входе в парк через дорогу, как они забыли про еду. В яркую арку парка стекались десятки людей.
— Похоже, тебе придётся ещё подождать, Костя, — криво улыбнулся Толик, наблюдая за ними.
— Вон там киоск с мороженым, — кивнул я в сторону яркой вывески в форме пломбира. — Тебе взять?
— Давай, — не стал он отказываться. — Вафельный рожок, если есть с шоколадной крошкой. А я тебя тогда угощу в другой раз.
Я кивнул и пошёл занимать очередь, чтобы взять мороженное, которым хотел заглушить голод. Купил не только на Толика, но и про девушек не забыл.
— Приятного аппетита! — с улыбкой пожелала мне дородная женщина, выглянув в окошко.
— Благодарю! И вам хорошего вечера, уважаемая!
Нести сразу четыре порции было не очень удобно, руки сразу оказались заняты. И судя по тому, что я увидел, мне они как раз могли вскоре понадобиться.
Испуганная Аврора вцепилась в руку подруги, а та в свою очередь держалась чуть позади Анатолия, вставшего грудью перед группой парней. Того, с кем мой сосед общался на повышенных тонах я сначала не узнал, а потом вспомнил — это были парни из Санкт-Петербурга, с которыми нам довелось побывать на занятии Абрамова.
— … вам же сказали, девушки не желают вашего общества, господа, — услышал я обрывок фразы и сухой голос Толика.
— Я бы предпочёл общаться с ними, а не с тобой, Иванов, — скривился знакомый мне Сергей Дроздов. Именно он тогда подходил к Альбине перед занятием. — Не мешай, а то…
— Добрый вечер, господа, — обведя тяжёлым взглядом разом посмурневших однокурсников, холодно произнес я. — Я что-то пропустил? Не посвятите меня в курс вашей беседы?
Глава 17
— Демидов… — прошептал один из парней, шумно сглотнув.
— Это же он уложил ветерана на арене с одного удара? — тихо добавил другой.
Стоило Дроздову увидеть меня и услышать разговор своих друзей, или кто они ему там, его лицо скривилось. А вот Толик посмотрел на меня с немым вопросом и немного с осуждением. В его взгляде так и читалось: «Просто в баре посидели, да? Ну-ну…»
— Не лезь не в своё дело, Демидов, — бросил Дроздов на меня неприязненный взгляд. — Мы сами с Ивановым разберёмся.
Я заметил клочок порванной ткани на воротнике соседа и, игнорируя слова столичного аристократа, протянул девушкам мороженное.
— Не подержите?
— А-а… Ага, давай… — быстро кивнула Альбина. Она держалась лучше подруги, а вот Аврора была очень напугана.
Встав рядом с Толиком, свёл руки на груди и чуть наклонил голову набок.
— Ну и? С чего всё началось?
— Они подошли, пока ты покупал мороженое, — сухо ответил напряжённый Толик. — Сначала всё было нормально, но потом вот этот, — кивок в сторону Дроздова. — Полез к Альбине. Когда та оттолкнула, начал оскорблять.
— Я — аристократ. Она — простолюдинка, — с усмешкой парировал столичный, а я уловил от него лёгкий флёр алкоголя. — Пусть радуется, что я её заметил. Так что, Демидов, не вмешивайся и отойди. Сейчас мы с Ивановым поговорим, а потом с девушками. Про тебя, конечно, слухи разные ходят, но я в них не верю, и если хочешь уйти целым — отойди в сторону!
Толик посмурнел ещё сильнее и сжал кулаки. Альбина за моей спиной уже хотела разразиться тирадой и высказать Дроздову всё, что о нем думала, но я бросил на неё тяжёлый взгляд через плечо и та вздрогнула, промолчав.
— В целом, всё ясно, — коротко кивнул я и стал закатывать рукава лёгкой кофты. — Ты молодец, Толик, не подвёл и честь дамы защитил. А вам, господа, нужно понять два момента.
— Это каких же? — нагло ухмыльнулся Дроздов, подавшись вперёд.
— Первое: вы не в столице и поступили на службу в Корпус, а значит ваш статус ничего не значит, — как маленькому объяснил я. — И второе: манеры — лицо мужчины.
Напряжение мгновенно достигло точки кипения, а события понеслись вскачь. Дроздов матерно выругался и замахнулся кулаком. Я подался вперёд, зашёл сбоку и смачным подзатыльником отправил парня ближе к Толику. С ним пусть сосед разбирается, раз уж вызвался защитить честь дамы. Аврора взвизгнула, а Альбина со словами «вот вам, говнюки!», бросила мороженое в троицу, что пришла вместе с Сергеем.
Один из них, полноватый и прыщавый юноша, воззвал к дару и из его плеч появились водяные щупальца. Всего три штуки, первоступенчатый аркан. С него я начал первым, пинком отправляя его друга в сторону третьего.
— Кха… — выдохнул парень, согнувшись от удара в живот и свалившись на колени. Контроля дара ему не хватило и щупальца исчезли, пропитав его одежду водой. — Н-не честно…
Чтобы справится с остальной парочкой, от которых тоже разило алкоголем, мне хватило меньше десяти секунд. Подсечка одному, в довесок схватил его за лицо и осторожно приложил затылком о брусчатку. Третий запутался в собственных ногах, упал на задницу и стал от меня отползать, размахивая рукой:
— Не подходи! — в его голосе звучали страх и паника. — Стой!
Я махнул на него рукой и обернулся к Толику, сцепившемуся с Дроздовым. Они катались по земле, осыпая друг друга ударами. Девушки должны были отойти подальше, но не тут-то было. Альбина набросилась на столичного сзади, пинала его ногами, материла и помогала моему соседу.
Аврора не знала куда себя деть, держала в руках мороженое и с большими от шока глазами смотрела на этот сюр. Люди, привлечённые неожиданно начавшейся дракой прыснули в стороны, кто-то достал телефоны, а к нам уже спешило несколько охранников, проталкивающихся сквозь толпу.
— У-урод, ты хоть знаешь, кто… — завопил Дроздов, получив в нос. Слабенько, сломать его Толик не смог, но очень чувствительно.
Увидев, что помимо охраны к месту детской драки ещё и наряд жандармов бежал, посвистывая в свистки, я понял — надо заканчивать. Оказаться в застенках Смоленского отдела жандармерии не особо хотелось. Неизвестно, какие проблемы потом в Корпусе могли начаться, а они по-любому будут.
Дроздову каким-то образов удалось сбросить с себя прицепившегося, как клещ, Толика. Одежда столичного была порвана, взлохмаченные волосы, из носа и разбитой губы капала кровь, а глаза налились яростью. Энергия вокруг него пошла вразнос, кулак охватило синее пламя, а целью была Альбина. Девушка успела только вскрикнуть, закрывшись руками. Мой сосед
