сходим в него, поубиваем монстров. Мне сейчас сильно надо в кого-нибудь пострелять. Да и вообще, надо заняться твоим обучением и прокачкой не только как ферала, но и как обладателя Взора Творца. Есть там несколько фишек…
Разлом оказался обычным, без лишней сложности и заселен животными, единственное чем смущал, так своими размерами. Мы оказались в большом лесу, деревья которого весьма напоминая обычные, тем не менее страдали гигантизмом. Первая же ель, которую я увидел была в обхвате метров пять, не меньше.
— Они все такие? — восторженно спросил ферал, принюхиваясь к лесу.
— Разные бывают, — пожал я плечами и коротко дал небольшую справку о Разломах и тому, что может попасться внутри. — Так что будь осторожен, в каждый соваться с дуру не стоит. У меня есть навык, который можно частично использовать как проверочный, но это не всегда правильно работает.
— А что за навык?
— Он говорит и показывает путь, на котором я могу умереть, — я туманно объяснил поиск пути и занялся более насущными делами. — Закрывать разлом не будем, хрен его знает где тут что искать, пройдемся, может постреляем в кого, заработаем тебе боливаров и осколков для первой прокачки. Может эльки выпадут.
По идее я мог бы просто дать Шаку и того и другого, благо первый навык не стоил дорого, а у меня в запасе весьма прилично всего. Но я решил, что это будет неправильно — халява развращает, пусть добывает сам, тем более что такой амбал может и сам справиться с задачей. Пару часов мы шлялись по лесу, оставляя метки на деревьях. Шак шел впереди, и его звериное чутье действовало тут просто безупречно, оставляя меня далеко позади. Он двигался почти бесшумно для своей массы, постоянно принюхиваясь и замирая.
Пару раз он резко останавливал меня, вскидывая руку. В первый раз я не сразу понял, в чем дело, пока не разглядел в густом подлеске здоровенную шестилапую тварь, похожую на рысь. Она смотрела на нас желтыми глазами, не мигая, а потом просто скользнула в тень. Шак лишь фыркнул ей вслед.
Чуть позже он засек еще кого-то. Мы забрались на невысокий скальный уступ, а внизу, ломая кусты, промчался тощий ящер на двух ногах, с длинной, как у крокодила, пастью. Он явно искал жратву, но на нас даже не посмотрел.
Если бы я не сдерживал парня, он бы давно сорвался за кем-то из них, от восторга высунув язык. Но в итоге мы подстрелили всего одну мышь, размером с приличную собаку. Точнее, Шак ее подстрелил, заметив шевеление в траве за сотню метров.
И все же это был один из тех Разломов, которые не несут особой опасности — вся живность сторонилась нас, и хищники, хоть и шарились вокруг, нападать явно не спешили. Никаких настоящих монстров тут не было.
— Не будем далеко заходить, — решил я, завязывая с этим Разломом. — Пусть стоит. Навестишь его позже, с теми, кто тоже получит взгляд творца.
— Хорошо, — согласился ферал, подчиняясь с явной неохотой. — Но прокачки не будет?
— Нет, мы никого не убили, и за это ничего не получили, — ответил я, и мы направились к выходу, а я задумался что показать фералу такого, чтобы отвлечь. Ничего в голову, кроме Проекции не приходило. Но так шутить лучше в более безопасном месте. Сорвет парню крышечку и хрен я его тут догоню, чтобы объяснить, как вернуться в прежнее состояние.
— А теперь смотри, — после того как мы выбрались из Разлома, ждать чего-то я не стал и принялся за обучение. — Оружие мне сдай.
— Зачем? — удивился Шак. — Ты мне не доверяешь?
— Доверяю. Но лучше сдай. Я верну.
В итоге я забрал револьверы, карабин и четыре ножа, рассованных по одежде ферала, после чего я коротко объяснил, как нужно действовать чтобы вступить в Проекцию и отошел на пару шагов.
— Начинай.
Шак, закрыл глаза, постоял так с минуту, а потом открыл и сразу же упал на все четыре конечности.
— Что это! — испуганно произнес он.
— Успокойся, ты не умрешь. Этот вид позволяет смотреть со стороны, — пояснил я. — Ничего страшного, только непривычно.
Но ферал меня особо и не слушал, неожиданно он сорвался с места и как был на четырех лапах, так и удрал, прыгая по камням с ловкостью циркача. А судя по его восторженным и довольным крикам, это ему очень понравилось.
— Хрена себе пошутил, — смотря на то, как Шак творит разные трюки и с какой скоростью он передвигается среди камней я, мягко говоря, был удивлен.
— Я вижу! Так далеко вижу! — орал восторженный амбал, не прекращая прыгать и вытворять трюки, которые с его габаритами казались мне совершенно невыполнимыми. С такими мышцами спину-то почесать проблематично, не то, что скакать как заяц. Или лис?
Минут сорок Шаку понадобилось, чтобы наиграться и успокоиться. Он практически приполз, выжатый как лимон — вся шерсть скомкалась и была мокрой. Но на его лице светилось неподдельное детское счастье. Да уж, хотел подколоть, а вышло совсем наоборот. Это еще раз показывает, насколько же мы далеки по мышлению друг от друга.
— Наигрался? — спросил я его, и он устало кивнул, после чего я объяснил ему как вернуться назад.
— Это очень полезная вещь, — сказал Шак, и мы начали устраиваться на ночевку.
Барьер я использовал, чтобы перегородить вход в пещеру, в которой мы и решили остаться до утра, а завтра выдвигаться обратно — пора было возвращаться в Кадию.
— Ага, отличная штука, — согласился я. — Не раз выручала меня, когда тут шлялась орда гоблинов.
— Спасибо, Мастер, — довольный Шак завалился на свою лежанку и моментально вырубился.
Меня тоже вымотал сегодняшний день, поэтому я не заснул, а просто провалился в темноту. И лучше бы я не засыпал.
Этот сон не принес мне ничего хорошего. Почти сразу навалилось ощущение… неправильности. Липкий страх и густое, вязкое одиночество. Будто меня заперли в черной комнате без окон и дверей.
Множество вспышек, как битое стекло, мелькало вокруг. Я пытался сосредоточиться, ухватить хоть одну, но они расплывались. Смазанные картинки, которые мозг не мог собрать во что-то целое. Было больно на них смотреть.
Непрерывный поток начал застывать, замедляться. Одна из картин остановилась и замерла прямо передо мной.
Это был Город. Я смотрел на него с высоты, как птица. Обычный Город, похожий на сотни других. Но он был мертв. Ни одного движения. Все улицы, как трещины, сходились к центру. А там, в самом центре, было нечто. Черное, живое. Оно пульсировало. Из этой черноты вырывались щупальца, тонкие и быстрые. Они
