Он пристально посмотрел на нее.
— Если я поеду в Лондон, Мария поедет со мной.
Друзья его неловко переглядывались. Обнадеженная тем, что он по-прежнему хочет видеть ее рядом, но мучимая сомнениями, Мария сказала:
— Даже в качестве вашей невесты я не могу ехать в Лондон с вами и еще с тремя мужчинами. Приехав в Лондон, вы неизбежно окажетесь в центре внимания. Мое присутствие вызовет скандал.
— Тогда мы обвенчаемся до отъезда. Гретна-Грин недалеко отсюда.
Мария резко втянула воздух, сердце ее болезненно сжалось.
— Я очень хочу выйти за вас, но все равно скажу: жениться вам слишком рано. Вам необходимо время, чтобы заново открыть для себя то, что составляло вашу жизнь до встречи со мной.
Возражение Марии было поддержано его друзьями.
— Венчание в Гретна-Грин станет скандалом и не лучшим образом отразится на репутации мисс Кларк, — сказал Мастерсон. — Общество решит, что она соблазнила тебя и принудила к браку.
Иронически приподнятая бровь Рэндалла говорила о его убеждении в том, что все именно так и обстоит. Но озвучивать свое мнение он не стал.
Адам нахмурился:
— Я никоим образом не хочу порочить репутацию мисс Кларк, но в Лондон я без нее не поеду.
— Скандала не будет, если мисс Кларк приедет в Лондон с компаньонкой, — сказал Керкленд. — У вас есть подруга, которая могла бы поехать с нами, мисс Кларк? Если нет, я мог бы заехать в Глазго и попросить об этой услуге мою тетю или кузину, хотя не могу гарантировать, что та дама, которую я найду, составит вам приятную компанию.
Адам задумался.
— Миссис Бэнкрофт не могла бы поехать? Как ты думаешь, Мария? Она вдова и женщина вполне разумная. К тому же она твоя подруга.
Мария подумала над его предложением. Ей отчаянно хотелось быть рядом с Адамом, и почти так же сильно ей хотелось выяснить все относительно гибели отца, что можно было сделать лишь в Лондоне.
— Я не знаю, согласится ли Джулия, но я ее попрошу. Однако даже если она согласится меня сопровождать, едва ли она захочет бывать в обществе. Лондонский высший свет она ненавидит.
— В Лондоне с респектабельными компаньонками проблем не будет, — заверил ее Мастерсон. — Взять, к примеру, тетю Адама Джорджиану и его кузину Дженни. Вам нужна компаньонка лишь для того, чтобы без скандала доехать до Лондона.
— Все согласны с таким планом? — спросил Адам. Услышав подтверждение, он сказал: — Ну что же, Лондон — значит, Лондон.
В голосе его не чувствовалось энтузиазма, но он понимал неизбежность предстоящего путешествия. Избегать Лондона до бесконечности он не мог, и он слишком сильно нуждался в присутствии рядом Марии.
Пришли две горничные, чтобы убрать со стола. Следом за ними трусила Бхану, улизнувшая из кухни. Адам щелкнул пальцами, и собака бросилась к нему, тряся ушами.
— У тебя настоящий талант находить уродливых собак, Эштон, — с улыбкой, что было для него редкостью, сказал Рэндалл.
Впервые за вечер Адам рассмеялся:
— Бхану не уродина. Она всего лишь красива по-своему.
Мастерсон затаил дыхание.
— В школе у тебя была собака по кличке Бхану. На удивление уродливое создание и всеобщая любимица. Она сыграла не последнюю роль в том, что ты оказался в Уэстерфилдской академии. Леди Агнес рассказала нам эту историю.
— В самом деле? — Адам почесал собаку между ушами. — И что означает «Бхану»?
— Солнце, — сказал Керкленд. — Солнце на языке хинди.
Адам улыбнулся:
— Ясно. Обе Бхану красивы на индусский манер.
Все четверо мужчин рассмеялись, и в этот момент Мария уже знала, что Адам все вспомнит. Такие мелочи, как собачья кличка и его сны, доказывали, что прошлое близко, оно лишь выжидает удобного случая, чтобы вынырнуть в настоящее. И тогда она больше не будет ему нужна.
Глава 21
Горничная принесла графин с портвейном и четыре бокала. Адам не удивился, увидев, что Мария стремительно встала из-за стола.
— Оставлю вас, господа, наслаждаться вашим портвейном, — слишком бодро, что наводило на мысль о неискренности, сказала хозяйка.
Адам налил вино в бокал, а Керкленд спросил у Марии:
— Это портвейн от Балларда? Если это так, то хозяин фирмы, производящей портвейн, еще один наш товарищ по школе, о которой я рассказывал. И портвейн у него очень хороший.
— Я не знаю, — сказала Мария, направляясь к двери. — Графин наполняла не я.
— Ничего страшного. — Адам передал графин Керкленду. — Чуть позже мы присоединимся к вам в гостиной. — Он испытующе взглянул на Марию, пытаясь определить, правильно ли он понял причину ее желания остаться на какое-то время в одиночестве.
К несчастью, Мастерсон оказался не столь прозорлив.
— Здесь, на севере, дни такие долгие. Я хотел бы прогуляться по усадьбе, если вы не откажетесь меня сопровождать, мисс Кларк.
Она была не в восторге от предложения Мастерсона, но отказать ему не позволяла вежливость.
— Я с радостью покажу вам усадьбу, — сказала она. — Позвольте, я только захвачу шаль.
Она вернулась, укутавшись в шаль своей бабушки. Ветхость этой вещи ее не смутила. Должно быть, она испытывала острую потребность в поддержке со стороны бабушки Розы. Мастерсон открыл перед ней дверь, и они вышли на свежий воздух. Бхану выбежала следом.
Адам надеялся, что Мастерсон доброжелателен не только внешне. Марии сейчас очень тяжело. Быть гостеприимной и любезной хозяйкой, когда все твои гости совершенно чужие тебе люди, — серьезное испытание. Адам и сам не мог с уверенностью определить свое отношение к этой троице. Все они были уважаемыми, интеллигентными людьми, включая и Рэндалла, если не принимать во внимание его неприкрытую неприязнь к Марии. Но Адам не ощущал к ним никакой особой привязанности. Он потер висок, подумав о том, что его прежняя жизнь стала для него источником постоянной головной боли. После того как дверь за Мастерсоном и Марией закрылась, он сказал:
— В Хартли люди думают, что мы с Марией женаты. Это сделано, дабы избежать сплетен, связанных с тем, что Мария живет под одной крышей с мужчиной. Я попросил бы вас делать вид, что мы женаты, пока вы находитесь здесь.
— Хорошо. В этом есть логика. — Керкленд нахмурился. — Нам надо кое-что обсудить с тобой, Эш, и я предпочел бы сделать это не в присутствии мисс Кларк.
— Я искренне надеюсь, что вы не станете меня убеждать, что она для меня неподходящая пара, — ответил Адам несколько раздраженно. Вероятно, он и не мог с уверенностью сказать, что может ей доверять, но будь он проклят, если позволит ее критиковать людям, которые едва ее знают.
