Начавшаяся новая холодная война в принципе может научить бизнес-класс и госкомпании жить по средствам и уму. По крайней мере, стоит сделать такую попытку. Если дело окажется безнадежным, то не поможет ни мир, ни война, ни реформы, ни новые займы, как не помогли они Греции.
Но как развернуть махину, привыкшую к зарубежной смазке? Ведь за границей берутся не просто кредиты, а устанавливают определенные личные отношения. Через эту систему гонятся «левые» деньги на многие миллиарды. Зачем заемщикам менять приятных господ с Уолл-стрит и Лондон-Сити на взаимоотношения с банками Урюпинска, а отели «Уолдорф-Астория» — на гостиницу «Волга»? Поэтому наши маститые экономисты никак не могут сообразить, чем заменить зарубежные кредиты, ибо знают — за это не заплатят. Что делать: сознание определяется разновидностью корма…
Если бы с самого начала часть нефтяных доходов размещалась в российских банках на депозитах, то за счет доходов и процентов, остающихся в стране, образовался бы достаточный заемный капитал (десятки миллиардов долларов прибыли ежегодно) и Россия вскоре перестала бы нуждаться во внешних кредитах в больших объемах. Однако такой вариант категорически не устраивал либералов, возглавлявших экономический блок в правительстве, так же как и компрадорскую бизнес-элиту. Они предпочитали, чтобы сырьевые доходы делились на две части — одна часть оставалась за рубежом в тамошних банках и облигациях, другая тратилась на импорт. Так в общем и целом и поступали (еще часть шла в госбюджет и фактически проедалась). Крымский кризис всполошил их — рушилась нужная схема. Отсюда «караул!» и внешне привлекательная критика от «крым не нашцев»: промышленности у нас нет, сельского хозяйства тоже, потому мы не может обойтись без импорта и внешних займов. А руководство вдруг заявило: можем! (Но, что показательно, только после начала конфликта.) И нужно развивать собственное («импортозамещающее») производство, формировать свою, национальную платежную систему, и часть доходов от продажи сырья отныне размещать на депозитах в российских банках.
Какой ужас! Это ломало всю стратегию и практику хозяйствования, заботливо выстроенную в 1990-х годах. Появилась масса статей, радиообращений с одним рефреном: ну зачем отказываться от импорта, когда с ним было так хорошо? Да еще ответные санкции вводить!
Приведем характерный образчик этой аргументации.
«В популярном фильме «Белое солнце пустыни» раненый красноармеец Федор Сухов на вопрос злого душмана, желает ли он умереть сразу или предпочитает сперва помучиться, отвечает без раздумий: «Хотелось бы, конечно, помучиться». Фраза стала крылатой — не потому, что остроумна, а потому, что соответствует правде жизни. Знатоки отмечали: любовь к возвышающему, пусть даже бессмысленному, страданию у россиян в крови. В литературе, кого ни возьми, всяк призывает к очистительному страданию по поводу и без. Писатель, не подвергнув своего героя необязательным мукам, чувствует себя невостребованным. Это относится не только
к литературе: в быту ли, в общественной ли жизни в России облагораживающие лишения — чуть ли не то единственное, что как-то скрашивает серость существования. Вот вам свежий пример: Запад продлил антипутинские санкции (кстати, не бог весть какие болезненные, скорее символические) еще на полгода. Москва устами премьер-министра Медведева оповестила мир, что не оставит выпад без ответа, что оперативно подготовила и уже приняла пакет мер, имеющих целью ударить, и больно ударить, по рукам зарвавшийся Запад. Он что, Медведев этот, не понимает смысла слов? Ведь ясно сказано, что Запад продлил уже существующие санкции — продлил старые, а не ввел новые! Разве не достаточно было бы в ответ просто продлить и без того спорный запрет на ввоз продовольствия? Так нет же: собственное население еще не достаточно походило по мукам, его еще можно лишить вкусной и здоровой пищи в порядке импортозамещения… И непременно добавить в список запрещенных к ввозу товаров какие-то благоглупости вроде голландских тюльпанов. Это называется асимметричный ответ. Теперь голландцам хана, подавятся своими тюльпанами»[81].
