Отец Тани что-то говорил о том, что нас с ней ждёт испытание долгим расставанием? Хоть и слишком жёсткий и горячий, а умный человек. Что-то мне подсказывает, что испытания уже начинаются. Нужно придумать, как отбиться от Лиды. Ну и при этом
