Черт, вокруг оказалось так много мусора, похожего на обломки самолета.
О, глядите, стальная панель.
— Подождите, — сказал Куин, освобождаясь от рук. Наклонившись, он поднял металлический фрагмент с острыми краями, который растопил под собой снег. Он мог поклясться, что эта штуковина все еще теплая.
— Мне так жаль, — проронил он, ни к кому конкретно не обращаясь.
Прямо перед ним прогремел голос короля:
— Что спас жизнь Брату?
Куин поднял взгляд. Роф вышел из библиотеки. С одной стороны от него стоял Джордж, а с другой — его королева. Мужчина выглядел таким же массивным, как и особняк позади него… и таким же сильным. Даже несмотря на его слепоту, он казался супергероем в своих темных очках.
— Я расхуячил ваш двор, — пробормотал Куин, приближаясь к королю. — То есть… я херовый ландшафтный дизайнер.
— Зато Фритцу будет, где оторваться по весне. Тебе известно, как сильно он любит выпалывать сорняки.
— Это наименьшая из ваших проблем. Уверен, что придется равнять территорию бульдозером.
Роф вышел вперед, встретив Куина на полпути на террасе.
— Это уже во второй раз, сынок.
— Что я разрушил что-то механическое за последние двадцать четыре часа? Знаю, все верно… следующим на очереди будет взрыв броненосца.
Роф нахмурил черные как смоль брови.
— Я не об этом.
Так, пора с этим кончать. Куин действительно ненавидел внимание к своей персоне.
Сознательно проигнорировав заявление короля, Куин произнес:
— Что ж, хорошая новость в том, мой господин, что я не стремлюсь дополнить картину третьим разрушением. Поэтому, думаю, с этого момента мы в безопасности.
Послышалось согласное ворчание.
— Могу я забрать его в клинику? — вклинилась в разговор док Джейн.
Роф улыбнулся, сверкнув клыками в лунном свете.
— Конечно.
Слава богу… он и так много натворил этой ночью.
— Где Лэйла? — спросила док, когда они вошли в тепло библиотеки. — Думаю, тебе требуется кормление.
Блядь.
Когда позади него куры-наседки в черной коже закудахтали в поддержку этой идеи, у Куина закатились глаза. Одного кризиса за ночь было более чем достаточно. Последнее, что ему хотелось, это объяснять — почему эту Избранную нельзя использовать в качестве источника крови.
— Кажется у тебя головокружение, — произнес кто-то.
— Думаю, он собирается отключиться…
И-и-и-и это последнее, что услышал Куин.
ГЛАВА 22
На другой стороне реки, в клинике Хэйверса, Лэйла наконец-то слезла со смотрового стола и начала расхаживать по небольшому помещению. К этому моменту она потеряла счет времени. На самом деле, ей казалось, что она вечность провела в этих четырех стенах… и так будет продолжаться до конца ее земного существования.
Единственная часть нее, остававшаяся ясной и работающий — ее разум. Беда только в том, что он постоянно прокручивал слова медсестры… о выкидыше. По всей видимости, она все же была беременна…
Раздавшийся стук в дверь, хотя и был долгожданным, но застал ее врасплох, и Лэйла вздрогнула.
— Входите, — откликнулась она.
Вошла медсестра, которая была к ней так добра… но, казалось, что-то изменилось. Женщина избегала взгляда Лэйлы, а ее лицо превратилось в застывшую маску. На ее руке висело белое одеяние, и она, глядя в сторону, протянула его Лэйле. А затем опустилась в реверансе.
— Ваша светлость, — проронила она дрожащим голосом. — Я… мы… Хэйверс… мы не имели ни малейшего понятия.
Лэйла нахмурилась:
— О чем вообще…
Медсестра потрясла одеянием, как будто пыталась привлечь к нему внимание.
— Пожалуйста. Наденьте это.
— Что происходит?
— В вас течет кровь Избранной. — Голос медсестры дрожал. — Хэйверс… находится в смятении.
Лэйла изо всех сил пыталась понять, о чем говорит медсестра. Так дело не в… ее беременности?
— Что… я не понимаю. Неужели он… он расстроен, потому что я Избранная?
Женщина побледнела.
— Мы думали, что вы… Падшая?
Лэйла закрыла глаза руками.
— Возможно, вскоре я ей стану… в зависимости от того, как пойдут мои дела. — У нее не было сил на это. — Кто-то может рассказать мне о результатах анализов, и что мне нужно сделать, чтобы позаботиться о себе?
Медсестра снова потрясла одеянием, пытаясь всучить его Лэйле.
— Он не может сюда вернуться…
— Что?
— Не может, потому что вы… он не может находиться здесь с вами. И не должен был этого делать…
Лэйла подалась вперед, в ней разгорался гнев.
— Позвольте все прояснить… я хочу поговорить с доктором. — После этого требования медсестра наконец-то взглянула на неё. — Я имею право знать, что он узнал о моем теле… Велите ему прийти сюда.
В ее голосе не было дрожи. Ни высоких ноток, намекающих на истерику, лишь ровный, властный тон, который никогда прежде Лэйла у себя не замечала.
— Ступайте и приведите его, — потребовала она.
Медсестра подняла одеяние.
— Пожалуйста. Наденьте это. Он…
Лэйла заставила себя не перейти на крик:
— Я всего лишь обычная пациентка…
Медсестра нахмурилась и пожала плечами.
— Извините, но это совсем не так. И поскольку Хэйверс обеспокоен случившимся, он не может продолжать осмотр.
— Почему?
Медсестра просто смотрела на Лэйлу.
— Он хороший мужчина, который чтит традиции…
— Во имя Девы-Летописецы, какое это имеет отношение к делу?
— Праймэл может убить его за то, что он совершил.
— Вы про осмотр? Я дала согласие — это была необходимая медицинская процедура!
— Теперь неважно. Он поступил противозаконно.
Лэйла закрыла глаза. Ей следовало обратиться в клинику Братства.
— Вы должны понимать его происхождение, — ответила медсестра. — Вы стоите на той ступени иерархии, с которой мы не встречаемся… более того, не должны это делать.
— У меня есть бьющееся сердце и тело, которому требуется помощь. Это все, что он, да и все остальные, должны знать. Плоть у всех одинакова.
— Но не кровь.
— Он должен прийти ко мне.
— Этого не будет.
Лэйла сосредоточила взгляд на женщине, а затем положила руку на низ живота. Всю свою жизнь до сего момента она провела праведно, служа верой и правдой, выполняя свои обязанности, но жила по правилам, которые диктовали другие.
Больше этому не бывать.
Она прищурилась.
— Передай доктору, либо он придет сюда и расскажет лично о моем состоянии… либо я отправлюсь к Праймэлу и слово в слово передам ему о произошедшем здесь.