Это типичная продукция «шестой колонны». Как ловко переиначивается смысл фразы из кинофильма. Гордый и насмешливый ответ смертника выставляется как пример тупого фанатизма. И тут же подкрепляется ложью: якобы вся русская литература призывает к страданию «по поводу и без». Неправда закрепляется в сознании слушающих и читающих ссылкой на безымянных «знатоков», уверяющих, что любовь к бессмысленному страданию у россиян в крови. А именно: ну как можно отказываться от «вкусной и здоровой пищи в порядке импортозамещения»! Прямо-таки философия персонажа из сказки Гайдара, который совершил предательство из-за бочки варенья. Фиштейн явно поступил бы (и поступает) так же, — к чему мучиться, когда предлагается вкусная жратва за небольшую услугу, и призывает разделить трапезу с аудиторией.
А теперь о политике, столь непонятной автору «Свободы». Запад продлил санкции. Нет чтобы нерадивому ученику смиренно принять наказание учителей, так ученик вдруг отвечает тем же самым! Причем по самому больному месту — по кошельку! Ну как тут не возмутиться! И при чем здесь тюльпаны? Тюльпаны, конечно, ни при чем (хотя пора самим цветочки научиться выращивать), но у тюльпанов есть хозяева, которые одновременно являются избирателями. Вот пусть они и подумают: соразмерны ли их убытки желанию западных руководителей запихать упирающихся крымчан обратно в украинское государство?
Но не все так плохо для компрадоров. Заявить о намерениях — не значит достичь их выполнения. А если система воспротивится? Если добром не получится, то как быть? Ломать такую систему? Это значит идти на конфликт и с бизнесом, и с управленческим аппаратом. Тем аппаратом, который обеспечивает нужную норму голосов на выборах, который выражает всеми способами лояльность руководству страны. Расплеваться с ним себе дороже.
Систему можно уподобить застывшему бетону. В России и Украине она «застыла» к началу 2000-х. Систему сломать можно. Теоретически. Лежа на диване. На практике же еще неизвестно кто кого сломает…
Итожим. Руководству Украины ничего не остается, как только уповать на помощь Запада. Само оно систему перебороть не сможет. Российскому руководству тоже надо было решать: продолжить ли «красиво жить», усиленно тратясь на спортивные и прочие развлечения, обслуживая экономики других государств и надеясь, что «потоп» наступит после нас. Или сосредоточиться на развитии собственной страны, а для этого каким-то образом (раз поломать нельзя) обмануть Систему?
Его величество жареный петух
В Интернете прочитал восклицание одного комментатора: «Страну спасет только катастрофа!» Увы, во многом справедливая реплика. Так нередко в истории страны и было. Лишь после поражения верхи начинали делать то, что обязаны были сделать десять-двадцать лет назад до обрушения крыши.
Символами России является медведь и двуглавый орел. Есть еще один, правда неофициальный, но многовековой. Это жареный петух, способный на удивительное действо.
Что такое эффект жареного петуха? В 2015 году вышел бодро-вдохновляющий документальный фильм «Сделано в России». В нем рассказывается об «индустриализации 2.0». Показали кадры изготовления клапана для одной из систем газовой промышленности. Диктор сообщил, что раньше они закупались в Нидерландах, но после введения санкций их стали изготавливать сами, причем голландскую технологию усовершенствовали: «Отечественная продукция оказалась дешевле, а главное, надежнее». «Время бездумного увлечения импортом прошло», — заверила диктор. Ну и славненько. Не прошло и пятнадцати лет, как озарило. Спрашивается, а чего раньше не раскачались? Ответ прост: не клевал жареный петух. Можно задать и другой вопрос: а без стимулирующего воздействия пинка под зад нельзя? Похоже, что нет. Не та, выражаясь научным языком, ментальность. Так, может, Путин, осознав сей факт, предпринял операцию «Щас завоюем Украину», чтобы встряхнуть правящий класс? Именно так: о желании «встряхнуть» управленцев говорил Путин, вспоминая о своем решении провести сочинскую Олимпиаду. И все же странное, согласимся, предположение насчет мотивов конфликта с Украиной. Прочитав такое умозаключение, нормальный человек подумает: «Какую только ахинею не пишут эти доморощенные мыслители». И был бы прав, если б пример сей был единичен, однако подобного рода фактов в истории России хватает. Возьмем знаменитую и перекликающуюся с нашими днями Крымскую войну 1854–1855 годов. Все слышали о ней, но мало кто знает, из-за чего она началась. А предыстория конфликта более чем удивительна и по большому счету малопонятна (если вообще понятна).
Война началась из-за спора… о ключах к воротам церкви!
