Вот таким вот воспитанным был это пес-поводырь.
И все же, несмотря на свой «ручной» характер, что был такой же неотъемлемой частью собаки, как мягкая, длинная шерсть и крупное, стройное тело, время от времени Роф замечал проблески зверя внутри милого нрава. Когда тебя постоянно окружают такие чрезвычайно агрессивные и горячие мужчины, как Братья, то время от времени возникают ситуации, когда у кого-нибудь их них сносит крышу… даже в отношении короля. Что Рофа абсолютно не волновало — он слишком долго находился с этими ублюдками, чтобы заводиться от толчка в грудь или хватания за одежду.
Однако Джорджу это не нравилось. Если кто-то из Братьев оказывался слишком близко к королю, у собаки на холке вставала шерсть дыбом, и милое животное начинало предупреждающе рычать, прижимаясь к ноге Рофа, будто хотело показать Братьям, что они рискуют близко познакомиться с реально длинными клыками.
Лишь свою королеву Роф любил сильнее.
Король протянул руку, погладил собаку по боку и снова сосредоточился на ощущении того, как палец скользит по ножу для вскрытия конвертов.
«Иисусе. Падающие с неба самолеты… получающие ранения Братья… снова, ставший героем дня, Куин…»
По крайней мере ночь не стала причиной для сердечного приступа. На самом деле, они начали ее на хорошей ноте: с так необходимого им доказательства против Банды Ублюдков. Ви закончил баллистическую экспертизу и Иисус-мать-его-Христос, извлеченная из шеи Рофа пуля, была выпущена из винтовки, обнаруженной в логове Кора.
Роф улыбнулся своим мыслям. Кончики его клыков покалывало.
Эти предатели официально попали в список на отстрел при полной поддержке закона. И пришло время небольшой зачистки.
В это мгновение Джордж заворчал, и последовавший за этим настойчивый стук навел Рофа на мысль, что он, вероятно, пропустил первую долбежку в дверь.
— Входите.
Он знал, кто находится за дверью еще до того, как в кабинет ввалилось все Братство: Ви с копом, Рэйдж, Тор, Фьюри и, наконец, Зи, чьи шаги сопровождались постукиваниями, вероятно, трости об пол.
Воины закрыли дверь.
Когда никто не присел и не открыл рта, Роф понял, почему они явились к нему.
— Каков вердикт, девочки, — протянул он, откинувшись на спинку трона.
Роф услышал голос Тора:
— Мы подумали насчет Куина.
Ага, он держал пари, что они перетирали этот вопрос. После того, как ранее на собрании было озвучено предложение по поводу этого молодого бойца, Роф не стал давить на Братьев, требуя от них ответа. И без того хватало всякого дерьма, которое, будучи королем, он был более, чем готов затолкать в глотки людей. Но решение, кого Братья хотят принять в свои ряды, не относилось к этой категории.
— И?
Зейдист заговорил на Древнем языке:
— Я, Зейдист, сын Агони, введенный в Братство двести сорок два года назад с правления Рофа, сына Рофа, добровольно выдвигаю Куина, круглого сироту, в кандидаты на принятие в Братство Черного Кинжала.
Официальное заявление из уст Зи стало неожиданностью. Брат, в отличие от остальных, считал, что прошлое — не больше, чем просто кучка дерьма, но очевидно, не тогда, когда дело касалось данного вопроса.
«Господи, — подумал Роф, — неужели они разрулят этот вопрос. И так быстро…», сам он считал, что на это уйдет куда больше времени. Дни на обдумывания. Недели. Возможно, месяц… а затем, опять застопорятся из-за ряда разных причин.
Но они были решительны — и также повел себя Роф.
— На каком основании ты делаешь данное заявление от своего имени и имени своего рода?— вопросил Роф.
Зи оставил формальности и вернулся к обычной речи:
— Сегодня он доставил меня домой невредимым к моей шеллан и малышке. Рискуя собственной жизнью.
— Достаточно благородно.
Роф окинул взглядом столпившихся вокруг его стола мужчин, даже притом, что он не мог видеть их глазами. Тем не менее, зрение не имело значения. Он не нуждался в исправной сетчатке, чтобы знать, где они все находятся, или ощущать, что они чувствуют по поводу этого дерьма; ароматы их эмоций говорили за них.
Как группа, они были стойкими, решительными и гордыми.
Но формальности должны быть соблюдены.
Роф начал по очереди:
— Ви?
— Я был за взятие его на борт еще с тех пор, как он отделал Кора.
Последовало согласное ворчание.
— Бутч?
Громко и четко прозвучал Бостонский акцент:
— Думаю, он чертовски сильный боец. И он мне нравится. Да и с возрастом становится все лучше — серьезнее, добросовестнее.
— Рэйдж?
— Тебе надо было это видеть. Он не дал мне сесть за штурвал, сказав, что нехрена терять сразу двоих Братьев.
Еще больше одобрительного ворчания.
— Тор?
— В ту ночь, когда тебя подстрелили? Я вытащил тебя оттуда только благодаря ему. Он тот, кто нам нужен.
— Фьюри?
— Мне нравится Куин. Серьезно. Он берет под контроль любую ситуацию. И сделает все для любого из нас — неважно, насколько это будет опасно.
Роф постучал костяшками по столу.
— Тогда решено. Велю Сакстону внести изменения, и дело сделано.
Тор перебил:
— Со всем уважением, мой господин, но мы должны что-то решить с его назначением в качестве аструкс нотрам. Приоритетной задачей Куина больше не может быть присмотр за задницей Джона.
— Согласен. Скажем Джону освободить его от этой должности… уверен, он не откажется. Таким образом, Сакстон составит бумаги, а затем, после введения Куина в Братство, ты, Ви, позаботишься о татуировке на его лице. Как если бы Джон скончался по естественным причинам или что-то типа того.
Послышался шорох одежды, как будто некоторые Братья выводили над грудью символ «Отведи, Дражайшая Дева-Летописеца».
— Понял, — отрапортовал Ви.
Роф скрестил на груди руки. Это был исторический момент, и он прекрасно это осознавал. Введение в Братство Бутча оказалось законным из-за его кровной связи с королем. Куин — другая история. Ни королевской крови. Ни крови Избраннойили Братства, хотя, технически, он принадлежал к аристократии.
Без семьи.
С другой стороны, этот малый снова и снова показывал себя на поле боя, жил по законам, которые в настоящее время предписывало Древнее Право, и которые предназначались только для этих специфических кровных линий. Конечно, все это было полнейшей фигней. И дело не в том, что Роф не оценил план Девы-Летописецы по размножению. Предписанные связи между наисильнейшими мужчинами и наиумнейшими женщинами, действительно приносили небывалые результаты, когда дело касалось бойцов.
