Читаем без скачивания «Родного неба милый свет...» - Виктор Афанасьев

Жуковский упорно напоминает читателям, что нет лучше блага для человека, чем свобода.

Впоследствии, когда владелец «Вестника Европы» Попов, как не дворянин, не имевший права на владение крепостными, купил три крестьянских семьи на имя Жуковского, Жуковский поспешил выкупить их у Попова и дать им вольную. В 1823 году Жуковский отпустил на свободу своего слугу Максима Акулова с женой и двумя детьми. Жуковский помог выкупиться из крепостного состояния великому украинскому поэту Тарасу Шевченко, русскому поэту-самоучке Ивану Сибирякову, художнику Кириллу Горбунову (автору известного портрета Лермонтова, 1841 года). Во время празднования годовщины окончания войны 1812–1814 годов — в 1839 году — Жуковский продал свою карету, чтобы выкупить на волю одного музыканта, которого барин хотел сделать поваром. Поэт откликался на каждую просьбу о помощи и в отношении к крепостному праву с молодых лет стоял на твердой позиции неприятия.

Конечно, главное внимание в журнале отдавалось литературным вопросам. Жуковский написал и напечатал в нем большую статью о первом издании басен Ивана Крылова, вышедшем в 1808 году. Здесь он впервые высказал свой взгляд на искусство стихотворного перевода. Отметив, что у Крылова почти все басни переводные (как и у Дмитриева и у самого Жуковского), Жуковский пишет: «Мы позволяем себе утверждать, что Крылов может быть причислен к переводчикам искусным, и потому точно заслуживает имя стихотворца оригинального». «Не опасаясь никакого возражения, — говорит он, — мы позволяем себе утверждать решительно, что подражатель стихотворец может быть автором оригинальным, хотя бы он не написал и ничего собственного. Переводчик в прозе есть раб; переводчик в стихах — соперник». Это положение стало сутью переводческой деятельности самого Жуковского.[82]

НОМЕР ЖУРНАЛА «ВЕСТНИК ЕВРОПЫ» С ПЕРВОЙ ПУБЛИКАЦИЕЙ БАЛЛАДЫ В. А. ЖУКОВСКОГО «ЛЮДМИЛА».

В статье «О критике» Жуковский продолжает развивать свои взгляды на литературный процесс. Он пишет о «злоупотреблении» критикой, когда «самозванцев-критиков» и их «смешные ссоры с писателями можно по справедливости сравнить с сражением петухов», о том, что подлинная критика «есть суждение, основанное на правилах образованного вкуса, беспристрастное и свободное. Вы читаете поэму, смотрите на картину, слушаете сонату — чувствуете удовольствие или неудовольствие — вот вкус; разбираете причину того и другого — вот критика… Само собой разумеется, что критиков, близких к моему идеалу, весьма немного: Лонгины, Джонсоны, Аддисоны, Лагарпы, Лессинги так же редки, как и великие художники». Эти взгляды Жуковского были для тех времен новы и смелы.

Жуковский отмечает, что русская литература «едва начинает выходить из младенчества; оригинальных русских книг весьма немного (я говорю об одних хороших), зато какое множество переводов, и каких переводов!.. они совершенно никакого не имеют сходства с подлинниками. Что же делать критику посреди сего наводнения, в котором утопает наша несчастная словесность?.. Но я и рассматривание вздорных книг, за неимением хороших, не почитаю совсем бесполезным. Критика может быть у нас приготовлением к хорошему».

И он сам начал это дело «приготовления к хорошему», критикуя в обстоятельных статьях переводные драмы и повести, пытаясь осмыслить и литературный опыт восемнадцатого столетия — например, в большом критическом очерке «О сатире и сатирах Кантемира».

Жуковский печатал в своем журнале стихи Дмитриева, Василия Пушкина, Гнедича, Батюшкова, Державина, Дениса Давыдова, Вяземского. Вяземский впервые выступил в печати именно в «Вестнике Европы» — в первый год редактирования его Жуковским; это было «Послание к Жуковскому в деревню». Вяземский — спустя много лет — вспоминал, что в этом послании «почти все стихи сплошь и целиком переделаны Жуковским».

МАРГАРИТА-ЖОЗЕФИНА ВЕММЕР (ЖОРЖ). Французская актриса. Рисунок.

«Московские записки», которые Жуковский вел в журнале в 1809 году, посвящены гастролям в Москве великой французской актрисы Жорж.[83] Она играла во французских трагедиях, на французском языке. Жуковский внимательно проанализировал ее игру в «Федре» Расина, «Дидоне» Помпиньяна и «Семирамиде» Вольтера.

И еще Жуковский печатал в «Вестнике Европы» свои статьи на темы нравственности — например, «Кто истинно добрый и счастливый человек?» («Один тот, кто способен наслаждаться семейственною жизнию», — говорит автор). Александр Тургенев писал ему: «Ты опять свел на счастие семейственной жизни и опять пленяешься и пленяешь других изображением того счастья, которое должно быть заключено в мирной обители. В награду за столько прекрасных описаний семейственной жизни я желаю тебе от всего сердца, чтобы ты насладился сим счастьем и нашел около себя вселенную со всеми ее радостями».

5

Однако, несмотря на то, что журнал Жуковского был необыкновенно читаем, начальство — особенно университетское — было недовольно: слишком много в нем было, на их взгляд, «свободных» мнений. Да и отдел политики начальству не нравился, несмотря на то что и сам Жуковский свел его почти до сухой хроники. Пошли доносы в Петербург, возникли цензурные препятствия… Начались толки о том, что в редакторы снова хотят взять Каченовского, при котором «Вестник» хотя и сделался довольно бесцветен, но — для удовольствия начальства — был тих и благоприличен. С другой стороны владелец журнала не хотел терять доходов и не соглашался на отставку Жуковского. Все это вылилось в компромиссное решение: в мае 1809 года Каченовский стал вторым редактором, а с августа того же года был закрыт отдел политики.

…1 апреля 1809 года Маше Протасовой исполнилось шестнадцать лет. Жуковский, живя в Москве, посылал ей книги, альбомы для записей и рисования; однажды послал коробку английских акварельных красок, и Екатерина Афанасьевна ответила ему: «Нельзя изъяснить, как Маша утешилась твоим письмом и ларчиком с красками. Она даже вышла из своего характера и при гостях прыгала и визжала от радости». Ко дню рождения Маши в 1808 году Жуковский напечатал в «Вестнике Европы» свою сказку «Три сестры (видение Минваны)», где он дал Маше романтическое имя Минваны. В апреле 1809 года Жуковский напечатал в журнале «Песню», перевод известной тогда французской песни д'Эглантина[84] — правда, без посвящения Маше, но с датой: «Апреля 1».

Иногда Жуковский поручал Маше и Саше перевести что-нибудь для журнала. Сестры Юшковы тоже делали кое-какие переводы для «Вестника Европы». Вот пишет Жуковскому Анюта Юшкова: «Очень рада, что работа моя вам понравилась. Каких ей еще почестей надобно, когда она в руках ваших… Во вторник пошлю к вам еще главу своего перевода».

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});