которая по праву ее заслужила своими ратными деяниями.
Глава 33
О том, как и почему король Англии принял титул и герб короля Франции и стал именовать себя королем Франции и Англии
Так распались эти две великие армии, и воины обеих сторон полагали, что именно они уходят с честью. Герцог Брабантский и другие сеньоры-союзники разъехались по своим краям, а благородный король Эдуард прибыл со своими англичанами во Фландрию и нашел очень радушный прием у Якоба ван Артевельде и всех фламандцев[332]. Тогда же король пообещал им, что в том случае, если они согласятся оказать ему поддержку и помощь в его войне, он поможет им отвоевать Лилль, Дуэ и другие добрые города, которые король Франции у них отнял и удерживал силой к большому ущербу для справедливости. По этому поводу фламандцы устроили очень обстоятельное совещание и обсуждение. Ведь прежде, под угрозой выплаты огромной денежной суммы в папскую казну, они обязались не воевать с королем Франции и никоим образом не вредить ему. В конце концов они решили, что если король Англии соизволит назвать себя в своих грамотах королем Франции, то они станут почитать его за короля Франции и повиноваться ему как верховному сеньору, от которого графство Фландрское должно держаться в качестве вассального владения, и помогут ему всеми силами завоевать королевство Французское. Благодаря этой уловке они думали уклониться от выплаты денежного штрафа, поскольку король Эдуард, как государь Франции, сам их от этого освободил бы.
Когда благородный король Эдуард услышал это предложение, то почувствовал большую нужду в добром совете и наставлении. Ему казалось слишком большим и тяжелым делом — взять герб и титул правителя той страны, в которой он еще ничего не завоевал, и он не знал, сумеет ли это сделать. Но, с другой стороны, ему очень не хотелось отвергать предложение фламандцев, поскольку они могли помочь ему сильнее, чем все остальные люди на свете.
Наконец, обдумав, просчитав и взвесив все «за» и «против», король велел изобразить на четырехпольном щите герб Франции рядом с гербом Англии и стал отныне и впредь именовать себя королем Франции и Англии. Выполнив эти просьбы фламандцев, он, как король Франции, освободил их от всех обязательств, которые они имели перед прежним королем[333]. Благодаря этому, фламандцы помогали королю Эдуарду все то время, пока Якоб ван Артевельде находился у власти. Далее вы об этом еще услышите.
Сразу после этих событий король Эдуард оставил по сю сторону моря графа Солсбери и графа Саффолка с сотней латников, дабы они воевали с жителями Лилля и Дуэ[334], а сам отплыл в Англию — посмотреть, как его люди держатся против шотландцев[335].
Граф Солсбери и граф Саффолк вместе с некоторыми фламандцами совершили много набегов на гарнизон французского короля, находившийся в Лилле. В конце концов они заехали так далеко между рвами, что не смогли вовремя отступить[336]. Потеряв многих своих людей, два названных графа были взяты в плен и доставлены в парижскую темницу Шатле[337]. Они провели там целых два года и даже более. Я не могу точно описать все другие приключения и конные рейды, а потому обойду их молчанием.
Глава 34
О том, как король Франции велел опустошить земли графства Эно вокруг города Шимэ
Король Франции велел очень усилить свой морской флот, маршалом и начальником которого был мессир Юг Киере[338]. Вместе с другим моряком, по имени Барбевер[339], он совершил много нападений на англичан и часто грабил и захватывал красивые корабли, которые были созданы по тщательно выверенному замыслу, согласно повелению английского короля. Средь них был один, называвшийся «Кристофль», а также многие другие, полные шерсти и прочих товаров, посылавшихся королем Англии за море. По этому поводу французы весьма бурно радовались и устраивали очень большие торжества с напыщенными речами, тем самым еще сильнее выводя англичан из себя.
Кроме того, на протяжении всей зимы, которая была в год Милости 1339, король Франции велел вести жестокую войну против мессира Жана д'Эно, поскольку его владения находились ближе к границам Франции, чем владения всех других союзников английского короля. Повинуясь приказу, мессир Жан де Бемон[340], мессир Жан де Ла-Бов[341], мессир Жан де Море[342] и другие рыцари и оруженосцы, численностью от четырехсот до пятисот, совершили множество набегов на владения мессира Жана д'Эно. При этом они не раз выжигали окрестности города Шимэ, и в частности Байлё, Робеши, Салль, Виллер, Фруа-Шапель и все другие селения до самой Шимейской виселицы. Граф Гильом был тогда очень сильно рассержен потому, что мессир Жан д'Эно был его дядей, а также потому, что тот держал от него земли Шимэ и Бомон в качестве фьефов. В итоге, граф послал вызов королю Франции и примкнул к союзникам английского короля. Впоследствии он сильнее, чем кто бы то ни было, противился и мешал заключению мирного соглашения.
Объявив войну королю Франции, граф собрал большое войско, вторгся в Тьераш, а затем захватил и сжег дотла Обантон[343], который был самым большим и богатым городом в той области.
Так прошла вся зима. Французы тревожили набегами земли эннюерцев и чинили там пожары, а эннюерцы, со своей стороны, платили им тем же. В то же время французские и английские моряки охотились друг за другом на море.
Когда настал Великий Пост[344], король Франции велел собрать большое войско в Като-Камбрези. Однажды утром эти латники вторглись в Эно и сожгли добрый город Бавэ-Ла-Шоссе и множество деревень в его округе[345]. Затем они двинулись назад, но во время их отступления был захвачен в плен мессир Бусико[346] — один из самых отважных французских рыцарей.
Когда миновала Пасха[347], король Филипп Французский созвал всех своих воинов и послал своего старшего сына мессира Жана вместе с коннетаблем[348] и маршалом[349] опустошить и обратить в пепелище графство Эно. Они проследовали через Вермандуа и, придя в окрестности Камбре, осадили замок Эскодёвр[350], принадлежавший мессиру Жану д'Эно. Гарнизон замка был столь хорошо снабжен припасами, что мог просидеть в осаде целый год. У него было два капитана, которые считались очень верными и весьма храбрыми людьми. Одним из них был мессир Жерар де Сассеньи[351], а другим — Робер Мармион. И еще там было довольно добрых воинов. Я
