появляются у прохода, осторожно заходят в пещеру и щурясь пытаются рассмотреть хоть что-то внутри. Для них я был просто тенью.
— Я знаю, что ты тут! — снова крикнул Скор, а потом обернулся и раздраженно крикнул на одного из наемников. — Март, зажги факел, какого хера стоишь! Темно же как в заднице рогача!
Наемник завозился и достал небольшой предмет из-за спины. Щелкнул пальцами, демонстрируя своё не самое бесполезное умение и темноту пещеры осветил неровный свет факела.
Но меня мало волновал вопрос наемников — для них достаточно будет одной пули, а вот церковники чего ждут? Почему не заходят внутрь? Или они уже в курсе про барьер и мои возможности? Не помню лиц тех гадов у Степного, но не удивлюсь если тут те же самые.
Наемники аккуратно двинулись вперед, но оружие пока не доставали. Через несколько шагов они зашли в барьер и сначала даже не заметили разложенных пластинок, но фокусник с факелом все же заметил дальние и остановился, привлекая внимание Скора.
— Скор, там что-то лежит на полу, — он указал пальцем на пластинки и тут я уже решил показаться, чтобы они не сломали мою импровизированную защиту.
— Решил проверить значит? — я вышел прямо из темноты, отключая скрытность.
Наверное, со стороны это выглядело так, будто я появился прямо из воздуха, так что наемники даже вздрогнули.
— Да, — Скор нервно тряхнул головой, отбрасывая неожиданный испуг. — Тут же пусто, чего возишься? Я хотел бы с тобой поболтать, узнать новости, может чего интересного расскажешь. Сам же говорил, что много путешествуешь по разным интересным местам. А я заскучал чего-то, дай думаю, ты мне и расскажешь, пару веселых историй, а?
Я взглянул на наемника с откровенным скепсисом — актер из него никудышный. Его желание выманить меня на открытое пространство, перло из эмоций скопом и легко читалось. Ага, вышел и пошел рассказывать наружу, где церковники без проблем меня схватят.
Уверенности, что я с ними справлюсь, тем более в открытом бою у меня не было, да и откуда ей быть, если считать драку у барьера, то у меня были настолько комфортные условия, что только диву даешься. Я и перестрелял их там как куропаток.
— И для этого ты пришел сам и привел с собой еще двоих? — мой вопрос был риторическим, но тон дал наемнику понять, что я знаю зачем они здесь. — Сказки на ночь послушать?
Скор вздохнул, прекращая играть, посуровел и спокойно сказал, положа руки на оружие на поясе и выставляя одну ногу вперед, типично так, по-ковбойски:
— Слушай, давай ты просто мирно отдашь нам свои пушки и выйдешь, тебя хотят видеть серьезные люди. Нас трое, ты один. Не надо суеты, ладно? Они просто хотят поговорить, парень. Имя твоё заинтересовало. Давай?
— Это которые носят желтые круги на груди? — предположил я. — Скор, я знаю куда шел, и ваш знак видел, вы наемники, парни удачи, которые работают на деньги церковников. Знаешь, я не хочу выходить, мне и тут хорошо, прохладно, собеседники опять же хорошие. Могу и тут рассказать пару историй.
— Всё, всё. — Скор поднял руки, показывая открытые ладони, но по-прежнему был серьезен и сосредоточен. — Не хочешь, не надо. Мы парни взрослые, решения других… ну, почему бы и нет. Мы тогда пойдем, это я тебе говорю, чтобы ты расслабился, а то мои руки то вот, а стреля…
— Ага, не буду, — кивнул я, невежливо его перебивая и активировал барьер.
Чувство что Скор заговаривает мне зубы появилось практически сразу, как он начал говорить, а по тому, как переглядывались двое стоящих рядом его бойцов, я прямо унюхал подставу, когда на слово-триггер, они начнут лупасить в меня в три ствола. И Скор окажется не при чем, и убьют меня быстро и без всяких проблем. В общем, ковбои местные к успеху шли, но не прокатило.
Энергии в барьере было ровно столько, чтобы убить наемников сразу — мелочиться я не собирался и давать им шанс прийти в себя тоже. Единственное, что они успели это закричать, но спустя пару секунд все было кончено. Конечно же крики были слышны и снаружи пещеры, а потом оттуда послышались выстрелы — один за другим, практически очередью и из чего-то крупного.
Я лишь улыбнулся — Шак вступил в дело и нужно было использовать его отвлекающий маневр с умом, потому что именно его плотный огонь загонял сейчас церковников, стоящих недалеко от входа, внутрь пещеры. Всю пятерку.
И не воспользоваться этим шансом я не мог. Достал три пластинки и как только вся пятерка лысых оказалась внутри пещеры, практически залпом отправил все три, накачанных под завязку огненных шара в их сторону. Но не в самих церковников, а в потолок и стены — пещера была естественной топкой, и эффект превзошел все мои ожидания.
Грохот от трех одновременных взрывов в замкнутом пространстве был такой силы, что, казалось, сама гора содрогнулась. Узкий проход превратился в адский котел. Воздух мгновенно раскалился, а со стен и потолка дождем посыпались острые, как бритва, осколки камня. Яркая вспышка на мгновение ослепила, а следом волной хлынул удушливый, горячий дым, смешанный с каменной пылью.
Церковники, только что вбежавшие в пещеру, оказались в самом эпицентре. Я видел сквозь магическое зрение и Всевидящий Глаз, как вокруг каждого из них вспыхнули индивидуальные щиты, принимая на себя основной удар. Но щиты спасали от прямого огня, а не от оглушительной контузии, не от раскаленного воздуха, впивающегося в легкие с каждым вдохом, и не от сотен каменных игл, что секлись по их защите, просаживая ресурс.
Их строй был сломлен. Двоих отбросило взрывной волной обратно ко входу, прямо под возможный огонь Шака. Троих оставшихся разбросало по проходу, они были дезориентированы, оглушены и пытались прийти в себя в облаке едкой пыли.
Это был мой шанс.
Не раздумывая, я активировал амулеты скорости и скрытности, становясь быстрой невидимой смертью и рванул в их сторону, словно призрак, в самое сердце хаоса. Время для меня замедлилось, превращая панику врагов в медленный, неуклюжий танец смерти.
Первый церковник, что был ближе ко мне, как раз поднимался на колени, мотая головой. Он даже не успел поднять взгляд. Выстрел из револьвера с эфиритовым патроном ударил его в плечо. Магический щит, и так работавший на пределе, не смог помешать пуле, блокирующей магию. Сияние вокруг церковника тут же погасло, а в его глазах отразилось чистое недоумение. Следующая пуля, уже из ауриста, выпущенная из второго револьвера, разнесла ему голову на кровавые ошметки.
Двое других,
