«…Без дураков, отбросив всю лирику и патриотические сопли: чего мы добиваемся? Ведь ясно же, что без импорта мы не проживем»[82].
Мог бы добавить: для того мы в свое время и старались.
Остановимся на реалиях «новой» политики, а точнее, возвращения к старой, политике былых времен, когда в СССР, подобно современному Китаю, ставшему «мастерской мира», старались производить как можно больший спектр товаров с высокой добавленной стоимостью.
Провозглашенное руководством импортозамещение включает развитие собственной электронной промышленности. Радостное известие. Однако это очень трудная задача, ведь доля иностранных устройств на отечественном рынке составляет от 90 до 100 процентов. Но смелость города берет, и Министерство промышленности и торговли заявило о желании постепенно заменить зарубежную электронику отечественной. Согласно представленному плану, к 2020 году в стране должны появиться собственные планшеты, смартфоны, ноутбуки, персональные компьютеры и так далее вплоть до СВЧ-печей. Всего, как сообщили СМИ, в список входит 534 наименования. Как говорится: в добрый путь, хотя цифра отдает фантастикой. Ну а что отстали на энное количество лет и придется догонять, причем в худших условиях, чем в «нулевых» 2000-х годов, так это понятно: догонять в спокойной обстановке совершенно неинтересно. Говоря современным языком — драйва нет. А вот когда сзади ударят пыльным мешком и клюнет пресловутый жареный петух, тогда да — кобыла резво переходит на рысь и показывает неплохие результаты в забеге. (Правда, ненадолго — пока положение не улучшится, и там снова можно перейти на тихий ход.)
На этой бодро-критической ноте можно было бы поставить точку, однако…
Те, кто скептически отнесся к подобным планам, правы: конкурировать с лучшими производителями США, Японии, Тайваня, Южной Кореи — затея почти маниловская. Запланировать можно все что угодно, но как реализовать планы? С 1986 года, когда впервые было заявлено о необходимости технического ускорения, ни одна задумка не удалась. Система «перестроечного» образца не приняла модели ускоренного развития. Она хотела совершенно другого — максимального и комфортного потребления за счет ресурсов страны. Рыночная модель лишь усугубила эту тенденцию. Вместо заявленной эффективности и роста производительности труда по сравнению с социализмом, загнивательные тенденции лишь усилились. Так с чего вдруг все должно чудесным образом измениться? Потому что так Минпромторгу захотелось? Несерьезно. Но расчеты ведь на чем-то строились?
Импортозамещением предстоит также заменить иностранную сельхозпродукцию отечественной. Звучит приятно. Если не обращаться к цифрам.
В 1990 году поголовье крупного рогатого скота в эпоху кризисного советского хозяйствования составляло 57 миллионов, к моменту политики импортозамещения в начале 2015 года — 19,5 миллиона. Число коров уменьшилось с 20,5 до 8,6 миллиона. Посевные площади сократились со 117,7 миллиона гектаров в 1990 году до 78 миллионов гектаров к 2014-му. Спрашивается: во сколько обойдется восстановление порушенного и где найти желающих ходить за коровами и пахать землю? Ведь народ ныне больше тяготеет к работе в офисах. Разве что вьетнамцев и китайцев пригласить? Всего несколько миллионов. Именно это предлагал бывший советник президента А. Илларионов — большой поклонник свободного движения рабочей силы, а ныне видный автор «шестой колонны». Впрочем, можно не заморачиваться: что-нибудь да импортозаместится. А так двойная выгода: сначала заработали на разрушении, теперь на восстановлении. А в целом надо иметь в виду, что как ни парадоксально это звучит, но ныне восстанавливать порушенное будет труднее, чем после Великой Отечественной войны. Тогда была система, заточенная под мощное развитие и соответствующие кадры, а теперь нет ни того ни другого, ибо 25 лет воспитывались менеджеры, «заточенные» под распил, доение и замещение импортом отечественного производства. Понятно, что есть отдельные люди, которые способны созидать. Но речь идет не о том, что где-то кто-то как-то что-то не без этого, а о всероссийском проекте для 100 миллионов человек. И не стоит забывать, что промышленность и сельское хозяйство страны (Украины тоже) никак не могут выйти даже на советский уровень! Российский бизнес с 1990 года ориентирован не на то, чтобы шибко сильно развивать экономику. У него были другие задачи, и он с честью их выполнил, отправив за рубеж на триллион долларов капиталов и опустив страну до категории «развивающейся». И если бы государство не вернулось в экономику и не спасло остатки авиа-, авто-, судо-, станкостроения, то Россия перешла бы в ранг «недоразвитых». А теперь надобно значительной части бизнеса отвергнуть свою спекулянтскую сущность и повернуть на 180 градусов… И как это ему, интересно, сделать?
Чтобы двинуться вперед всерьез, а не понарошке, надо предпринять нетривиальные ходы. Прежде всего — повторюсь — обмануть Систему, сбив ее настройки с потребления и доения имеющихся национальных богатств на подлинное развитие. Ясно, что с помощью доброго слова и ласкового увещевания этого не достичь. Но и прибегать к репрессиям тоже невозможно. Не те времена. Остается придумать нечто особое и в то же время апробированное в истории. И такой способ есть! Это ситуация внешней опасности; то, что в советское время называлось «сложной международной обстановкой». Многим памятен рывок 1930-х годов под лозунгом «Если не догоним развитые страны — нас сомнут» и те результаты, что были достигнуты. Но если угрозы надвигающейся войны нет, тогда как быть? Тогда ее можно создать искусственно. Что и было сделано. Отсюда странности в присоединении Крыма и маневры вокруг Донбасса. Разговоры про то, что Путину захотелось «имперских захватов», — ни о чем. Это как всерьез считать, что царю Николаю захотелось ключи от церкви… Сам по себе Донбасс был не нужен, нужны были санкции, чтобы вынудить российский бизнес вкладываться в страну не по остаточному принципу.
Санкции нужны были, чтобы отрезать иностранных конкурентов и дать российской промышленности спокойно начать массовое производство импортозамещающей продукции. В ином случае затея была бы сто процентов обречена на провал.
Получается, В.В. Путин мог прийти к тому, о чем безуспешно толковали национально ориентированные интеллектуалы с 1990-х годов, — экономике необходим разумный протекционизм. Выпускать на профессиональный рыночный ринг отечественных производителей с уровнем подготовки боксера-любителя — самонадеянно и глупо. Руководство же 25 лет реализовывало тезисы либералов про радости конкуренции, открытого рынка, перелива капиталов и глобализации, забывая, что Тайвань и Эквадор тоже встроены в систему глобализации. Но дело в разнице их «птичьих прав» на мировой арене — у одной страны орлиные, у другой — воробьиные. Под прикрытием «открытого рынка» угробили много отраслей, заблокировав развитие остальных.
Положение с бюджетными доходами временно смягчила нефтяная рента. В 2013 году обозначился конец банкета и вхождение в тяжелый кризис, из которого видимого выхода не виделось. Первой на очереди была Украина. Следующей неизбежно — Россия. Надо было предпринимать экстренные меры. Но обычные были невозможны. Нужен был кризис. Но кризис, подобный спасительным встряскам в 1998 и 2008 годах, в ближайшие годы не предвиделся. Оставалось сотворить искусственный. И когда в Киеве сверкнула молния, в Москве началось громоизвержение. Началось камлание про «фашистскую хунту», что однозначно вело к обострению обстановки не только с Киевом, но и с западным блоком. Затем последовало нарочито провокационное заявление от 1 марта, вызывающая операция по присоединению Крыма, «непродуманные» заявления президента и т. д. И о, счастье, санкции спасительным дождем пролились на иссыхающую российскую экономическую почву. Импорт резко сократился, и на продукцию отечественной промышленности и сельского хозяйства возник спрос.
Гипотеза, как видим, спорная (а понять умодействия наших правителей крайне сложно, ибо они всегда принципиально разновекторны и одна рука обязательно мешает другой), лишь дальнейшие события покажут уровень обоснованности приведенной версии. В ее пользу говорят разные факты, в том числе выгодность санкций для будущего страны. Они позволяют (при желании) перейти от политики колониального приспособления к нуждам мировой экономики (поставки сырья и обеспечение сбыта иностранным производителям той продукции, что может производить российская экономика) к самостоятельному развитию на национальной финансовой, информационной и технологической основе.
Какие аргументы могут быть против этой версии? Аргумент против напрашивается такой: не слишком ли большой там-тарарам произведен, не слишком ли дорогая цена уплачена за такой маневр? Это серьезное возражение, но спорная версия наполняет манипуляции с Украиной и Новороссией здравым смыслом. Иначе опять придется прибегать к спасительной, но ничего не объясняющей знаменитой формуле: «Хотели как лучше, получилось как всегда». К тому же российские правители из всех вариантов обычно предпочитают самые трудные и заковыристые. Маленький пример. В 1990-х годах тысячи детских садов были переделаны под офисы. И то: какие дети, когда бизнесменам не хватает помещений! Когда же темпы сокращения населения стали слишком велики и пришлось предпринять меры по увеличению рождаемости, то возникла острая нужда в детских садах. После чего была поставлена задача построить недостающие тысячи детских садов. И таких случаев масса.
